Глава третья. Работорговцы
Люди часто склонны разделять разум и тело.
Более того, они предрасположены верить, что разум стоит выше тела.
О солдате, который, получив смертельную рану, собрал всю волю в кулак и продолжил сражаться.
О просветлённом монахе, что невозмутимо ступал по пылающим углям.
О том, что несгибаемый дух творит чудеса над плотью.
— ...А, га, га, га...
Но, если спросить эльфийку Дорис Ангстрём, всё это — заблуждение.
Безнадёжное, абсолютное заблуждение.
Разум — раб тела. Тело — клетка, в которой заперт разум.
Они неразделимы, и к тому же разум сплошь и рядом подчиняется телу. Хочешь сломить дух — сломай тело. Хочешь уничтожить разум — уничтожь плоть. Как бы ни был благороден рыцарь, от голода он опустится до бандитизма и нападёт на невинных; какой бы целомудренной ни была дева, избей её до неузнаваемости, и она сама раздвинет ноги. Так уж всё устроено.
— А? Что такое? — Дорис наклонилась и заглянула в лицо мужчине, привязанному к стулу.
Уши этого человека — изначально маленькие и круглые по сравнению с ушами таких эльфов, как Дорис — сейчас стали меньше половины своего прежнего размера. Потому что Дорис старательно и методично их срезала.
И не только уши. Тело мужчины уже было искромсано в разных местах. На руках и ногах не осталось ни единого ногтя, а большинство зубов выбиты.
Разумеется, умереть от кровопотери было бы скучно, поэтому она останавливала кровь. Крепко стянутые верёвками конечности уже посинели на концах и, казалось, начали отмирать.
Где и как резать, чтобы человек умер. Где и как резать, чтобы он выжил... В этих делах Дорис была весьма опытным специалистом.
— Кажется, он почти на пределе.
— Неважно. Всё, что нужно, я в общих чертах уже выяснил, — произнёс её наниматель, Август Хан, сидевший по ту сторону рабочего стола.
Как и Дорис, он был эльфом... и в то же время блестящим дельцом.
В доказательство тому его дом, служивший также офисом, был заставлен дорогими украшениями, на которые простолюдину не скопить и за всю жизнь. А власть имущие, получавшие от него щедрые «подношения», не могли игнорировать его волю.
— Всё-таки люди инфантильны. А ведь я держал его при себе, думая, что он относительно сообразителен.
Аккуратно причёсанные серебряные волосы. Продолговатые синие глаза. В его утончённых чертах угадывалась лёгкая нервозность, но на безупречном лице даже спустя сотни лет не появилось ни единой морщинки или дряблости, а кожа ничуть не потускнела.
Будучи эльфом, для других рас он всегда выглядел как юноша. По его словам, это порой доставляло хлопоты: при первой встрече его часто недооценивали, принимая за сопляка. Но такие глупцы обычно быстро раскаивались в своих заблуждениях.
— Пойти на поводу у чувств — верх идиотизма.
С этими словами Август щёлкнул пальцем по лежащим на столе документам.
К ним прилагалась фотография «товара». Фотоаппараты, завезённые из иного мира, всё ещё стоили дорого, но, в отличие от рисунков, в них почти не было места субъективности. Как говорил Август, именно благодаря тому, что они отображают всё как есть, их очень удобно использовать для описания товара.
На снимке были запечатлены десять мальчиков и девочек в стальных ошейниках, выстроенных вдоль стены.
Это был «товар», которым торговал Август. Из них пятеро — ликантропы, четверо — дворфы, и один эльф. Людей на фото не было. Говорят, спрос на них как на товар невелик.
Этот «товар», который вскоре должен был стать предметом сделки... сбежал.
А помог им сбежать человек, который сейчас истекал кровью на стуле — бывший подчинённый Августа. Один из тех, кому поручили управление товаром на «невольничьем складе» Хана.
— Взамен он вроде как переспал с одним из рабов, — со смехом сказала Дорис, глядя на нижнюю часть тела мужчины, где сквозь разрезанную одежду виднелись его гениталии. Из-за падения артериального давления от потери крови они жалко съёжились.
— Это тоже проблема. Прикасаться к товару. Одно это уже заслуживает «увольнения», — бесстрастно заключил Август.
В торговой компании Хана не существует понятия «уйти по собственному желанию». Буквальное пожизненное трудоустройство — одна из «фишек» компании. Уйти самому нельзя. А если тебя «увольняют», это означает принудительное завершение жизни — как правило, от рук Дорис.
— Слышал? Но ты же напоследок вдоволь этим попользовался, так что жалеть не о чем, верно?
Дорис погладила его сморщенное достоинство остриём кинжала, и, увидев, как тело мужчины вздрогнуло, испытала безмерную радость.
Ах. Этот человек всё ещё пытается выжить. Всё ещё хочет жить. Весь изрезанный, когда его руки и ноги отмирают раньше туловища, он всё ещё цепляется за жизнь, думая: «Не хочу, не хочу, не хочу умирать!». Какой всплеск эмоций! Какое бурление инстинктов!
— ...Горите в аду... сраные эльфы... — процедил мужчина сквозь стиснутые зубы слова, прозвучавшие как проклятие. — ...Таких мразей, как вы... пусть прикончит «Жнец эльфов»...!
— Ой. А ты ещё полон сил, — сказала Дорис и небрежным движением опустила кинжал на пах мужчины.
— Гх-х!!
Мужчина забился в конвульсиях, когда его лишили мужского достоинства под самый корень.
Из паха тут же хлынули кровь и моча, капая на водонепроницаемую ткань, заранее подстеленную под стул. Уже образовавшаяся зловонная лужа из крови, мочи и пота стала расползаться ещё шире.
— Больно? Эй? Вы так дёргаетесь! Ах... как чудесно.
Дорис заглянула в закатившиеся глаза бьющегося в конвульсиях мужчины, зафиксировала его лицо ладонями и... медленно, словно выставляя напоказ, вонзила большие пальцы ему в глаза.
— Ги... га-а...?!
На кончиках пальцев возникло ощущение... чего-то мягкого, лопающегося со звуком «хлюп». Факт того, что было безвозвратно утрачено нечто важное, передался ей в виде отчётливого физического ощущения.
— Ха-а... Это и вправду чудесно... Внутри вас... всё такое тёплое и трепещущее.
Дорис упоенно произнесла это, выковыривая остатки раздавленных глазных яблок. Брызги крови, разлетевшиеся из уголков рта и глазниц мужчины — первозданный багровый цвет жизни — забрызгали её белое лицо и длинные серебряные волосы, ярко выделяясь на их фоне.
— То, что ты развлекаешься, входит в условия контракта, так что я не против. Но не могла бы ты поменьше пачкать ковёр? Эта вещица стоит твоей двухлетней зарплаты.
Август вдруг оторвал взгляд от документов в руках и сделал замечание.
Обильное количество крови, пота и мочи стекло с водонепроницаемой ткани и начало оставлять пятна на ковре. Таков был результат рвения Дорис, дорвавшейся до долгожданной «награды». Обычно всё заканчивалось до того, как выделялось столько жидкостей. Но этот мужчина оказался на удивление живучим.
