Эпилог

— Ваше Величество, просим простить нас.

— М?

Император Руперт VI, глядя на коленопреклонённых перед ним принцессу Фиону и Оскара, недоумённо склонил голову набок.

— За что вы извиняетесь?

— Нам не удалось уничтожить того мага воды.

Это произнёс Оскар. Казалось, от переполняющего его гнева он вот-вот взорвётся.

— Оставьте это, — ответил император. — Гораздо важнее, что вы оба вернулись невредимыми. В этой войне Империя Дебухи получила многое, пускай 20-я имперская армия и была уничтожена... Теперь нам предстоит вернуть пленных солдат в ходе послевоенных переговоров. Я приказывал сдерживать этих несносных эльфов, чтобы они не вышли на передовую, но... их появление на поле боя стало действительно полной неожиданностью.

С этими словами Руперт тяжело вздохнул.

Разгром 20-й имперской армии в Западном лесу эльфов обернулся потерями, далеко превосходящими любые расчеты.

Тем не менее донесения гласили, что значительное число солдат захвачено живыми. А раз живы — выход найдётся. Ради их возвращения придётся пойти на серьёзные уступки, но ценность умелых людей не измерить никакими богатствами...

— Ну да ладно, — отмахнулся он. — Куда важнее другое. Оскар, я слышал, в минувшей кампании ты вынудил дворян севера Королевства предать корону и захватил несколько городов, включая Уингстон. Отличная работа.

— Для меня величайшая честь слышать вашу похвалу.

Услышав одобрение Руперта, Оскар склонил голову ещё ниже.

— Радуйся. По возвращении в имперскую столицу тебя ждёт повышение титула.

— Простите?

— Повышение сразу на две ступени будет в самый раз. Я жалую тебе титул графа.

Услышав это, Фиона радостно и часто закивала.

Руперт жестом велел Оскару и Фионе удалиться.

Рядом с императором остался лишь его верный соратник, граф Ханс Кирхгоф.

— Господин Оскар не обманул ваших ожиданий и добился выдающихся успехов, — заметил Ханс.

— Именно. Решение оставить Фиону при себе и отправить на фронт одного Оскара полностью себя оправдало.

Руперт тихо усмехнулся.

— В статусе графа его брак с принцессой уже не вызовет никаких вопросов.

— Значит, вы всё же планируете сделать его супругом принцессы Фионы?

— Ещё бы. Попробуй я выдать её за кого-нибудь другого, Фиона меня попросту испепелит.

На этот раз Руперт рассмеялся куда громче.

— Всё равно внутри страны достойных аристократов почти не осталось. Да и выдавать её замуж за границу теперь нет никакой нужды. Так что Оскар — идеальный кандидат в зятья. Если привязать кровь столь могущественного мага к императорской семье, кто знает, возможно, через сотню лет она вольётся в прямую линию наследования?

Вдоволь насмеявшись, Руперт потёр подбородок и, немного поразмыслив, заговорил вновь:

— В этот раз всё шло почти по плану, но в самом конце мы потерпели поражение. Королевство Найтрей по-прежнему нельзя недооценивать... Точнее сказать, таков истинный масштаб короля Абеля. Стая виверн под предводительством гоблина слабее орды гоблинов под предводительством виверны... Правду гласит пословица.

— Вы высоко оцениваете короля Абеля?

— И к тому же при нём этот дракон.

— Тот самый маг воды...

— Пожалуй, нам придётся пересмотреть свой подход к отношениям с Королевством.

— Вы имеете в виду сделать упор на дипломатию? — с лёгким удивлением переспросил Ханс, но тут же всё понял. Император признал, что обновлённое Королевство стало слишком сильным, чтобы давить на него грубой силой.

— Будь то Королевство или Союз государств Хандару... похоже, нам стоит всё тщательно обдумать.

С этими словами Руперт хищно ухмыльнулся.

— В этот раз произошло много всякого.

— Нечасто услышишь от тебя подобные слова, Рё, — ответил Абель, обращаясь к сидящему рядом другу.

Они находились в бывшем кабинете наследного принца внутри королевского замка. В итоге Абель решил превратить это помещение в новый кабинет короля.

Официальных причин для этого хватало, но истинная крылась в другом: отсюда вели потайные ходы как в саму столицу, так и за её пределы, что делало кабинет невероятно удобным.

