3

Но это еще не конец. Для всех преступников самое важное только начинается. С того момента, как преступление совершено, начинается работа по его сокрытию.

Прежде всего, это подразумевает, что мне нужно одеть Кёко-сан. А то сколько еще она будет лежать голой?

Я открыл гардероб и стал рыскать по ящикам. Нижнее белье и пижама нашлись сразу же. У нее и правда был такой огромный ассортимент одежды, что меня аж передернуло. Я одеваюсь так, чтобы избежать лишних подозрений, а Кёко-сан производила впечатление куклы. Не задумываясь вновь о преступности моих намерений, я стал выбирать. Я не собирался соответствовать вкусам Кёко-сан, и одежда на выход не была нужна. Пижама могла быть любая, но будет естественнее сначала надеть лифчик и трусы. Кстати, есть девушки, которые перед сном одевают лифчик, и которые не одевают. Судя по огромному количеству белья в гардеробе, Кёко-сан относится к первому типу.

Я решил, что одевать белье вслепую будет вежливее, но, учитывая что я сделал до этого момента, это звучит лицемерно. Когда я работал медбратом, мне приходилось переодевать женщин, поэтому непонятно, почему я сейчас закрывал глаза.

Закончив с бельем, было гораздо проще одевать пижаму. Наверное, потому что пуговицы на мужской и женской одежде расположены по-разному, и застегивать их было легко.

Наконец-то закончил: Кёко-сан лежала одетая и ее волосы уже почти высохли, в то время как я обливался потом. Мне сильно хотелось прилечь. Кёко-сан могла вздремнуть, а вот я не смог отбить усталость с четырех бессонных ночей за три часа сна.

Однако, я все еще был полон энергии и валиться с ног не собирался. Следующие пять лет ты можешь сидеть дома до тридцати лет, а пока что держись, Какусидатэ Якусуке.

Я не собирался расслабляться, ведь я уже я пересек Рубикон, когда одел Кёко-сан. Открой она глаза хоть на секунду, моему плану пришел бы конец, и мне пришлось бы столкнуться с неприятнейшим недоразумением, но сейчас эти страхи исчезли.

Необоснованные подозрения от любого другого детектива превратились бы в комедийный скетч, но только не в случае Кёко-сан. Я забрал из спальни банное и кухонные бумажные полотенца, которыми вытирал ее тело. Банное полотенце я бросил в корзину для белья в ванной, бумажные — сложил в карман. Со спальней я разобрался.

Дальше нужно было убраться на кухне и в приемной.

Надо было стереть следы готовки. Я не смогу восполнить запасы в холодильнике, но я должен смыть остатки еды, что я готовил для нас двоих в течение пяти дней. Это объяснит использованное моющее средство. А что насчет еды на столе в приемной? Мои кухонные катастрофы? ...Я не могу их выбросить в мусор — может съесть обе порции? Вкус ужасный, но я сам заварил эти «каши».

Да, следы аутсайдера... Нет, следы помощника детектива должны полностью исчезнуть.

Это здание само воплощение безопасности — и хотя войти нелегко, выйти гораздо проще. Обратное верно: если ты что-то забудешь, ты не сможешь вернуться за этим, поэтому нужно быть предельно внимательным.

Мне не нужно волноваться за отпечатки, кроме самых очевидных (на стеклянном столе, окнах и т.д.). В общем, беспокоиться не стоило. Я был в основном в приемной, и было бы странно, не будь здесь чьих-нибудь других отпечатков, кроме Кёко-сан.

Однако, что я точно не мог оставить, так это 99 книг Сунаги Хирубэ. Оставь я это позади, вся моя работа пойдет насмарку. Когда Кёко-сан, осведомившись о смерти Сунаги-сэнсэя, обнаружит эти книги, она поймет, что взялась за связанную с писателем работу... Детектив ее калибра обязательно придет к такому выводу.

Две картонные коробки... Невозможно вынести их все за раз... Мне пригодится опыт работы в компании по грузоперевозке? Ну конечно, пригодится.

Точно, посмертная рукопись Сунаги-сэнсэя... Нужно ее не забыть. Хоть она и ценная, но с нее все и началось. Из-за нее я оказался в этой ситуации, и меня это раздражало. Говоря о чувствах... Из плохих чувств у меня рукопись вызывала только раздражение. Я бы врал, если бы сказал, что не был крайне рад помочь великому детективу Окитэгами Кёко — я, которого все боятся. Второстепенный персонаж вроде меня оказался неожиданно в свете прожекторов — ну как я не мог быть на седьмом небе от счастья? Так, успокойся.