— Конечно, я учту. Потом заставлю кого-нибудь из подчинённых всё отмыть, босс.
Убирая руки от всё ещё бьющегося в конвульсиях трупа, Дорис обворожительно улыбнулась.
●
Окраина Сканлана, города, расположенного на западе владений Газард.
В отличие от шумного центра Сканлана, кипящего жизнью торгового города, это было место с богатой природой. Дорога, тянущаяся прямо от центра, проходила сквозь густые заросли деревьев и вела к огромному особняку на холме.
Нет. Называть это просто «особняком» было бы не совсем верно.
Это напоминало скорее... крепость.
Его внешний вид совершенно не гармонировал с пейзажем: грубая постройка из огнеупорного кирпича, окружённая рвом и каменными стенами, а перед воротами даже имелся подъёмный мост. Виднелись и несколько строений, похожих на сторожевые башни.
Бледно-голубые огни, время от времени мелькающие в тени деревьев, должно быть, принадлежали духам света. Маги нередко подчиняют себе различных духов, но чтобы использовать их в качестве сторожевых псов для постоянного патрулирования — для этого нужно нанять несколько специализированных магов, чтобы те дежурили посменно. Позволить себе такую роскошную охрану могут лишь единицы, если не считать лордов и аристократов.
— ...Впечатляет. На уровне замка лорда... — пробормотал Юго, отрываясь от бинокля.
Сейчас он находился на окраине леса, окружающего холм. Он наблюдал за особняком с северо-восточной стороны, держась на безопасном расстоянии.
— Скорее не впечатляет, а бесит, — подавляя зевок, прокомментировала Агнета, валявшаяся рядом с Юго.
Она не споткнулась и не упала. Она просто стянула с Юго плащ, расстелила его на земле и теперь спала на нём.
Полуденное солнце, пробивающееся сквозь кроны деревьев, было тёплым, и в сон потянуло бы кого угодно, не только её. Но сейчас они были на «работе» — точнее, в самом разгаре разведки. Юго подумал, что, пусть она и убийца, чуждая этике и морали, ей всё же стоило бы проявить хоть немного рабочего энтузиазма или хотя бы относиться к делу серьёзнее.
Подумал, но вслух не сказал. Он прекрасно знал, что читать нотации этой эльфийке бесполезно.
— Мог бы жить где-нибудь, где целиться удобнее... — ворочаясь с боку на бок, выдала Агнета невероятно эгоистичное замечание.
— Если он не суицидник, какой идиот станет так делать? Сразу видно, что Август Хан — «крупная рыба».
Август Хан — купец из эльфов. Хозяин особняка, за которым наблюдали Юго с напарницей.
Торговая компания Хана, которую он основал и возглавлял, существовала ещё до Войны Иномирья — это старейшее предприятие с более чем четырёхсотлетней историей, ведущее обширную торговлю всем: от продуктов питания до ремесленных изделий, произведений искусства, оружия и домашних животных. За долгие годы он обзавёлся связями среди аристократов и монархов разных стран. Говорили, что по одному его слову или распоряжению легко могли исчезнуть с лица земли пара деревень или городов.
Словом, настоящая «крупная рыба» без всяких преувеличений. Учитывая это, величественный вид особняка вполне объясним. У него наверняка больше денег, чем у иного провинциального лорда. А желающих покуситься на такого человека на удивление много, поэтому его жилище, естественно, тщательно охраняется.
— ...И правда, бесит... деревья вокруг мешают... и в здании почти нет окон...
— С запада деревьев поменьше, можно было бы прицелиться, но... там дует сильный ветер с гор. Видимо, не выйдет. Да и окон мало со всех сторон.
Слишком плохие условия для снайперской стрельбы.
Да и снаружи невозможно даже определить, где находится комната цели.
— Судя по досье, во время неразберихи сразу после Войны Иномирья его пытались застрелить конкуренты. Вот он и начеку, — сказал Юго, передавая Агнете бинокль.
На тех немногих окнах, что там были, висели плотные шторы, которые редко открывались, так что заглянуть внутрь было сложно. Порой сквозь шторы проскальзывали силуэты, но нельзя было с уверенностью сказать, что это цель — Август Хан.
— Какие доставучие эти его конкуренты. Могли бы и поладить с коллегами.
Агнета, всё так же лёжа, смотрела в бинокль в совершенно другом направлении. Юго бросил взгляд на её расслабленную позу, в которой не чувствовалось ни капли энтузиазма, и...
— Работорговцы — это отбросы общества. Пусть убивают друг друга сколько влезет, — выплюнул он.
— ...Юго?
Оторвав бинокль от глаз, Агнета резко села.
Удивлённо моргая, она зашла спереди и заглянула ему в лицо. Возможно, она заметила, что тон Юго немного отличался от обычного.
— Юго, ты что, ненавидишь работорговцев?
— А много ли тех, кто их обожает?
Даже клиенты вряд ли испытывают симпатию или уважение к профессии работорговца. Как ни крути, это не та работа, которой занимаются те, кто хочет нравиться людям.
— Хм-м?..
Агнета склонила голову с задумчивым видом. Если подумать, за этот год Юго несколько раз помогал ей в «работе», но «целью» впервые оказался работорговец.
— Какая разница? — спросил Юго, морщась от промелькнувших в голове неприятных воспоминаний. — Или у тебя, Агни, к ним какие-то особые чувства?
— Да нет, просто вижу, что ты их терпеть не можешь. Потому-то ты так необычно активен?
— Это...
Сам он не собирался проявлять особую инициативу... но, видимо, со стороны Агнете это казалось именно так.
Ну, по уровню ублюдочности прошлые «цели» от него мало чем отличались...
Фанна Линдстед и другие... все эльфы, которых Юго видел за этот год, помогая Агнете, были самыми настоящими отбросами общества.
От крупных шишек, вроде производителей наркотиков, работорговцев и лидеров новых культов, чрезмерно эксплуатирующих прихожан и создающих толпы «мучеников», до мелких сошек», вроде мошенников и тех, кто эксплуатировал собственных любовниц в качестве проституток... Их мерзость принимала самые разные формы.
Но все они словно не считали других за людей: ради собственной выгоды они использовали окружающих и совершенно не переживали, если это приводило к их смерти.
Именно поэтому помощь Агнете в её «убийствах» не вызывала у него угрызений совести.
Потому что все они заслуживали смерти...
Хотя, помогая совершать убийства, кем бы ни была цель, я сам становлюсь не меньшим отбросом... Вполне возможно, до потери памяти я занимался тем же самым «ремеслом», что и Агнета.
В плане использования других людей Юго был таким же.
Он почему-то свободно обращался с огнестрельным оружием.
Почему-то владел приёмами боевых искусств.
Словно эти навыки были впечатаны в его тело.
Своего прошлого он так и не знал, но, находясь вместе с Агнетой в ситуациях, где на кону стоят жизни, что-то в нём откликалось. Казалось, на свет вытягивается нечто, связанное с его прошлым. А значит, если он продолжит в том же духе, возможно, он что-то вспомнит — вот почему Юго активно помогал Агнете.
Юго использовал Агнету, чтобы вернуть себе память.