В этом новом кабинете Абель разбирал бумаги при поддержке маркиза Хайнлайна, а Рё чинно сидел на диване и вёл беседу.

Причина его благонравия была проста: прямо перед ним стояла чашка кофе.

Не будь здесь кофе, он бы уже давно растёкся по мебели...

— Как-никак я получил ожог возле правого глаза, да ещё и огромную дыру в животе! — возмутился Рё. — Главная ошибка в том, что я только-только приземлился, и полы моей мантии распахнулись. Будь я укрыт «Робой Короля Фей», она бы без труда отразила магию такого уровня. Впрочем, я всё равно отсёк руку этому «Магу взрывного пламени», а под конец вонзил в него Мурасамэ, так что это моя безоговорочная победа!

— А-ага...

Абель счёл за благо согласиться с горячей тирадой друга. Исключительно из тех соображений, что спорить с ним сейчас было совершенно бесполезно.

— Однако я допустил одну серьёзную оплошность.

— Серьёзную оплошность?

— Я так и не смог применить свой новый коронный приём — |Лакриму Абели|.

— Тот самый, суть которого сводится к тому, чтобы шарахнуть льдом по голени, заставив расплакаться даже меня?..

Рё выглядел откровенно раздосадованным, а Абель лишь обречённо покачал головой.

Маркиз Алексис Хайнлайн переводил непонимающий взгляд с одного на другого.

— Впрочем, если учесть всё богатство произошедших событий, тот факт, что я не обрушил на врага |Лакриму Абели| — сущие пустяки, — продолжил рассуждать Рё. — В крайнем случае как-нибудь применю его на тебе, оригинальном Абеле, и мы будем в расчёте.

— Ага, только попробуй, — категорично отрезал Абель, пресекая идею на корню.

Вряд ли этот удар тянул на звание «коронного приёма», но в том, что будет адски больно, сомневаться не приходилось...

— Если взглянуть на картину в целом, у нас тут случился ивент с |Телепортацией| врага прямо в нашу ставку, так что фраза «произошло много всякого» как нельзя лучше описывает ситуацию, — подытожил Рё.

— Не знаю, что ещё за ивент, но это и впрямь стало сюрпризом, — кивнул в знак согласия Абель.

Тут в разговор вступил маркиз Хайнлайн, решив дополнить картину:

— Что касается той массовой телепортации: похоже, это заклинание нельзя применять часто. После каждого использования барон Бенда расплачивается собственным здоровьем. Не исключено, что эта магия буквально высасывает его жизненные силы. Говорят, после переброски десятитысячного войска Хартмута, его рвало кровью. Ему было настолько плохо, что он так и не смог подняться с постели — ни на обратном пути в имперскую столицу, ни по возвращении туда.

— Значит, даже |Исцеление| бессильно? — ужаснулся Рё. — Какая жуткая магия...

— Вот на какие жертвы они пошли ради этой операции, — мрачно произнёс Абель.

И Рё, и Абель прониклись лёгкой жалостью к барону Бенде. Да, его магия едва не стоила им жизней, но то, как безжалостно Империя использовала этого человека, вызывало сочувствие.

— То, что её нельзя применять по щелчку пальцев — для нас хорошие новости. Если бы они могли в любой момент телепортировать армию прямо в столицу, мы бы оказались в отчаянном положении, — произнеся это, Абель отложил перо.

Улучив момент, маркиз Хайнлайн обратился к королю:

— Ваше Величество, что касается того вопроса с господином Рё — я завершил предварительные переговоры с маркграфом Руна и маркизом Хоупом.

— Вот как. Возражений не было?

— Никаких. Оба восприняли новость с большим энтузиазмом, признав, что если столь могущественная боевая единица окажется под контролем какого-либо конкретного дворянина, это приведёт к катастрофическим последствиям.

— Простите? — не понял Рё.

Маркиз Хайнлайн многозначительно посмотрел на юношу, и тот, склонив голову, попытался прояснить ситуацию.

— Видишь ли, — начал Абель, — за твои выдающиеся заслуги в этой войне мы решили даровать тебе дворянский титул.

— Дворянский титул... — протянул Рё, нахмурившись.

От этого слова за версту веяло неприятностями.

— Дворцовые интриги, кишащие всякой нечистью... Бессонные ночи из-за бунтующих крестьян... Вечные козни завистливых соседей-феодалов...

