Глава 4: Новый финансовый год с начальницей Моно

Время шло... Настала весна.

Год сменился, и вот я уже третий год работаю в компании.

— ...

Офис отдела продаж.

Я сидел за компьютером и занимался обычной работой.

И тут.

— Санедзава-кун.

Ко мне.

Подошёл мой начальник.

Я прекратил работать и повернулся к начальнику.

Передо мной стоял... Начальник Сакума.

Спокойный мужчина средних лет в очках.

— Что такое, начальник Сакума?

— Ты сделал документы, которые я просил?

— Да, уже распечатал.

— Спасибо.

Получив документы, начальник Сакума пробежался по ним.

— Тебя ведь только перевели ко мне, потому пока ты ещё не привык... Но ты работаешь быстро, Санедзава-кун. И документы удобно читаемы. Хорошо тебя начальница Моно подготовила.

— А-ха-ха... Похоже на то.

С материалами в руке он удалился.

Прошло ещё немного времени... И теперь подошла Каномата.

— Санедзава-кун, скоро собрание начнётся.

— Да, — я кивнул и встал. Нас ждёт совещание с редакторским отделом, занимающимся новеллами... Там будет решаться тираж книг.

— Но в следующем месяце будет целая куча публикаций...

— А-ха-ха. У нас тут совсем другой уровень, чем у технической литературы. В этом месяце мы утвердили аниме-адаптации, и потому были отсрочки.

— В книжных магазинах полок с лёгкими новеллами становится меньше, но тиражи растут, и нам надо думать о стратегии.

— ... Это главный вопрос, который должен решить отдел продаж лёгких новелл. Я и сама не знаю ответа.

Покинув отдел продаж, я пошёл в зал для совещаний, где нас ждал редакторский отдел.

Третий год работы в издательстве.

И этой весной меня перевели из третьего отдела в первый, где работает Каномата.

Из технической литературы к манге и новеллам.

— ...

Мы шли по коридору мимо третьего отдела, и я бросил взгляд внутрь.

На месте начальника по-прежнему сидела Моно-сан.

Рядом был мужчина, устроившийся в этом году, похоже он провинился, и Моно-сан сурово поучала его.

Я отвернулся и пошёл дальше.

Теперь я и Моно-сан в разных отделах.

Она уже не моя непосредственная начальница.

В тот день...

Я сказал, что нарушил данное обещание, и наши отношения закончились.

Всё... Было кончено.

И парные кольца, и личное общение.

На работе мы были начальницей и подчинённым.

В груди бушевали непередаваемые чувства, но Моно-сан оставалась холодна... И мне оставалось лишь следовать её примеру.

Мы говорили лишь про работу, не поднимая прочие темы.

Будто этих месяцев и не было, наши отношения стали такими же, какими были ранее. Она была опытной начальницей «императрицей», а я бестолковым подчинённым. Ни больше, ни меньше, всё стало как раньше.

Ни к чему говорить... Что наша договорённость на Рождество была аннулирована.

Это не значит, что я ничего не испытывал.

Мне было что сказать и донести.

Но я молчал, а время шло.

И вот настала весна.

И вот меня перевели, пусть я этого и не желал, и не думаю, что это Моно-сан что-то сделала.

Там как раз несколько человек ушло на пенсию, и потребовался перевод.

Я был переведён, так что она больше не моя начальница... И теперь мы даже на работе не можем поговорить.

Мы на одном этаже, потому я вижу её, но вообще не разговариваю.

Она так близко, но в то же время будто далеко.

Я не могу с ней поговорить, но каждый день её вижу. И с этими отношениями я ничего не могу сделать.

Пока я думал об этом...

— Похоже пора отсюда увольняться!..

Во время обеда.

Меня позвал Кутсува, и мы вместе решили поесть вне кабинета.

Мы зашли в столовую, поели, и тут Кутсуву прорвало, и он принялся выплёскивать всё, что накопилось.

Я уже не знал, как на это реагировать.

— Я об этом и на той неделе слышал.

— В этот раз я серьёзно. Я уже на пределе. Завтра напишу заявление.

— Ты ведь наконец попал в свой любимый редакторский отдел.

— Именно поэтому! — закричал он.

Его как и меня перевели весной.

Как и желал, он попал в редакторский отдел.

К тому же в самый лучший... Первый редакторский отдел, занимающийся мангой и новеллами.

Кутсува мечтал об этом с тех пор, как устроился, и очень радовался, когда его назначили... Но прошёл месяц с перевода, и он понял разницу между мечтой и реальностью.

— Это ведь... Странно. Там все считают нормой переработки. Почему ночевать на работе — это нормально? Это какое-то государство в государстве, где трудовой кодекс не придумали?

— ...

— Почему писатели не делают работу в срок?.. А? Сотрудники? Мы должны делать всё вовремя. Стоит чуть задержать анонс, и начинаются жалобы, в социальных сетях сразу же появляются мнения экспертов о том, что мы работать не умеем... Странно всё это, работа совершенно неблагодарная...

Его добивала разница ожиданий и реальности.