— Но... Агни. — Юго снова заглянул в бинокль, который ему вернула напарница. — Поздно спрашивать, но как думаешь, зачем твой «наниматель» заказал его?
— Да кто ж его знает, — беспечно ответила Агнета.
В обществе принято считать Агнету — «Жнеца эльфов» — маньяком, убивающим без разбора, но на деле она — профессиональный убийца, выполняющий заказы.
Например, в письме, недавно пришедшем от этого «нанимателя», были указаны имя и происхождение цели — Августа Хана, местонахождение его особняка, подробная информация об окружении и «дедлайн» для работы. Но почему «наниматель» выбрал именно Августа Хана, там не сообщалось. Как и в случае с прошлой целью, Фанной Линдстед.
Кто этот «наниматель» и с какой целью он заказывает убийства эльфов?
То, что в качестве целей всегда выбираются «злодеи» с точки зрения общественной морали, ещё не значит, что «наниматель» — борец за справедливость, движимый праведным гневом.
«Ты более не человек и не эльф; забывшая смерть, ты стала демоном».
Ту фразу, которую Агнета произносит, нажимая на спусковой крючок, её научил говорить «наниматель». Произносить её при убийстве — часть работы. Если вслушаться, это звучит как оскорбление и презрение к умирающим эльфам.
Он хочет отомстить эльфам? Наслаждается их смертями?
Значит ли это, что правду говорят слухи, и «наниматель» Агнеты — выживший гоблин или орк, из тех «опасных зверей», что были уничтожены как естественные враги эльфов?
Или же...
— Так что делать будем, Юго? — окликнула его Агнета, прервав размышления.
— Не спрашивай меня.
— Но ты же сам сказал, что так не получится.
Юго всё же был лишь помощником, а главным исполнителем, убийцей, оставалась Агнета... Но эта ленивая эльфийка, похоже, вошла во вкус, получая помощь Юго, и при сложных заказах имела привычку полностью перекладывать разработку плана на него.
— Подстрелить цель, когда он в особняке, сложно. Если не ограничиваться снайперской стрельбой, способы, конечно, есть... например, сжечь особняк целиком.
— Ты сам-то это понимаешь? Ты тот ещё отморозок, Юго.
— Чья бы корова мычала.
Сжечь всё дотла — отлично, а если не выйдет, можно подстрелить его, когда он выбежит наружу, спасаясь от пожара.
Но... Юго и сам понимал, что это чересчур грубый метод. Погибнет много людей, помимо Августа Хана, а если противопожарная система особняка окажется безупречной, то это будет бессмысленно и лишь насторожит цель. К тому же особняк Хана — бывшая крепость. Высока вероятность, что в её конструкцию заложена не только система защиты от пожаров, но и контрмеры против поджогов.
— Остаётся... только ждать. Он торговец, и, судя по досье, довольно старой закалки. Значит, он не станет полагаться в проверке качества товара только на подчинённых. Должен же он когда-то выходить на склад, чтобы увидеть всё своими глазами. Там мы его и подловим.
— Товарный склад? Тот, что рядом с особняком?
— Нет. В отличие от легального товара, рабов для продажи в иной мир он наверняка держит в другом месте ради собственной безопасности.
Торговля с иным миром — тяжкое преступление.
Точнее... это исключительная привилегия лордов.
После Войны Иномирья беспорядочный и неограниченный обмен с иным миром был признан опасным, и по инициативе Великих мудрецов он строго контролировался во всех государствах. Торговля ограничивалась определёнными товарами и объёмами, а вели её исключительно лорды напрямую.
Поэтому, какими бы связями среди аристократов и лордов ни обладал Август Хан, если его торговля рабами с иным миром всплывёт наружу, он окажется в крайне затруднительном положении. Это глобальное соглашение, выходящее за рамки отдельных государств. Если теневой бизнес торговой компании Хана — а точнее, доказательства его существования — станут достоянием общественности, конкуренты и аристократы, которым мешает влияние Хана, получат законный повод, чтобы арестовать его и уничтожить саму компанию.
— ...Вспомни лучик...
В объективе бинокля показалась выезжающая из особняка карета.
●
У торговой компании Хана было несколько «тайных складов».
Места для хранения незаконных товаров, отличающихся от тех «безупречных», что продавались в открытую, до момента заключения сделки.
И по большей части это были товары, связанные с иным миром.
Контрабандные новейшие виды оружия, механизмы и медикаменты из иного мира.
Редкие существа этого мира, предназначенные для тайного вывоза туда.
Поскольку единой валюты не существовало, торговля неизбежно сводилась к бартеру. К тому же товары, предлагаемые Ханом, были природного происхождения, поэтому их качество неизбежно варьировалось. Из-за этого компании всегда приходилось поддерживать запасы, превышающие объёмы, необходимые для одной сделки.
Именно поэтому «тайный склад» был, по сути, огромной тюрьмой.
Местом для постоянного содержания существ, которых в ином мире не водилось.
Однако скрыть объект, где в больших количествах содержатся живые существа любых видов, крайне сложно. Их нельзя просто распихать по ящикам и сложить на складе в городе. Поэтому...
— Сколько сюда ни приезжай — унылое место, — поморщившись, пробормотала Дорис, выйдя из кареты.
Действительно, это место... было бесконечно далеко от понятия живописности.
Зелени почти не было. Куда ни глянь, простиралась лишь серо-чёрная скалистая порода.
Зато здесь в изобилии росли огромные «Каменные деревья».
Каждое из этих скальных образований в форме деревьев было размером с гору. Они беспорядочно раскидывали свои ветви, переплетались, клонились друг к другу, создавая причудливый и пугающий пейзаж.
Казалось, будто сам лес окаменел от дыхания какого-то мифического чудовища.
— Поразительно... И как дворфы умудрились столько нарыть?
Говорят, когда-то это была гигантская скалистая гора.
На её вершине чудесным образом обнаружились богатейшие залежи сразу нескольких видов редких руд. Поэтому шахтёры, в основном дворфы, изрыли её вдоль и поперёк штольнями, без устали добывая полезные ископаемые. За тысячу лет беспощадной добычи прочная скала превратилась в изрешечённую дырами губку... а затем случилось землетрясение, какие бывают раз в тысячелетие.
Сами толчки быстро прекратились, но обрушения шли цепной реакцией и продолжались трое суток.
В итоге... уцелели лишь те штольни, что были тщательно укреплены магией дворфов — они остались торчать, как скелет. Всё остальное обрушилось селевым потоком к подножию горы, уничтожив не только саму шахту, но и лежащие внизу деревни и города, унеся множество жизней. После этого скалистая гора была закрыта как опасная зона.
Лес из «Каменных деревьев» — это, по сути, остатки уцелевших штолен.
Никто не знал их точного плана. Гора превратилась в природный лабиринт, из которого, ступив раз, можно было не выйти. К тому же ходили слухи, что здесь блуждают призраки погибших при обвале дворфов, поэтому обычно люди обходили это место стороной.
Именно эту заброшенную шахту Хан счёл идеальной и выкупил целиком за бесценок.
— Добираться сюда тяжело, холодно, да ещё и...
