V

Подначальные Карану всадники, испачкавшись в воде, крови, грязи и позоре, смогли постепенно выбраться из западни в полном составе, когда солнце достигло середины неба. Разумеется, Арслан и остальные трое к этому времени уже исчезли. Всех семи лошадей, на которых приехали всадники, тоже не стало. Военные осели на пол.

— Ах ты, как будто мы дадим тебе сбежать! — разъярённо взревел всадник с запёкшейся кровью на губах, которому Нарсас попал тарелкой по лицу. — Дорога из гор на равнину тщательно охраняется подчинёнными господина Карана. Какой из него был бы стратег или марзбан, если бы он не предусмотрел таких деталей? Смотрите же, к концу дня мы в их трупы плевать будем!

— А они не уверены, что прорвутся сквозь осаду? Как ни крути, это всё-таки Дариун и Нарсас, — мрачно откликнулся его товарищ. У него имелась привычка пессимистично смотреть на всё после сокрушительного поражения.

Разгромив в отместку комнату, всадники недостойным своего звания пешим шагом вышли на горную дорогу. Элам доложил об этом Арслану и остальным в пещере на горе.

— Тяжко им придётся. Если они будут идти пешком по горной тропе в доспехах, то за сегодня не доберутся до подножия горы. Будем молиться, чтобы им не попались навстречу медведи и волки.

Нарсас объяснял Арслану и Дариуну: даже если всадники сейчас спустятся с горы, к ним обязательно добавится окружение. Они сейчас уединятся в пещере на некоторое время, что вызовет у врага недоумение. Вот тут-то Нарсас и приведёт в действие свой план.

— Группа подчинённых Карана осадила гору из-за неосторожности Дариуна, сказал бы я, но осада была неминуема в любом случае. Давайте придумаем, как это использовать. — Нарсас, напротив, выглядел радостным. Когда Арслан спросил, что делать, тот ответил уклончиво: — Сосредоточить военную мощь врага там, где нужно нам. Это самый первый пункт военной тактики.

«Сколь храбр бы ты ни был, выше этого в тактике ценятся умения добиваться победы и не прыгать выше головы», — говорил Нарсас.

Арслан захотел слегка возразить:

— Но Дариун ради меня прорвался сквозь огромную армию.

— Это всё его собственная храбрость, — категорически заявил Нарсас и подмигнул Дариуну. Тот, с лёгкой горькой усмешкой, промолчал. — Таких храбрецов, как Дариун, — один даже не на тысячу. Именно поэтому он ценен, а руководитель войска должен придумывать победную стратегию, отталкиваясь от наличия слабых воинов. То же касается и правителя страны. Если у него что ни на есть неумелые командующие, то, чтобы не проиграть вражеским войскам, нужно составить соответствующий план — то есть такой, при котором не понадобится сражаться, — в голосе Нарсаса звучал азарт. Арслан подумал, что тот в конце концов рано или поздно оставил бы отшельничество. — Это бестактно с моей стороны, но: что случается, когда ты упиваешься силой солдат, недооцениваешь врага и ленишься придумать стратегию, а ситуация раз — и выходит из-под контроля? Трагедия при Атропатене, пожалуй, хороший пример.

Арслану оставалось только согласиться. Он своими глазами видел, насколько храбро всадники Парса сражались на равнине Атропатена и насколько это было бесполезно.

— Король Андрагор никогда не терпел поражения с тех пор, как вступил на престол. Когда его самонадеянность достигла предела, он стал решать любые вопросы кулаками, а чего не мог решить битвой, того избегал. Он был всегда рад оторвать головы вражеским генералам на поле боя, но его не интересовало, как устранить противоречия и неравенство внутри страны… — Во взгляде Нарсаса не было и намёка на шутку. — Ваше Высочество, если Вы покажетесь в этом смысле недостойным преемником короля Андрагора, я в любой момент уйду с должности придворного художника.

Нарсас говорил, что у слуги есть право покинуть государя, и три года назад он им воспользовался. Это была не пустая угроза. Арслан кивнул, искренне соглашаясь. У принца непременно имелось своё мнение о правлении царственного отца. Нарсас расплылся в лёгкой улыбке и обратился к другу, который до сих пор молча чистил длинный меч:

— Дариун, даже если наткнёшься на Карана, не вздумай его убивать. Без сомнения, он знает что-то из ряда вон выходящее. Его нужно расспросить.

— Из ряда вон выходящее? — окликнул Нарсаса обладавший острым слухом Арслан, и тому пришлось улыбнуться:

— Так, из ряда вон выходящее. Но сейчас я не могу даже предположить, что это могло бы быть.

Арслан кивнул и окинул взглядом пещеру. Она была достаточно просторной, чтобы в ней могли уместиться четыре человека и одиннадцать лошадей, а извилистый вход не позволял снаружи увидеть, что происходит внутри. Казалось, то было искусное творение природы, но на самом деле вход вырыли Нарсас и Элам.

— Никто не знает, что может случиться. Я предпочёл заблаговременно подготовить несколько убежищ, — сообщил Нарсас. В ответ на вопрос, есть ли другие входы, он спокойно кивнул. Он был предусмотрительным мужчиной и подготовился основательно — вплоть до западни на горной вилле.

Арслану невольно подумалось, что он получил превосходных союзников, которых не заслуживал ни по возрасту, ни по силе. Они были самыми что ни на есть надёжными, что казалось поистине дерзким. Арслан должен был стать человеком, достойным верности Дариуна и Нарсаса.