Эпилог

На дне глубокой-глубокой тьмы собирались тени.

— Как и ожидалось, «Драгун» неуклонно возрождается. Сила его вмешательства примерно вдвое превышает ту, что была зафиксирована во времена Галиля. Более того, высока вероятность, что за эти пять тысяч лет он занимался самосовершенствованием.

— Самосовершенствованием? Это пугает… но.

— Именно. В отличие от нас, система «Драгуна» — в особенности его виртуальная личность — крайне нестабильна и хрупка. Потому-то самосовершенствование и возможно, но по этой же причине в качестве предохранителя и предусмотрен «Драконий рыцарь». В конце концов, он — наш прототип. В конечном счёте, он намерен повышать свою боевую мощь, даже рискуя потерять внутреннее равновесие…

— Как глупо. Хранит верность давно сгинувшему хозяину?

— Возможно, он и сам не понимает своих мотивов. Как и мы.

— ……

— Ну и ладно. Я уже обдумал несколько ответных мер. На получение санкции может уйти какое-то время, но… тут уж ничего не поделаешь.

На этом разговор, похоже, завершился.

Тени скользнули сквозь мрак и начали расходиться.

Одна из них вдруг обернулась и произнесла:

— Сиз.

— …Что?

Две тени остановились.

— Красивая серьга. Жаль только, что она одна — выглядит немного одиноко.

— ……

Тень ничего не ответила — и ушла. Окликнувшая её тень тоже горько усмехнулась, и растворилась во тьме.

А позади остался лишь глубокий мрак.

С грохотом… экипаж ехал по лесной тропинке.

Позади виднелся особняк, который они только что покинули. Ещё вчера это старое здание было целым, а теперь внезапно лишилось половины.

Оно выглядело жутко, словно его вырвала рука гиганта, но… учитывая, что это были лишь последствия битвы между апостолом Бога и демоническим зверем, урон можно было назвать сравнительно небольшим. Разумеется, радоваться этому сейчас было некому.

Шаннон и Пасифика.

Они сидели рядом на козлах; между ними повисло болезненное — невыносимо болезненное молчание.

С самого утра они не обменялись ни словом. Молча собрались и покинули особняк, словно спасаясь бегством. Дело было даже не в том, что оставаться там было слишком опасно… просто каждому из них находиться в том месте было невыносимо тяжело.

— …Брат Шаннон.

Услышав её охрипший голос… Шаннон чуть перевёл взгляд на младшую сестру.

— Послушай… я…

Она явно хотела что-то сказать, но не могла подобрать слов… Поэтому Шаннон заговорил первым:

— По словам Арфи… вероятность того, что в Сиз ещё осталась личность Син, практически равна нулю.

Пасифика ещё не успела сама понять смысл — и Шаннон продолжил:

— Фактически… Син мертва.

Тяжёлые вещи… невыносимо жестокие факты порой легче услышать от кого-то другого, чем осознать их самому.

— ……

Пасифика прикусила губу.

— В этот раз всё обернулось скорее обоюдными потерями, чем победой, просто проверили силы друг друга… но когда мы встретимся в следующий раз — это будет настоящая битва насмерть.

— …Значит, всё бесполезно? — спросила Пасифика, словно убеждая саму себя. — Вернуть её… уже невозможно?

— Так говорит Арфи. Шансы практически равны нулю.

Снова повисло молчание.

И оно было ещё тяжелее, чем прежде.

— …А я ведь думала, что у меня появилась младшая сестрёнка, — спустя некоторое время пробормотала Пасифика, словно вдруг вспомнив об этом. — Хотела немного побыть для неё старшей сестрой. Раньше у меня никогда такого не было. И я подумала… что это, наверное, здорово. Я наконец-то смогла почувствовать нечто подобное.

— …Вот как.

— Но…

Теперь всё кончено, да?

— Пасифика.

Голос Шаннона прервал её мысли.

— Любой скажет, что защищать тебя — это полная глупость.

— …Брат Шаннон?

— Все скажут, что спасти тебя до самого конца можно только чудом. И, по правде говоря, возможно, так оно и есть.

Пасифика молча смотрела на профиль брата.

— Но если посмотреть с другой стороны, это значит, что если произойдёт хотя бы одно чудо — всё получится.

— Но это же…

Абсурдная логика. И всё же…

— Если бы мы с самого начала… поверили, что ты уничтожишь мир, и опустили руки… если бы сдались, решив, что чудес не бывает, на этом бы всё и закончилось.

— …Да.

— Если ничего не выйдет — что ж, так тому и быть. Но я всё равно считаю, что чудеса приходят тем, кто не сдаётся.

Шаннон вздохнул.

— Если сдашься, то и чудо, которое могло бы произойти, не случится.

— ……Брат Шаннон.

— Отказаться от надежды ты всегда успеешь.

Верно.

Отсечь. Сдаться. Перестать сопротивляться.

Ей не нужен был такой путь. Если не выйдет — так тому и быть. В конце концов… в их с Пасификой путешествии в этом не было ничего нового.

И всё же, если прямо сейчас она жива и находится здесь. Если это можно назвать чудом. Если можно назвать чудом то, что она встретила отца и мать, Шаннона, Ракель и многих других — что они помогали ей, и что она до сих пор жива…

Чудеса случаются.

Случаются снова и снова. И их можно сотворить. Обязательно.

Так считала Пасифика. Поэтому.

— Угу. Ты прав. Тем более… она ещё ни разу не назвала меня «старшей сестрой».

Пусть и неловко, но Пасифика всё же улыбнулась.

А в её ухе… беззвучно покачивалась одна-единственная серьга.