Дорис достала из-за пазухи сигарету и спичку. Она чиркнула ею о ближайший камень, но спичка лишь сыпала искрами и не загоралась. Ей удалось прикурить лишь с пятой попытки.
— ...даже сигарета не прикуривается. Ужас какой-то.
Из-за большой высоты здесь было холодно, а воздух — разреженным.
По расстоянию от особняка Хана было недалеко, но путь занимал полдня из-за того, что дорога шла в гору, а лошадям, кучеру и пассажирам требовалось время, чтобы привыкнуть к местным условиям.
— Госпожа Ангстрём, добро пожаловать.
К Дорис подошёл и поклонился один из управляющих «тайным складом». Это был мужчина-эльф. В отличие от того, кого Дорис недавно «уволила», почти все управляющие здесь были относительно молодыми эльфами — им не было и двухсот лет.
— Сюда, пожалуйста.
Управляющий указал на отверстие в основании одного из Каменных деревьев неподалёку.
Это был вход в «тайный склад».
Внутри сети штолен повсюду были оборудованы камеры с железными решётками. В них и содержался товар торговой компании Хана — то есть существа, не обитающие в ином мире, а также рабы разных рас. И, как уже говорилось, сложный и запутанный лабиринт сам по себе служил отличным препятствием для побега, помимо решёток. Вернее, служил — до недавнего времени.
— Сначала осмотрим камеру, откуда сбежали рабы...
— Обойдусь, — Дорис отмахнулась. — Моя специализация — ломать и уничтожать. Даже если вы покажете мне недостатки в конструкции или системе охраны, я в этом ничего не пойму. Этим займётся босс, когда приедет в следующий раз.
— ...Да. Понял вас.
— Лучше скажите: вы поймали всех сбежавших рабов? Кажется, сбежало десять человек?
— ...Пятерых мы поймали, — опуская взгляд, пробормотал управляющий.
— Пятерых? Всего пятерых? — Дорис театрально развела руками, изображая удивление. — Прошли уже целые сутки с момента побега! И вы искали их всем составом? Потрясающе, браво. Когда босс услышит, он, наверное, с превеликой радостью вас всех «уволит».
«…………»
— И где же остальные пятеро?
— Троих мы загнали в угол... и они сорвались с «ветки».
— Решили, что лучше умереть, чем быть рабами? Или просто поскользнулись?
— Видимо, поскользнулись. Все трое упавших разбились насмерть.
— А оставшиеся двое?
— Наверное, тоже где-нибудь...
— Наверное? Вы только что сказали «наверное»? — моргнула Дорис своими продолговатыми глазами. — Трупов вы не видели, так?
— ...Да.
— Ну, сбежать отсюда не так-то просто, верно?
— Да. На всех горных тропах выставлены дозоры.
— Понятно. Спасибо за отчёт.
Кивнув, Дорис совершенно естественным движением выхватила из-за пазухи пистолет и небрежно выстрелила в ногу управляющему, который как раз вздохнул с облегчением.
——?!
Грохнул выстрел. Пуля пробила кожаный ботинок и вонзилась в подъём стопы. Управляющий издал беззвучный вопль и осел на землю. Дорис, глядя на него сверху вниз, подняла пистолет и спросила:
— Выглядит больно. Больно, да?
Автоматический пистолет Beretta M84. Не дешёвая кустарная подделка, собранная в этом мире, а подлинный товар из иного мира, ввезённый контрабандой компанией Хана. Убойная сила одного выстрела была скромной, но, по мнению Дорис, в этом-то и заключалась его прелесть. Её радовало, что при компактных размерах и небольшом весе, удобных для скрытого ношения, он обладал огневой мощью в тринадцать патронов.
— Босс просил наказать бестолковых мальчишек заодно с поиском рабов. Я могла бы отрубить вам пару пальцев, но это помешает работе, — с ласковой улыбкой сообщила Дорис. — Пусть это послужит вам уроком. Работайте усерднее, мальчики. А мы пойдём ловить сбежавших кроликов.
С этими словами Дорис подошла к задней части кареты и распахнула двустворчатые двери.
— Ну-ка, ваш выход, господа!
Внутри были сложены восемь гробов.
Дорис ударила ногой по рычагу, торчащему у колеса. Часть пола грузового отсека с грохотом опустилась, образуя пандус. Гробы съехали вниз, как лавина, и выстроились идеальным веером, словно так и было задумано с самого начала. Дорис удовлетворённо кивнула.
— Отправляемся на охоту за кроликами, — она высоко подняла правую руку с Береттой, словно дирижёр.
В следующий миг гробы на земле разом открылись изнутри — точнее, их крышки с треском отлетели в стороны. Подлетев высоко вверх, восемь крышек с грохотом упали на землю.
«…………»
Из гробов поднялись человекоподобные фигуры, с ног до головы, включая лица, туго замотанные бинтами без единого зазора.
Мумии.
Однако бинты, покрывавшие их, были густо исписаны магическими узорами. Поверх бинтов на них были надеты прочные сапоги, тактические разгрузки из синтетики с подсумками, а в руках они держали штурмовые винтовки М4.
Разумеется — это явно были не обычные трупы.
Мертвецы сами по себе не двигаются. И уж тем более не передёргивают рукоятки затворов штурмовых винтовок пугающе синхронными движениями, досылая первые патроны в патронник.
— Ну что ж, господа, за работу. Вперёд! Сделайте мой день!
Отдав приказ, Дорис зашагала вперёд в сопровождении отряда вооружённых мумий.
●
Юго опустил бинокль и нахмурился.
— Это ещё что...
Прошло полдня с тех пор, как они заметили карету, выехавшую из резиденции Хана.
Юго с Агнетой преследовали её на небольшой двухместной повозке, которую приготовили заранее, а въехав в лес из «Каменных деревьев», продолжили путь пешком. Пришлось спешиться, потому что в лесу другие повозки не встречались, и был риск, что хвост заметят.
Впрочем, они примерно представляли пункт назначения, а карета Хана сбавила ход, так что идти за ней пешком было не так уж трудно. Свою повозку Юго спрятал вскоре после въезда в лес.
— Что там? — подавляя зевок, спросила Агнета.
— ...Лучше посмотри сама, — ответил Юго, протягивая ей бинокль.
Сейчас они находились на особенно толстой «ветви» одного из Каменных деревьев. Оттуда они смотрели вниз на предполагаемый вход в «тайный склад» и припаркованную рядом карету. Расстояние было около трёхсот метров, но поскольку Юго с напарницей находились выше, вероятность обнаружения была минимальной.
— Ого... какая редкость, — беспечно прокомментировала Агнета. — Некромант.
— Разве эльфы специализируются не только на магии духов?
Юго уже не раз видел, как Агнета обращалась к духам ветра, применяя магию. Совсем недавно она призвала духа ветра охранять их повозку. Если какой-нибудь злоумышленник по неосторожности попытается её тронуть, его закружит вихрь в качестве «предупреждения», а если он не отступит — его снесёт порывом ветра.
Не только Агнета, но и большинство эльфов часто призывали духов ветра, поэтому Юго был уверен, что это их основная специализация.
