Глава 1. Роза хочет заполучить идеального "укэ". Часть 1.

Роза не знает, когда она стала такой. Но к тому времени, когда она это осознала, она уже была такой. Иначе говоря…

«О Боже, и почему любовь между мужчинами заставляет испытывать меня такие чувства?»

Ее вкус в романтике был испорчен.

Читая “Белоснежку” ее сердце приводили в восторг мысли о возможной драме, что втайне разворачивалась между семью гномами. Читая священное писание, ее больше волновала связь между Верховным Богом Бергом и Богом Войны, а также их страстное соперничество с Дьяволом, чем любовная история между героем и принцессой.

Уже совсем скоро ее гнилые помыслы покинули ее воображение и начали просачиваться в реальный мир.

Еще совсем в юности Роза потеряла свою мать, а отец пренебрегал ей с самого детства. Как леди, обладавшая самым высоким статусом на землях ее рода, у нее не было близких друзей. Ко всему прочему особняк не мог нанять ей личных служанок, ведь граф определенно бы их домогался при первой же возможности. Но несмотря на все это она оставалась сильной и люди вокруг воспринимали ее как радостную, улыбчивую девушку. Но правда была совсем иной…

На самом деле она просто избегала неприятных ей социальных контактов, оставаясь дома, и выращивала глубоко в себе гниль, как того ее душа желала.

Например, случай, когда взгляд садовника, который тот направил на дворецкого, был полон жгучей ревности. Или же когда шеф-повар непринужденно потрепал подчиненного по плечу, но в этом движении была спрятана его бездонная любовь.

Мысли о том, что если бы между мужчинами существовали сильные чувства, переходящие рамки дружбы и заключавшие себе глубокие страдания, предавали красок миру Розы, делая его ярче.

Она могла наслаждаться подобными сценами только из тени.

Для нее подобные чувства между мужчинами были подобны прекрасной розе. Такие же красочные и жгучие, но тем не менее распутные. Чувства полные страсти, неотразимого шарма и расцветающие словно аромат роз. В саду, который покрывали бесчисленные пастельные оттенки, она могла видеть лишь одну розу. Но наступит день и распространит этот сад роз по всему саду, нет, континенту!

В свои юные пять лет Роза решила воплотить это в жизнь.

В шесть она придумала концепцию “сэмэ” и “укэ”, чтобы распространить с ними свое учение о розах. В середине лета, когда ей было семь ей пришла замечательная мысль обозначать пару между мужчинами знаком “х”. Одним зимним днем в свои восемь она прозвала себя “Гнилой Леди” в честь вина с благородной гнилью. В возрасте девяти лет она случайно нашла эротический роман, который принадлежал ее отцу, и прочитала его исключительно в “академических целях”. По итогу она потеряла сознание и пролежала несколько дней с высокой температурой.

Таким образом она неуклонно спускалась по этой гнилой дорожке, но был человек, который, к счастью или к несчастью, едва заметно подтолкнул ее обратно в нормальное общество. Этим человеком был ее дядя по материнской линии — Антон.

В отличии от Розы, чья страсть лежала в отношениях между мужчинами, Антон сходил с ума из-за любовных отношений между женщинами, из-за чего его недолюбливали в обществе. Он направо и налево кричал о своей страсти, рассказывал прекрасные стороны подобных отношений и пропихивал везде свои больные фантазии при любом удобном случае. Среди светских кругов его прозвали “лилейная свинья”, из-за того, что на гербе его рода красовались лилии, а сам он был тучным и низкого телосложения, потешаясь над ним.

В конце концов его уличили в написании вздорного романа непристойного содержания, созданного по образу двух знатных дам. Это было последней каплей после чего Антона призвали к дуэли и с позором изгнали из светского общества. Его имя было повсеместно запрещено, а любые упоминания или намеки на женскую романтику были тщательно уничтожены.

— Спасибо тебе за все и прощай, Антон, — услышав о приключившемся с ее дядей, Роза извлекла для себя уроки. Нельзя было распространять однополую любовь так быстро, будь то лилии или же розы. На это должно уйти много времени, чтобы они успели прорасти в умах общества. И чтобы это осуществить, человек не должен быть еретиком, иметь отвратительную внешность, а также, чтобы он не был посмешищем среди людей. План по расширению розария придет к успеху только в том случае, если такой человек будет признан окружающими, вызывая волны восхищения.

С новой установкой Роза начала тяжелую работу по самосовершенствованию. Она читала множество книги самообучаясь, брала строгие уроки по этикету у дворецкого, происходившего из странной семьи, и практиковала их повсеместно. Роза твердо решила избавиться от своих слабостей, для чего обучалась уборке, стирке, приготовлению пище, арифметике, домоуправлению, химии, медицине, верховой езде и многому другому, что могло ей сыграть на руку в будущем.