— Ты это сейчас про какое несостоявшееся государство рассказываешь? — не выдержав, уколол его Абель.

Королевство Найтрей было правовым государством, и для аристократии существовали строгие законы. Разумеется, к дворянам относились куда снисходительнее, чем к простолюдинам, но многое зависело от их отношений с правящей династией. Или, точнее, от влияния самой короны.

При сильной королевской власти аристократия ходит по струнке, при слабой — начинает диктовать свои условия.

Какова же была власть короля Абеля?

Хотя его правление только начиналось, он уже заручился поддержкой великих аристократов юга и запада — маркиза Хайнлайна, маркграфа Руна и маркиза Хоупа. К тому же за ним стояли авантюристы по всей стране... В результате новый король пользовался колоссальной народной любовью.

Более того, земли дворян, вставших в минувшей войне на сторону Реймонда, подлежали конфискации и переходили под прямое управление монарха. И только от Абеля зависело, кому из верных вассалов передать эти владения, какие новые благородные дома основать... или же оставить территории в личной собственности короны.

Всё решал король Абель.

Словом, ни для кого не было секретом, что власть Абеля обещает стать практически абсолютной.

— Дом герцога Флитвика расформирован, а вместо него будет учреждён новый герцогский род. И ты, Рё, станешь его главой.

— ...Простите, что?

Услышав это объяснение, Рё снова недоумённо склонил голову.

Он прекрасно расслышал каждое слово. Вот только смысл сказанного категорически отказывался укладываться в голове.

Иногда с человеческим мозгом случается подобный диссонанс.

— Думаю... титул герцога Рондо подойдёт как нельзя лучше, — рассуждал Абель. — Герцог Рондо Рё Михара. Твоим феодом станет Лес Рондо. Это и так дикий край, где кишат монстры, так что, кроме тебя, управлять им всё равно никто не сможет. Да и людей там нет, так что править никем не придётся. Титул исключительно номинальный.

— Поскольку дом герцога Рондо учреждается на месте расформированного дома Флитвика, вы станете первым герцогом Королевства, — добавил маркиз Хайнлайн. — Иными словами, займёте высшую ступень в аристократической иерархии Найтрей.

Так Абель нарёк друга герцогом Рондо, а маркиз Хайнлайн пояснил истинный вес этого титула.

— Первый герцог...

От такого потока ошеломляющих новостей разум Рё отказывался нормально функционировать.

— Раз ты будешь первым герцогом, ни одному дворянину не придёт в голову бредовая идея подмять тебя под себя, — пояснил Абель. — Я же говорил, что у меня есть чёткий план на этот счёт.

Абель прекрасно понимал, как сильно Рё не желает связываться с дворянскими интригами и ввязываться в проблемы, поэтому заранее придумал идеальную защиту.

И вот в чём она, собственно, заключалась.

Решение было, мягко говоря, радикальным.

— Постойте-постойте... А как же, например, господин маркиз Хайнлайн? Вы согласны с этим? Чтобы я — и вдруг стал первым герцогом...

— Разумеется, господин Рё. Более того, именно я это и предложил. Вы — высшая боевая мощь этого государства. Ваш статус наглядно продемонстрирует всем: отныне вы подчиняетесь исключительно королю, и прочие аристократы не имеют права диктовать вам условия.

— Тебе не придётся выполнять никаких придворных обязанностей, — заверил Абель, то и дело кивая. — Не нужно каждый день являться в замок... В Королевстве вообще нет обязательных мероприятий, где должны собираться абсолютно все дворяне. Тот же маркиз Хоуп, говорят, не показывался в столице больше десяти лет. Конечно, если снова вспыхнет война, подобная нынешней, я попрошу тебя о помощи. Но в остальном — живи как душе угодно. Можешь обосноваться в столице, вернуться в Рун или беззаботно проводить дни в своих новых владениях в Лесу Рондо.

По сути, статус первого герцога был сугубо почетным. Рё не получал реальной власти в правительстве и не был обременён государственными обязанностями.

Естественно, сам Рё ни на миллиметр не стремился к власти, так что его такой расклад более чем устраивал. Впрочем, в этой изящной комбинации явно чувствовалась рука прагматичного маркиза Хайнлайна.

— Что ж... Если этот титул всего лишь формальность, я согласен.