— Да нет. Просто у каждого свои таланты и предрасположенности. К тому же говорят, что если углубиться в магию, она оказывается весьма гибкой штукой, так что есть те, кто владеет несколькими видами магии. Я-то только духов ветра умею призывать.
— ...Она вооружила мумий штурмовыми винтовками. Ещё и с запасными магазинами. Дело дрянь.
Раз эта эльфийка выдала мумиям винтовки и запасные магазины, значит, они достаточно ловки, чтобы прицелиться, нажать на спуск, сменить магазин, когда закончатся патроны, отпустить затворную задержку и дослать патрон. Вполне возможно, что они способны бегать, прыгать и даже сражаться врукопашную. Если их физические возможности не уступают живым, то отсутствие страха смерти и боли делает их крайне опасными противниками. Тем более, когда их целый отряд.
— Сегодня мы здесь только для разведки, так что лезть в бой с ними не придётся... но.
Августа Хана в карете не было, и местонахождение тайного склада теперь известно. Осталось только наметить пару позиций для снайперской стрельбы, и на сегодня «работа» окончена — но...
— И как? Видишь подходящее место? — спросил Юго.
— М-м, всё как-то так себе?
Агнета раскрыла блокнот на коленях и рисовала грубую карту. Это была схема, чтобы прикинуть, откуда можно стрелять, если принять вход на «невольничий склад» за зону поражения цели.
— Здесь всё такое запутанное и сложное, у меня аж мозги кипят.
— ...Ну, ещё бы, — сказал Юго, оглядывая «лес», образованный Каменными деревьями, раскинувшими свои «ветви» во все стороны, покосившимися или поваленными.
— Даже просто срисовать это — уже подвиг, — пожаловалась Агнета, крутя карандаш пальцами.
К слову, карту она рисовала не сама — её набросали духи ветра, призванные магией, чтобы передать вид сверху. Разумеется, духи не держали карандаш: Агнета рассыпала угольную пыль, а духи разнесли её ветром по земле, образовав рисунок, который она затем перенесла в блокнот.
— Но это же лучше, чем тот особняк-крепость?
— Помимо этого места я нашла ещё три варианта, но...
После составления карты сверху духи ветра также указали места, с которых можно было бы простреливать зону цели, не задевая «ветви» Каменных деревьев. Разумеется, духи ничего не понимали в снайперской стрельбе — они просто показали точки, откуда «ветер мог дуть прямо в сторону цели».
— Первая и третья точки отлично просматриваются снизу. Вторая — против солнца, так что не очень. Разве что подгадать время. Четвёртая вроде бы вне эффективной дальности. Точное расстояние я ещё не мерила, но...
— Больше 1,7 километра, значит.
Эффективная дальность любимой снайперской винтовки Агнеты, «Сайлент Ассасин» под патрон .338 Lapua Magnum, составляла 1,7 километра. Сама пуля, конечно, летит дальше, но после прохождения этой отметки её убойная сила резко падает, траектория снижается, а ветер, температура и влажность начинают сильно влиять на полёт, снижая точность. Убить с одного выстрела становится почти невозможно.
— ...Августа Хана ведь уже пытались застрелить в прошлом, верно? Значит, он будет ожидать снайперов и здесь. Скорее всего, такие места он проверит в первую очередь... или они уже у него под контролем. Даже если удастся его застрелить, сбежать мы вряд ли сможем...
Если идти на верную смерть, то выстрелить можно, но если планировать отход — всё сложно. Цель — не одиночка. У него есть вооружённые подчинённые, так что убийство Хана не положит конец проблемам.
— Придётся раздобыть нормальную карту и вернуться в другой раз...?
— Говорят, эта шахта обрушилась ещё во время Войны Иномирья. Может, где-то и сохранились старые карты дворфов или планы штолен... но вряд ли от них будет много толку.
— Всё лучше, чем ничего.
Эти Каменные деревья когда-то были шахтой. Дворфы, добывавшие здесь редкие руды, укрепили стены магией, поэтому, когда из-за тысячелетнего землетрясения гора обрушилась, штольни остались стоять, словно скелет. Шахты обычно являются важным объектом налогообложения для лордов, поэтому высока вероятность, что планы штолен, созданные дворфами, хранятся в архивах вместе с подробной информацией. Конечно, некоторые участки, где магии не хватило, могли обрушиться во время землетрясения или от времени, так что всё наверняка изменилось.
— Ты говоришь... мест для стрельбы всего несколько? И он, скорее всего, их уже вычислил? ...Не знаю, зачем они вытащили эту армию мумий, но если это патруль...
То место, где прятались Юго с Агнетой, скорее всего, проверят в первую очередь.
— Нам не до наблюдений, надо немедленно уходить, — сказал Юго, убирая бинокль в деревянный чемодан.
— Ла-адно, — всё с той же расслабленностью отозвалась Агнета, встала и пошла.
К слову, свой тяжёлый и неудобный посох со спрятанным «Сайлент Ассасином» она с собой не брала. Вместо него она опиралась на короткую, обычную деревянную трость, которую Юго подобрал ей. Агнета, от природы слабая и неуклюжая, часто спотыкалась и падала даже на ровном месте, поэтому без трости в горах на неё было больно смотреть.
— Спешное отступление, спешное отступление, спешно... ни-хя?!
Агнета, шедшая впереди, как и ожидалось, упала. Раздался звук шуршащего гравия.
— Ты что творишь?! — прошипел Юго. Звук падения — это полбеды, но её крик могла услышать та эльфийка. Длинные уши даны эльфам не просто так, у них отличный слух.
— Агни?! Что стряслось?!
Агнеты нигде не было видно.
— Тут какая-то странная дыра... О? О?
— Что там?
Пригнувшись и подбежав к месту, где она упала, Юго увидел нечто неожиданное. В земле — на поверхности «ветви» — зияла дыра. Видимо, она провалилась сквозь потолок штольни. Магическое укрепление дворфов тоже не выдержало испытания временем. В образовавшейся дыре сидела Агнета.
И...
— Это... «товар»?
Рядом с Агнетой лежала девушка. Совершенно голая, с железным ошейником на шее. Короткая льняная шёрстка на заострённых, торчащих вверх ушах, хвост сзади... Было ясно как день, что это ликантроп.
Довольно высокая для девушки. Если они встанут рядом, она будет на голову выше Агнеты.
Приглядевшись... Юго заметил на её ступнях множество мелких порезов, а на теле — синяки. Должно быть, она долго бродила босиком, поскользнулась или просто выбилась из сил. Видимо, она пряталась в этой штольне, чтобы её не нашли.
— ...Она жива?
Юго спрыгнул к Агнете и приложил пальцы к шее девушки, проверяя пульс.
— Эта эльфийка притащилась сюда, потому что она сбежала...?
Взглянув вглубь штольни, Юго послюнявил палец и поднял его — из глубины чувствовался слабый ветерок. Штольня куда-то вела.
— Э? Чего? В твоём вкусе, Юго?
— Ты о чём?
— Сразу лапать начал. И даже на вкус попробовал.
— Я пульс проверяю! И направление ветра! Перестань тыкать! — прошипел Юго на Агнету, которая тростью тыкала в довольно большую грудь девушки-ликантропа.