Также она относилась к жителям земель рода Лангхайм так, чтобы они считали ее добродушной и полезной. В частности, с помощью целительной магии она создавала гумус, который потом раздавала среди всех жителей Лангхайма. Роза верила, что ее предназначение состоит в том, чтобы заставлять вещи гнить.

Однако смышленая Роза понимала опасность чрезмерного повышения своей ценности, как леди благородных кровей, ведь таким образом ее легче и быстрее будет продать замуж. Аристократы заключали браки, чтобы поддерживать свое кровное величие и статус среди остальных. Бездумно войти в благородную семью высокого ранга ознаменовало для леди начало адских страданий, где нужно было во всем полагаться во всем на мужа, растрачивать силы на разные социальные обязательства и отдавать свое здоровье на беспрерывное рождение наследников. Сколько бы власти в салонах и каков бы ее статус не был общественность, без сомнений, бы вмешалась в распространение ее еретического учения о розах.

Поэтому, как только Роза достигнет брачного возраста, она собиралась сбежать и стать монашкой. Они давали обет безбрачия и церковь имела большое влияние в обществе. Но прежде всего монахини отличаются отличными навыками рукописи, то есть обладают способностью распространять новую культуру и знания через книги. Это означало, что Роза могла написать новую Библию, под названием “Любовь Роз”, и распространить ее среди монастырей, зарождая тем самым новую религию на континенте. Со временем она войдет в историю как основательница веры о розах. Это сильное желание продолжало двигать ею.

Готовясь к пропаганде нового вероучения, она скрупулезно работала над повышением грамотности среди населения земель, не жалела своих личных средств монастырям, чтобы подмаслить им, и когда она станет одной из них, ей бы выделили личную комнату. Да, даже ее подношения в церковь были продиктованы ее корыстными мотивами!

— Ах… Но как же поистине сложен путь розы… — подумала про себя четырнадцатилетняя Роза. Она наконец осознала, что в графстве не найдешь идеального “укэ”.

На землях Лангхаймов, родине Розы, был холодный и суровый климат среди крутых гор и отвесных скал. Лето здесь было прохладным, а зимы были до ужаса лютые, из-за чего люди, живущие здесь, росли крепкими и волевыми, чтобы просто выжить. Другими словами поголовно все мужчины были сильны и чувствовали обязанность защищать женщин и детей, а также быть ведущим в отношениях. Это же касалось и ценностях в любви, где для мужчин было естественно руководить женщинами.

— Таким образом графство до безумия богато “сэмэ”, но… Нет ни единого шанса, что тут появится хоть один “укэ”, — грустно вздыхала Роза, проверяя поля и убивая таким образом время. Особенно ее глаза цеплялись за фермеров.

Для разъяснения “сэмэ” был человеком, который исполнял мужскую роль в отношениях, когда “укэ” — женскую. “Укэ” обладал противоположными “сэмэ” характеристиками. Роза решила так, ведь они получали любовь от “сэмэ”.

Уровень “укэ” в Лангхайме был до безобразия низок. Такова была главная проблема Розы.

— Конечно, позиции в паре было дело условным, и, если захотеть, можно было забить на свои принципы и насильно нацепить на кого-то роль “укэ”, однако… Я верю, что где-то там точно есть идеальный “укэшка”! — устремив свои фиолетовые глаза далеко в небо, подумала Роза. Даже с такими гнилыми мыслями внешне она была похожа на ангела, сошедшего со священной иконы. Но, увы, она не догадывалась о своем очаровании, ведь все ее мысли были направлены на совершенно другое русло с самого детства.

— Как я и думала, "укэ" должен быть хорош собой. Нежный и невинный, словно ребенок, он должен пробуждать те самые чувства, которые вызовут у "сэмэ" желание защитить его. Однако вместе с этим он должен быть несколько меланхоличен, чтобы его образ имел некую тень и глубину. И он должен иметь сильный внутренний стержень, чтобы очаровывать как можно больше “сэмэ”, просто проходя мимо них... Уф, похоже такого человека все же не существует…

Все мужчины, проживающие на территории графства, кроме ее отца, были славным, на них можно было положиться, и они всегда были лидирующими. Как “сэмэ” они были выше всяких похвал. Но вот людей, подходящих на роль “укэ” было преступно мало. Это значительно затрудняло реализацию ее бурных фантазий, что, без сомнений, ставило всё её учение в тупик. Настолько, что она начала ощущать собственный конец в пути розы.