— Правда?! Вот и отлично! А я уж боялся, что ты начнёшь ныть в духе «мне лень с этим возиться»... Фух, отлегло.

На лице Абеля расцвела счастливая улыбка, и он принялся то и дело повторять, как же это хорошо.

Маркиз Хайнлайн тоже с довольным видом улыбался.

— Мы выделим тебе роскошный особняк в столице. Делай с ним что захочешь. Ах да, если не собираешься в нём жить, можно нанять специальную контору, которая будет за ним присматривать. Но с этим разберёмся позже.

Абель пребывал в великолепном настроении. Судя по всему, согласие Рё стать герцогом Рондо действительно сняло камень с его души.

— И ещё кое-что. О твоём новом статусе мы официально объявим только среди дворян. Простому народу об этом знать необязательно. Так что ты сможешь спокойно продолжать свою карьеру авантюриста.

— О, а вот это звучит и впрямь заманчиво.

— Со временем корона выдаст тебе особую идентификационную «пластину». Советую носить её с собой. Штука крайне полезная. Например, с ней можно беспрепятственно попасть в Запретный архив Центральной библиотеки.

Услышав это, Рё аж подскочил на месте.

— Запретный архив — это просто великолепно! — глаза мага загорелись. — Что касается пластины, я уже видел такую у принца Уилли. Помнится, какие-то стражники из патруля проверяли её с помощью алхимического инструмента.

Рё вспомнил инцидент, произошедший на пути в столицу.

Возможность свободно посещать Запретный архив стала для него колоссальным стимулом. Ведь вершина мастерства в алхимии всё ещё маячила где-то далеко за горизонтом...

И тут в голову Рё пришла гениальная мысль. Если речь зашла о библиотеке, быть может, в самом замке тоже есть нечто подобное?

Даже на Земле, в Японии, в крупных университетских библиотеках хранились бесценные древние фолианты, недоступные простым смертным. Допуск к ним получали лишь аспиранты, да и то лишь в том случае, если книги напрямую относились к теме их диссертации.

В таком случае...

Если в королевском замке существует свой Запретный архив, то разве там не должны храниться трактаты по алхимии, оставленные самим королём Ричардом?

— Абель, а в замке, случайно, нет своего Запретного архива?

— Э-э... кажется, что-то такое было?

Неуверенный в собственных познаниях, Абель покосился на маркиза.

— Имеется, Ваше Величество, — подтвердил тот. — Правила допуска туда чрезвычайно суровы. Насколько я помню, даже барон Кеннет Хейворд, главный исследователь Королевской алхимической мастерской, не имел туда доступа... Но да, для первого герцога двери архива всегда открыты.

— Ура-а-а!

Услышав это, Рё победно сжал кулаки, несколько раз повторив торжествующий жест.

Абель лишь со сдержанной усмешкой наблюдал за искренним восторгом друга.

Затем он вдруг что-то вспомнил и добавил:

— Рё, обдумай дизайн своего герба.

— Герба?

— Ну да. Герба герцога Рондо.

— Э-э...

Рё так и застыл с поднятыми вверх руками.

— Ты же теперь герцог. Вполне логично, что тебе нужен собственный герб, разве нет?

— Логично-то логично... Но как именно это делается?

— Не беспокойтесь, чуть позже я представлю вам королевского герольда, — вмешался маркиз Хайнлайн.

В такие моменты на помощь неизменно приходил многомудрый маркиз.

— Герольд? И такие специалисты есть?

— У каждого аристократа есть герб, — пояснил Абель. — Вспомни маркграфа Руна.

— Ах да, точно. Герб с изображением золотой лани. В её честь даже назвали корабль «Голден Хайнд».

Рё прекрасно это помнил. Всё-таки на Земле был одноимённый галеон.

Собственный герб, который будет известен даже сотни лет спустя... А в этом есть определённая романтика!

— Придумай себе какой-нибудь классный дизайн, Рё. Чтобы все сразу понимали: это герб герцога Рондо.

— Звучит увлекательно! Я обязательно подумаю!

Тайны алхимии из Запретного архива, собственный герб герцога Рондо... Перед ним распахивались двери в совершенно новый, захватывающий мир. Лицо Рё расплылось в широкой, искренней улыбке.

Так Королевство Найтрей наконец-то обрело долгожданный мир.

Первая часть «Центральные страны» завершена.

Продолжение следует во второй части «Западные страны».