Услышав их голоса, девушка слегка пошевелилась и издала тихий стон.
«…………!?»
Она резко распахнула глаза, её янтарные зрачки заметались в ужасе и смятении. Она широко открыла рот, чтобы закричать, но Юго мгновенно закрыл его ладонью и тихо скомандовал:
— Не шуми. Нас найдут.
«…………»
Слов было мало, но девушка, кажется, поняла. Под его ладонью она дрожаще, но быстро закивала.
…Итак… что делать?
Бросить её здесь и бежать — самый безопасный вариант. Это факт. Агнета со своей неуклюжестью и так была обузой во всём, что не касалось стрельбы. Брать на себя ещё больше ответственности опасно. Тем более это совершенно незнакомый человек, и помогать ей они не обязаны... Но.
…Джером… Эльза…
Год назад в этот день... в памяти всплыли лица ребят, которых он не смог спасти.
Он понимал, что сейчас это всего лишь бессмысленные сантименты, но...
— Фьють!
В следующее мгновение над их головами посыпались искры.
— Нас засекли!
Не вылезая из ямы, Юго достал из чемодана зеркальце и приподнял его, чтобы осмотреться. В отражении он увидел эльфийку и ровный строй мумий, сжимающих винтовки, направляющихся прямо к ним. Они поднимались по одному из поваленных «Каменных деревьев», используя его как пандус.
Видимо, они всё-таки услышали крик Агнеты или звук обвалившегося потолка.
До них было метров двести пятьдесят. Позиция Юго была выше, так что врагам придётся подниматься в гору. У них ещё есть немного времени, но они уже находились в радиусе поражения их оружия.
— Эй, идти можешь? — спросил Юго, глядя на девушку.
— ...Д... да, — ответила она слегка хриплым голосом.
— Эта дыра, похоже, ведёт наружу. Беги с ней. Точнее, забери её с собой. Неподалёку спрятана повозка.
Юго указал на Агнету.
— Юго?
— Я задержу их. Уходите.
Сказав это удивлённо моргающей Агнете, Юго открыл свой деревянный чемодан.
●
Она с самого начала чувствовала неладное.
Она думала, что они нашли сбежавших рабов, но, похоже, ошиблась.
Дорис и вооружённые мумии бежали трусцой к тому месту, откуда раздался звук обвала и крик. Склон был крутым, поэтому Дорис немного отставала, но сопровождающие её мумии не знали усталости и не жаловались.
— ...Ой?
Внезапно шестая мумия, шедшая впереди, споткнулась и упала.
Дорис подумала, что та просто оступилась... но когда мумия молча попыталась опереться на левую руку, чтобы встать, вокруг её руки посыпались редкие искры, а земля с треском брызнула осколками.
В следующее мгновение локоть мумии неестественно выгнулся, она потеряла опору и снова упала. Дорис поняла: по шестой мумии — нет, по всем ним — открыли огонь.
Скорее всего, оружие с глушителем. Судя по попаданиям — малый калибр. Характерного звука от сверхзвуковой пули нет, значит, начальная скорость низкая. Наверняка пистолет или пистолет-пулемёт...
Дорис мгновенно оценила ситуацию.
Разумеется, у сбежавших рабов не могло быть такого оружия. На «тайном складе» хранились боеприпасы и оружие из иного мира, но следов кражи не было. А значит, это либо конкуренты Хана, либо вообще какая-то третья сила.
— Кто бы это ни был... весьма искусен, не так ли?
Пистолетом или пистолетом-пулемётом стрелять с такого расстояния по суставам мумии... Для этого мало быть просто хорошим стрелком. Нужно досконально знать точность и мощность своего оружия, чтобы моментально принимать лучшие решения. По точности пистолеты и пистолеты-пулемёты уступают винтовкам, но стрелок сделал несколько выстрелов, чтобы пристреляться прямо на месте.
Он, кажется, прячется за скалистым выступом на одной из крупных «ветвей», и его пока не видно, но...
— Ох... это опасно. Очень опасно... Не знаю, кто вы — мужчина, женщина или какой вы расы, но от одной мысли о том, как вы будете ползать передо мной, пока я буду резать вас на куски, я уже вся промокла.
Прячась за одной из мумий, прошептала Дорис. Она вернула Беретту в кобуру, прочла заклинание и сложила печати.
— Моё имя Дорис Ангстрём. Именем моим, законом мироздания и клятвой крови взываю к духам ветра. Соберите своё благоуханное дыхание невидимыми руками и даруйте его мне, задыхающейся и жалкой. Даруйте, даруйте... даруйте скорее!
Пейзаж вокруг Дорис пошёл рябью. Это было вызвано разницей в плотности воздуха. Магия духов создала вокруг Дорис атмосферный вихрь. Он был не очень мощным, поэтому заклинание получилось коротким и беззвучным, но для её целей этого было достаточно.
— Первый и Второй — обходите справа. Третий и Четвёртый — слева. Шестой прикрывает отсюда. Остальные за мной. Вперёд!
Отдав приказ ходячим мертвецам, Дорис пригнулась и побежала прямо — до идиотизма прямо — к тому месту, где скрывался противник. Хоть она и рванула первой, три мумии с удивительной для их вида скоростью выскочили вперёд, чтобы служить ей живым щитом.
Две мумии в авангарде слегка покачнулись. Видимо, по ним попали... но.
— ...Бесполезно, — усмехнулась Дорис, бегущая позади них.
Это мертвецы, но они всё равно состоят из человеческой плоти. Малокалиберные пули не смогут пробить их насквозь. А даже если и пробьют, пуля не полетит по прямой: сопротивление плоти сильно искривит её траекторию. Так что попасть в самих мумий можно, но убить Дорис, укрывшуюся за щитом из их мёртвых тел, почти невозможно.
При этом противник наверняка видит, как мумии расходятся по флангам. Как бы ни была велика эта «ветвь», по сути, это просто большой мост, и вариантов передвижения тут немного: либо по центру, либо по краям. И всё же...
— Единственный выход — отступать, верно?
Если бы у противника была огневая мощь, превосходящая Дорис и её мумий, он бы уже давно начал их истреблять. Раз он этого не делает, значит, он один или их двое, а из оружия — только пистолет или пистолет-пулемёт. В лобовом столкновении у Дорис нет шансов проиграть. Противник должен это понимать, а значит, ему придётся в панике отступать.
Но...
●
Юго и подумать не мог, что они пойдут в лобовую атаку.
Но, если подумать, кроме эльфийки все остальные мертвы. Выстрелы не причинят им боли и не испугают. Они будут слепо выполнять приказы — живые щиты, идущие своими ногами.
Дело дрянь... Хуже противников не придумаешь.
Сжимая в руке извлечённое из чемодана оружие, Юго быстро соображал.
Vz.61 «Скорпион».
Даже с магазином на двадцать патронов и глушителем это боевое оружие легко помещалось в деревянный чемодан. По классификации это пистолет-пулемёт, но по размерам ближе к пистолету. Юго носил в большом чемодане две такие штуки и шесть запасных магазинов.
Дальний бой — это территория Агнеты с её снайперскими навыками. Поэтому её напарник, Юго, носил оружие для того, в чём она была слабее всего — для ближнего боя и внезапных стычек.