— Эх... Хочу назад в отдел продаж. Хочу носить костюм, уходить вовремя и наслаждаться личной жизнью...

Говоривший это Кутсува был одет в рубашку и джинсы.

В редакторском отделе носить костюм было не обязательно.

В редакторском отделе он был аккуратно подстрижен, а тут о причёске заботился меньше.

Уже начал походить на типичного редактора.

— А у тебя как дела в первом отделе продаж, Санедзава?

— Ну, работаю. Жаловаться не на что.

— Хм, как-то неинтересно.

— А меня устраивает.

— Начальник первого отдела начальник Сакума добрый мужик. Скоро будешь скучать по нагоняям начальницы Моно, — весело сказал он.

— Вот уж нет, — улыбнулся я в ответ.

Как-то я смог изобразить улыбку.

Кутсува не хотел сказать ничего плохого, но эти слова кольнули меня. Он пробудил запечатанные воспоминания, и грудь сковала боль.

Теперь все эти упрёки я могу вспоминать с ностальгией.

Но больше мы не работаем вместе.

Больше я не работаю под её началом.

К тому же.

Возможно и вне работы кто-то другой вместо меня...

Наши отношения, парные кольца.

Больше я не её партнёр.

Прошло несколько месяцев... И возможно она уже нашла кого-то другого.

Кого-то другого для парных колец...

Не хотелось думать об этом, я понимаю, что сделаю лишь хуже себе, если стану задумываться об этом, но всякий раз как вспоминал, мне было так плохо, что умереть хотелось.

Обеденный перерыв закончился, и я вернулся к работе.

Отдел продаж технической литературы и отдел продаж манги и ранобе. Отличий полно... И одно из них — это расширение материалов, повышающих продажи.

Их число было куда как выше. К обычным наклейкам и плакатам прибавлялись всякие гобелены и панели.

Теперь мне приходилось активно работать с магазинами, направленными на отаку, чего я раньше не делал, как сотрудник отдела продаж я много нового почерпнул.

— ... Отлично.

В руках были пакеты с рекламными материалами. Сегодня я работаю в поле. Сегодня надо объехать кучу магазинов.

Покинув офис, я направился к лифту.

И тут.

— ... М.

Я остановился.

Перед лифтом.

Там... Стояла Моно-сан. Тут ничего необычного. Всё же мы оба работаем в отделе продаж. Вполне обычная встреча.

Я снова пошёл вперёд и встал рядом с ней.

Было бы странно, если бы я так и остался стоять.

Она тоже меня заметила.

— Санедзава-кун...

— З-здравствуйте.

Её глаза округлились, но вот она снова стала серьёзной и повернулась в сторону лифта.

— На выезд?

— Да. А вы... Начальница Моно?

Я как-то смог не назвать её Моно-сан. Вообще не было ничего такого, если бы я назвал её так на работе... Но теперь не стоит об этом думать.

За пределами офиса мы вряд ли встретимся.

— У меня назначена встреча, — спокойно ответила она.

Прибыл лифт. Кроме нас никто не заходил, и внутри никого не было. Вдвоём в тесном помещении. Я не знал, на каком расстоянии надо было держаться, и встал с краю.

В тишине было неловко.

— Как дела на работе? — спросила Моно-сан.

— Ну, справляюсь как-то.

— Вот как. Ну и хорошо. Я немного переживала и за тебя, и за Кутсуву-куна. Вы устроились всего два года назад, и вас уже перевели.

— Кутсуве тяжелее, чем мне приходится. Похоже реальность редакторского отдела не такая, какую он ожидал. Уже жалуется, что уволиться хочет.

— Редакторский отдел... Все мечтают попасть туда... Но Кутсува-кун должен справиться. Он молодец, у него должно всё получиться.

— Да. Уверен, он будет в порядке.

Давно мы так не общались.

И всё же необычно, что получилось так обыденно поговорить.

Здорово, что неловкости нет... Но слишком уж всё обычно.

Будто бы.

Ничего между нами и не было.

Всех этих месяцев не было.

Будто кто-то нажал на сброс и наши отношения стали такими же как раньше.

Мы обычные начальница и подчинённый. Из-за того, что меня перевели, мы стали отдаляться, и при встрече вели обычный социальный диалог...

Я в очередной раз понял, какие между нами теперь отношения.

Эх...

Я сам себя не понимаю. Внешне спокоен, но внутри полный хаос, я готов сломаться.

— Ладно, мне сюда, — она пошла, как только мы покинули здание.

Я мог лишь смотреть ей вслед.

Она уже забыла о наших отношениях.

Выбросила их, и теперь они для неё в прошлом.

А может она пытается их забыть как тёмное пятно в своей жизни.

Конечно. Мужчина, с которым она договаривалась лишь на плотские отношения, нарушил слово и влюбился в неё. Стал желать не только тело, но и сердце.

Это я тут предатель.

Я был неправ, когда стал чего-то желать от неё. И должен быть благодарен просто за возможность нормально общаться.

Всё, что я мог, это не лезть в её жизнь.