Часть 1

“Это сон”, — осознал он, оказавшись вдруг там, где никогда раньше не был.

Кажется, он стоял на какой-то круглой сцене высоко над землёй, откуда продували все ветра.

Вокруг не было ничего, кроме бесконечно высокого чёрного монолита, покрытого голубыми жилами и загадочными письменами.

Хотя, нет. Было ещё кое-что. Вернее, кое-кто.

Он и сам не заметил, как рядом появился парень и упёрся в него взглядом.

Сильный ветер безжалостно трепал белые волосы и красный пиджак парня.

В руках беловолосый держал огромный, широкий меч. Его красно-зелёные глаза злобно сверкали и неотрывно следили за ним.

В них горели ярость и ненависть.

— Я убью тебя! — раздался хлёсткий, яростный возглас.

Эта льющаяся через край ненависть, выплеснутая прямо в лицо, показалась ему… приятной.

Тот-что-во-сне улыбнулся.

— О-о, неужели ты наконец-то дозрел?

Губы сами собой изогнулись в хищной улыбке, предназначенной для беловолосого.

Он прекрасно понимал, что этот парень может хоть из кожи вон лезть, но всё равно не сравнится с ним в силе. Тем не менее, этот щенок только и знал, что нападать на него в лоб.

— Ну же, щеночек! — выпалил он, веселясь от возгласов недруга. — Нападай, поиграем!

Он плавно выхватил кинжалы и с металлическим скрежетом скрестил их лезвия, поддразнивая щенка звоном.

Беловолосый проревел во весь голос и кинулся вперёд. Огромный меч засвистел, рассекая воздух.

“Берегись!” — подумал Тот-что-спал.

Но Тот-что-во-сне лишь громогласно расхохотался.

Этот хохот призвал мощную цепь со змеиной головой на конце. Она взялась из ниоткуда, выгрызая себе щель в пространстве, и отбила меч мощным ударом.

— Ну же, ты чего?! Ха-ха-ха-ха!

Он не знал, смеется внутри сна или снаружи.

Одному из них перекошенное лицо парня казалось жутким. Другой над ним потешался.

Тот-что-спал? Тот-что-во-сне? Кто?

Что-то поднималось из глубин живота, из глубин головы, из ещё более мрачных глубин. Ему хотелось ещё. Его чудовищная жажда грызла парня одновременно со змеиной головой.

— ~~~~! — прокричал парень чьё-то имя, глядя красно-зелёными глазами.

Высоко поднялся охваченный пламенем тьмы меч, чёрные руки тянулись к нему. Парень выглядел, словно сгусток чистой ненависти.

— О да. Ненавидь меня. Ещё, ещё-ещё-ещё-ещё-ещё-ещё! — ликовал внутренний голос.

Нет, голос Того-что-во-сне. Нет, голос Того-что-спал. Он уже запутался. Он не знал, где кончается один, где начинается другой. Не знал, где кончается сон.

Он не знал. Не знал. Он лишь чувствовал, как растёт жажда, разрывая его изнутри.

Его гаснущий, исчезающий разум ощущал страх.

Когда от него остались только чувства, он отчаянно зажмурился, пытаясь оторвать себя от сна.

Вставай. Вставай! Это сон. Просто сон…

Почувствовав, что падает, тело вздрогнуло. Парень резко вскочил, пробуждаясь ото сна.

Щека ощутила ласковые лучи.

Стояло тихое утро.

Тонкая полоска солнечного света будто раздвигала неплотно закрытые занавески перед квадратным окном у изголовья.

Парень сидел на простой кровати, рядом был письменный стол с выдвижными ящиками и врезанный в стену комод. На полу лежал ковёр — показательный образец конвейерного производства

Привычная комната и привычное утро. Ничего нового.

Мысли постепенно переключились со сна на явь, и парень по имени Кадзума наконец-то выдохнул.

— Просто сон…

Парень расслабил плечи и вытер лоб. Крупные капли холодного пота впитались в ладонь.

Он был довольно щуплым и узкоплечим. Бледная, не знавшая загара кожа тоже не могла принадлежать здоровяку. При виде Кадзумы возникали ассоциации не с мечами, винтовками, стадионами и спортом, а с книгами и библиотеками.

И Кадзума Кувару в точности соответствовал этому образу.

— Какой всё-таки странный сон… — пробормотал Кадзума, почёсывая лоб под чёлкой таких длинных волос, что они почти закрывали глаза.

Но точно ли это был сон?

Круглая сцена на высоте облаков, молчаливый чёрный монолит… парень с белыми волосами. Но что самое главное, во сне он будто был не самим собой, а переживал чьи-то чужие воспоминания.

“Но чьи? Кто это был?”

Казума не знал. И не мог знать, пусть все сны и собраны из воспоминаний..

Дело в том, что память Кадзумы заканчивалась утром одного дня семь лет назад. Первое, что он помнил — как вдруг оказался на постели в этой комнате.

До этого — полная пустота. Сколько времени он жил здесь? Когда родился? Что произошло в его прошлом? Он ничего не знал.

Себя нынешнего он тоже знал не так уж и хорошо.

Он знал, что учился в академии, его опекуном был человек имени Релиус Кловер — при том что Кадзума даже не представлял, как они связаны. Этот человек полностью его обеспечивал. Ещё за семь лет Кадзума разобрался, что ему нравится, какой у него характер, сильные и слабые стороны.

На этом его информация о себе заканчивалась.

Он не знал, где его корни, и не строил никаких планов на будущее.

Он лишь бесцельно жил сегодняшним днем, иногда напоминая себе летящую по ветру пушинку.

— Хотя чего я бездельничаю? Надо собираться, а то опоздаю.

Он не мог ничего вспомнить, но уже привык к этому. Куда важнее было пригладить растрепавшиеся во сне волосы и слезть с кровати.

Кадзума раздвинул неплотно закрытые занавески.

В комнату ворвался утренний свет, а перед глазами на картинке раскинулись городские улицы.

Белые стены, сине-зелёные крыши, беспорядочно петляющие мощёные дороги, раскидистая тёмно-зелёная листва старых городских деревьев.

Семь лет он жил на этом острове, ничего не понимая. Эти улицы и были для него всем миром.

Красивая природа, изысканные здания. Где-то за ними ослепительно блестело в лучах утреннего солнца море, пусть Кадзума его и не видел.

Ишана, этот остров посреди открытого моря, во всём остальном мире назывался иначе:

“Гильдия магов”.