У них штурмовые винтовки серии М4... Мощность и дальность явно превосходят мои.
«Скорпион» Юго стреляет патронами .32 ACP (7,65 мм). Изначально они предназначались для компактных автоматических пистолетов и убойной силой не отличаются. Пуля лёгкая, начальная скорость дозвуковая. Конечно, благодаря этому глушитель отлично гасит звук выстрела, а попадание в жизненно важные органы убьёт почти любое живое существо... но останавливающего действия, чтобы сбить противника с ног одним выстрелом, у него нет.
В общем, пуля подходит для самообороны или скрытных убийств... но физическая разрушительная сила мала, а в лобовом бою немного не хватает огневой мощи. Ходячие трупы, не чувствующие боли и страха, — худший из возможных противников.
Слава богу, стреляют они косо... И вообще, как они целятся?
Если их лица полностью скрыты бинтами, вряд ли они целятся обычным способом. Возможно, эльфийка-некромант служит им «глазами».
Но врагов десятеро... точнее, десять штук. Косая стрельба — не такая уж большая проблема, когда десять стволов обрушивают на тебя шквал огня.
Ничего не поделаешь, придётся отступать, отстреливаясь.
Нужно уйти подальше от ямы, куда провалилась Агнета. Чем дольше он будет отвлекать их на себя, тем больше шансов у девушек сбежать.
Периодически постреливая по мумиям на флангах, Юго вскочил из-за укрытия и побежал к следующему намеченному выступу — к основанию развилки «ветви». К счастью, здесь было много ответвлений, так что мест для укрытия хватало. Чувствуя, как мимо проносятся винтовочные пули мумий, Юго нырнул за каменную глыбу.
Он сменил пустой магазин и снял глушитель со «Скорпиона»...
«…………?!»
Чёрный цилиндр со звоном упал ему под ноги. Он случайно выронил его — и тут Юго осознал.
Трудно дышать. А ведь он пробежал совсем немного.
…Точно… высота…
Они находились в высокогорье. Температура низкая, атмосферное давление тоже. Проще говоря, здесь холодно и мало кислорода. Возбуждение и бег отбирают тепло и требуют больше кислорода. Тело жаждет его для поддержания температуры и работы мышц... но обычного дыхания не хватает. Всё логично.
А эта эльфийка...?
С мумиями всё понятно, но эльфийка должна была начать задыхаться так же — или даже раньше, чем Юго.
— ...Ха... ха... ха...
Тяжело дыша, Юго подобрал глушитель, сунул его в карман плаща и снова вскинул «Скорпион». В то же мгновение пули мумий обрушились на каменную глыбу, за которой он прятался, высекая снопы искр.
…Понятно. Магия духов ветра…!
Наверняка эльфийка повысила давление воздуха вокруг себя с помощью магии духов. А то, что Юго начнёт задыхаться, она предвидела — или даже специально спровоцировала его на лобовую атаку, чтобы заставить отступить и бежать. Легко догадаться, что интенсивные движения, бег и прыжки быстро приведут к нехватке воздуха.
Я облажался... Недооценил противника.
Некромантия и магия духов. Эта эльфийка использовала две магические школы одновременно. А значит, как маг она была весьма искусна. И к тому же вела за собой отряд бессмертных солдат с огнестрельным оружием...
Нужно было бежать вместе с Агнетой...
Но у их оружия дальность стрельбы выше, и если бы он тащил медлительную Агнету и обессиленную девушку-рабыню, их бы наверняка догнали.
В отличие от Юго, который был здесь впервые, эта эльфийка прекрасно знала, каково это — сражаться здесь. Она учла все плюсы и минусы местности, а может, и мумий она привела именно потому, что здесь, в условиях, невыносимых для обычных существ, их использование максимально эффективно.
Дело дрянь. При таких условиях шансов на победу нет. Даже просто сбежать будет трудно.
Смогли ли Агнета и та девушка... скрыться?
Если да, то первоначальная цель достигнута. Нужно увести эльфийку и мумий как можно дальше в другую сторону.
Юго переключил переводчик огня на «Скорпионе» на автоматический режим и обрушил остаток магазина на приближающихся врагов.
●
Пока Юго отбивался от отряда вооружённых мумий...
Обессиленная девушка-ликантроп неслась по штольне с невероятной скоростью.
Да ещё и с Агнетой на спине.
— Держитесь... крепче...!
Увидев, как Агнета несколько раз неуклюже споткнулась в штольне, девушка-ликантроп схватила её за руку, силой усадила себе на спину, взяла её трость и побежала. Агнета была в шоке, но, будучи слабой и неспортивной, не смогла вырваться... да и, по правде говоря, так было удобнее, поэтому она смирилась с ролью багажа.
— Фух... ух... ух...!
Девушка бежала, дыша тяжело, словно настоящий дикий зверь.
Ликантропы — это люди, чьими предками были звери... но это не только наличие ушей или хвоста. Некоторые из них способны на кратковременный «Возврат к предкам». Они пробуждают в своей крови дремлющую силу предков, утраченную в ходе цивилизации. На короткое время их сила удваивается, а раны заживают быстрее. Но это похоже на заём у собственной жизненной энергии: говорят, частое использование сокращает жизнь — ведь век многих зверей короче человеческого. Большинство ликантропов утратили этот «козырь», но эта девушка, похоже, им обладала.
— Фух... фух... фух...!
Она не сбавляла скорость. И даже когда перед ней возник обрыв — конец этого «ответвления» — она не затормозила.
Местные штольни не зря сравнивали с «деревьями»: когда-то дворфы вырыли гигантский ствол-вертикальную шахту, а от неё прорубили множество ветвей-ответвлений. Проще говоря, если идти по «ветви»-штольне туда, где просторнее, в итоге выйдешь к «стволу» — вертикальной шахте.
Именно в неё и прыгнула девушка-ликантроп.
— Хя-а...? — пискнула Агнета голосом, в котором явно не хватало напряжения для такой ситуации. Девушка-ликантроп и Агнета вместе падали в вертикальную шахту.
——!!
Раскинув руки, ноги и даже хвост, девушка выровняла положение в воздухе — и, сделав сальто, с силой вонзила отобранную у Агнеты трость в стену шахты.
Со скрежетом, высекая из скалы тучи каменной крошки, она гасила скорость падения. Девушка метко цеплялась ногами и руками за неровности стены, продолжая замедляться.
«…………!»
Бам! Они приземлились на все четыре конечности с неожиданно лёгким звуком. Высокие физические данные при «Возврате к предкам» неудивительны, но что действительно поражало — так это решительность девушки. Даже зная о своей силе, не каждый прыгнет в бездонную шахту.
— Фух... фух...
Тяжело дыша, девушка не останавливалась. Она выбралась через дыру у основания «Каменного дерева» и направилась к следующему. Она безошибочно выбирала кратчайший путь в том направлении, которое сначала указала Агнета — к краю леса, где была спрятана повозка.
Затем она ещё раз спрыгнула в вертикальную шахту. Ещё дважды карабкалась по «ветвям» и «стволу». Неся Агнету на спине, она всё же добралась до повозки.