Одно время она даже пыталась лично взрастить себе “укэ” из худощавых милых мальчиков, которые желали стать ее слугами. Но по какой-то неведомой причине все до единого, после того как начали заботиться о леди Розе, превратились в надежных и солидных мужчин с крепким духом. Так что Роза просто сдалась и отправила всех обратно домой.

— Похоже, что всему виной моё хрупкое тело…

Роза выросла нежной и хрупкой, из-за того что сидела дома с самого детства, иногда даже забывая есть, когда предавалась своим гнилым фантазиями. Из-за этого, даже если и был человек, что обладал потенциалом стать “укэ”, после встречи с леди они быстро теряли всякую нежность и становились истинными “сэмэ”. Если бы она только это знала, то сама бы с удовольствием стала мускулистой бой-бабой с лицом, заляпанным грязью, и громогласным смехом, не парясь о каких-либо манерах. Это бы точно создало все необходимые условия для появления так страстно желаемого ею “укэ”. Пропадая в подобных мыслях она медленно сгорала от стыда.

За эти годы у нее выработалась плохая привычка падать в обморок всякий раз, когда она сильно возбуждалась от своих гнилых мыслей. Кроме того, годы жизни в четырех стенах сыграли с ней злую шутку, ибо даровали ей молочно-белую кожу, которая вместо загара краснела от солнца, оставляя опухшие ожоги. Это ее сильно печалило. Все это даровало ей репутацию хрупкой и болезненной девушки. Просто видя ее нежную натуру, в мужчинах моментально пробуждались инстинкты, велевшие им защищать и оберегать ее.

— Тьфу ты… Да я может здоровее всех вас, мужланы! — она отчаянно ненавидела свою неспособность взрастить талантливого “укэ”.

Не важно, насколько бы замечательным “сэмэ” не был, роза любви ни за что не расцвет без подходящего “укэ”, который бы его манил. Потому что в реальности до встречи с тем самым “укэ” большинство “сэмэ” привлекают женщины.

— Укэ! О Боже! Мне срочно необходим хороший “укэ”! — терпение Розы было на исходе, ведь ей уже было четырнадцать. Уже через два года ей начнут приходить предложения от различных кавалеров. До этого момента она планировала собрать достаточно материала, чтобы использовать его в будущей Библии, но такими темпами лучше будет сразу все бросить и уйти в монастырь как можно скорее. Отрезав тем самым себя от всего мира, она могла бы сосредоточиться на своих фантазиях, что в итоге бы привело бы к появлению замечательных гнилых идей.

Сердце Розы было в смятении.

Неся подобный груз на сердце по пути она встретила двух приятелей — Карла и Тимо. Ни один из них не обладал сильными чертами “укэ”, но нечаяно Тимо легонько ткнул локтем друга, вытирая со лба пот. От этой сцены повеяло ароматов роз. А ведь если присмотреться, то Тимо был несколько ниже Карла. Роза не упустила внезапное проявление его “укэшности”. Это моментально подняло ей настроение и ее лицо озарила улыбка.

“Соберись, нельзя терять спокойствие…” — упрекая себя за это, она сложила руки перед собой, обращаясь к Божеству Роз, следившему за ней где-то в этом мире, — “О Боже, спасибо тебе за то, что благословил мой взор этим драгоценным зрелищем.”

Такова была первая догма из учения роз — не просить Божество о невозможном и далеком, а наслаждаться розами здесь и сейчас.

Все хорошо. Может количество “укэ” оставляет желать лучшего, но они точно есть. Если она постарается, то когда-нибудь сможет создать себе совершенного “укэ”, какое ее сердце желает.

Не успела она себе это напомнить, как к ней второпях прискакал бледный слуга, обливаясь потом.

— Леди Роза, беда! Вам срочно нужно вернуться в особняк!

Лутц был очаровательным мальчиком с милыми глазами, который работал конюхом в особняке. Однако в последнее время у него начал появляться кадык, и Роза беспокоилась о том, что он начал слишком быстро расти вверх. Да и то, как он управлялся с лошадьми, тоже говорило о его натуре "сэмэ". В конце концов, в Лангхайме тяжело найти милоту..

— Боже, Лютц, что стряслось? — спросила Роза, приподнимая свои брови в вопросе. Понизив тон своего голоса Лютц ей ответил:

— Хозяин вернулся из королевской столицы вместе с незаконнорожденным ребенком!

Это событие изменило жизнь Розы.

— — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — —

Перевод выполнен командой Destruct Doujin Tales.

Перевод с английского — Ignisov.