Успокоившись, я внимательно осмотрел всю приемную. Не надо слишком сильно нервничать, но подобрать все волоски с пола необходимо. Я здесь пять дней фактически жил... Обычно волосы не замечают, но у Кёко-сан белые волосы. Будет подозрительно, если она найдет множество черных волос. Что же делать? Подбирать один за другим будет слишком долго, пылесос включать не хотелось бы. Его рев точно разбудит Кёко-сан.

Но я слышал об одном простом методе, когда работал в компании по уборке. Нужно обернуть липкую ленту вокруг рук и ползти по полу, собирая волосы. Так же и с отпечатками: я думаю, что будет странно, если не будет никаких отпечатков, но Кёко-сан поддерживает приемную в чистоте, поэтому лучше очистить всю комнату.

Естественно, таким методом я собрал и свои, и белые волосы Кёко-сан. Конечно, мне придется взять ленту с собой — такое поведение напоминало преследователя, и я возненавидел себя... Я поклялся выбросить бумажные полотенца и ленту в уличные контейнеры для мусора и после этого закончил уборку кухни и приемной.

Наконец, я отнес полотенце в ванную. И тут я побледнел. Я обнаружил свой мокрый пиджак. Когда я спасал Кёко-сан, меня обдало из душа водой — я снял пиджак и напрочь забыл о нем. Оставь я такой очевидный след, ни о каком идеальном преступлении и речь не могло бы идти... Профессор Мориарти был бы разочарован.

Пиджак, оставленный на полу, высох лишь на половину. Что поделать, пришлось одевать... Если я не хотел быть обвиненным, нужно было терпеть.

На всякий случай я перепроверил ванную. По сути, мне ничего не нужно было убирать... Мне хотелось избавиться от неприятной влажности пиджака и принять душ, но было бы глупо оставлять следы, и я закончил осмотр.

Итак, теперь...

В принципе, я сделал все, что мог, так что осталось покинуть офис Окитэгами и стать настоящим преступником, но перед этим я хотел еще раз попрощаться с Кёко-сан. Помимо сентиментальных чувств, мне бы хотелось проверить, говоря прагматически, что Кёко-сан все еще спит.

Аккуратно войдя в спальню, я понял, что я вернулся не зря и как мне неожиданно повезло. Точнее, как повезло Кёко-сан.

Она спала на боку в обнимку с большой подушкой а-ля дакимакура[✱]Дакимакура — большая подушка, как правило, с ростовым изображением персонажа аниме.. Никаких манер во время сна. Но если это признак глубокого сна, то кто я такой, чтобы ругать ее (А уж тем более — критиковать ее позу?), так что я был рад, что вернулся. Тем более, что я задумался о температуре.

Здесь она стояла не слишком холодная, типичная для этого времени года, но стоит помнить, что Кёко-сан несколько часов обдавало холодной водой. Температура ее тела, должно быть, сейчас значительно ниже. Пусть даже Кёко-сан привычнее и удобнее спать без одеяла, она так не сможет сберечь тепло тела.

Хорошо, что здание прекрасно оборудовано, так что в спальне должен быть кондиционер... Я взглянул на дверь. Разумеется, сбоку от нее была установлена панель с пультом управления от кондиционера.

Обычно, когда вы ложитесь спать, вы не оставляете кондиционер включенным...

Если я поставлю таймер так, чтобы он отключился через час, когда Кёко-сан примерно откроет глаза, это не будет слишком подозрительно. К счастью, эта модель кондиционера не шумела, поэтому она не потревожит Кёко-сан, когда та проснется. Применяя свои познания, полученные во время работы продавцом в магазине электротоваров, я установил кондиционер на нагрев до 26 градусов.

Вот только я не посмотрел, где он располагается. Если он дует прямо на Кёко-сан, она будет плохо спать, и его стоит отрегулиро...вать? Он нигде не стоит? Ах да, эта модель вроде бы устанавливается на потолке. Так что я направил свой взгляд туда.

И тут меня осенило.

Потолок.

С тех пор, как я вошел сюда, я ни разу не взглянул на потолок. Ну вот, именно там вмонтирован кондиционер. Из каждого его отверстия идет поток воздуха, который не дойдет до Кёко-сан, лежащей в постели.

Так что, мне не было нужды глядеть туда. Однако, на потолке был не только кондиционер.

Я понял.

Настоящий смысл слов Кёко-сан «Пожалуйста, ни за что не входите в эту комнату» находился на потолке. Там черной краской, жирными буквами было выведено:

«С этого момента ты станешь детективом Окитэгами Кёко».

Это был грубый почерк, и, как ни смотри, он не принадлежал руке Кёко-сан.