Здесь «Каменные деревья» уже редели... уступая место зелёным и коричневым краскам настоящих растений. Повозка Юго была спрятана в кустах у обочины.
— ...Это... она...? — спросила девушка, с трудом переводя дух и глядя на Агнету через плечо. Стальной ошейник — клеймо рабыни — и свисающая с него единственная цепь звякнули.
— ...Ага, — пока Агнета отвечала, девушка добежала до повозки и опустилась на одно колено. Силы её покидали: лимит времени «Возврата к предкам» был на исходе.
Но почему-то истощённый стон: «У-у-у...» издала... Агнета.
— Ч... что с вами...?
— Укачало... — Агнета сползла со спины девушки.
Неудивительно: если так летать и прыгать, вцепившись в чужую спину, вполне может укачать, как в транспорте... но.
— Зато... спаслись. Эм... как тебя... зовут...? — Агнета ткнула указательным пальцем прямо в нос девушки.
— А... да... Мириам.
— Ну тогда, Мириам... поможешь мне ещё кое с чем?
Встав, Агнета коротко прочла заклинание снятия охранной магии, поблагодарила духов за работу и... потянулась к огромному посоху, привязанному сзади к повозке.
— ...Помочь... с чем...
Мириам сидела на земле, хлопая глазами и глядя на Агнету.
— Вы собираетесь... что-то сделать...? Мы не будем убегать...? Тот мужчина же сказал...
— Вон туда, — Агнета указала на «Каменное дерево» неподалёку. — Кандидат номер два... Судя по нынешнему положению солнца, обзор должен быть нормальным...
— ...Э?
— Хочу забраться вон туда... но эта штука тяжёлая. Я дам тебе верёвку, залезешь первой и затащишь её, ладно? — с расслабленной улыбкой попросила Агнета, глядя на озадаченную Мириам.
●
Как и ожидалось, он весьма хорош.
Дорис не могла сдержать экстатичной улыбки.
— Фу-фу... фу... фу...
Она увидела, как две мумии, пытавшиеся обойти противника справа, рухнули на землю. Их не убили — их именно свалили.
Остановить ходячих мертвецов из мелкокалиберного оружия сложно. Живой человек от боли или потери крови замедлился бы, отступил или рухнул без сил. Но мумиям всё равно. К тому же под бинтами у них были зашиты стальные пластины для защиты от клинков. Они не остановят пулю полностью, но пробившая их пистолетная пуля лишь застрянет в теле, потеряв всю убойную силу, способную разрушить мумию изнутри.
Именно поэтому... противник сосредоточил огонь на суставах лодыжек. Изначально каменистый, неровный склон сильно усложнял ходьбу, а с разрушенными суставами мумиям передвигаться стало ещё тяжелее. Конечно, бросив оружие, они могли бы ползти на четвереньках, но огневая мощь бы упала вдвое — нет, у них бы остался лишь рукопашный бой.
Он ударил по правой группе, потому что они подобрались ближе...
Мумии подобраны так, чтобы быть примерно равными по силам, но рост, вес и рельеф местности у каждой разные. В итоге, даже если они наступают одновременно, дистанция до противника сокращается неравномерно. Эту крошечную разницу противник использовал, чтобы вырваться из клещей и сбежать в развилку ветви справа.
«Точная стрельба, быстрые решения, отличная выносливость, раз он может так бегать по этой местности...»
Глядя, как противник убегает, перепрыгивая через упавших мумий, Дорис вздохнула.
«Потрясающе. Вас я должна искромсать лично. Медленно наслаждаясь вашими криками... и тем, как вы будете захлёбываться в крови, слезах и моче».
Дорис приказала мумиям временно прекратить огонь.
Если они случайно попадут в сердце или голову, веселье будет испорчено. Она хотела взять его живым. А если не выйдет, то хотя бы избежать мгновенной смерти.
— Эй, послушайте! На таком расстоянии вы же меня слышите? — крикнула Дорис, прячась за камнем. Ответа не последовало.
Но она не сдалась.
Эльфы в возрасте, как правило, верны своим желаниям. Ради развлечения можно и постараться. С этим противником она получит удовольствие, не идущее ни в какое сравнение со вчерашним человеком.
— Сдавайтесь, у вас нет шансов на победу! Я не сделаю вам ничего плохого!
Конечно, «плохого» по меркам Дорис.
— Вы же не из людей лорда или аристократа, верно? Не страж, не рыцарь. Наш босс им всем щедро приплачивает. Другая организация? Другой работорговец? Если вы коллега, нам лучше объединиться, нашему боссу нравятся такие сделки...
— ...Работорговцы — это отбросы общества. Чтоб вы все сдохли.
Это был скорее гневный шёпот, чем ответ. Но чуткие уши Дорис всё расслышали. Судя по голосу, это был молодой мужчина.
— Те, кто покупает и продаёт людей как вещи — отбросы...
— Фу-фу... Вот оно как. Вот как? Ах, вон вы кто.
Дорис растянула губы в усмешке.
— Ах, кто вы... Дайте-ка подумать... Точно, «справедливость»... Да-да, вы — «поборник справедливости»! Вы из этих, да?
— ...Что?
— Вы случайно не бывший раб? Или иномирянин? А может, наслушались героических сказок о Войне Иномирья и возомнили себя героем?
Усилием воли Дорис заставила себя убрать руку, тянувшуюся к промежности. Оставив Беретту в покое, она сжала кулаки. Сейчас не время поддаваться дешёвому наслаждению. Ей так давно не попадалась такая редкая «добыча». Надо поймать его наверняка, не торопясь.
— Знаете, во время Войны Иномирья было полно таких, как вы.
«…………»
— Быть «поборником справедливости» так приятно, правда? Убивать плохих парней — это ведь так здорово? Никакого чувства вины, они же злодеи! Я вас понимаю, очень хорошо понимаю, — голос Дорис задрожал от возбуждения. — Но подождите. Самое приятное — это ведь сам процесс убийства? Растоптать противника, раздавить его в лепёшку, упиваться чувством собственного превосходства: «Какой я сильный, какой я великий!». И чем безопаснее и безнаказаннее, тем лучше... Но знаете что? Из-за чувства вины вам нужны оправдания. Справедливость. Любовь. Приходится обманывать себя этими расплывчатыми словами.
Дорис прекрасно помнила. В начале Войны Иномирья иномиряне, называвшие себя спасителями и героями, на деле просто потакали своим желаниям. Справедливость и любовь были лишь лозунгами. Оправданиями для их резни и зверств. Будучи одной из любовниц такого «спасителя», Дорис слышала эти пустые слова сотни раз.
— Откиньте эти предлоги. Без них веселья гораздо больше.
— ...Заткнись, мразь.
— Ой? Я вас обидела? Прошу прощения. Но, господин «поборник справедливости»? — Дорис облизнула губы. — Ваша... «вывеска»... выглядит как-то уж очень жалко!
Пора. Она хотела поймать его невредимым и срезать плоть по кусочкам, но с человеком, верящим в «справедливость» или нечто подобное, договориться невозможно.
— А теперь, господа, атакуем! Аккуратно! Очень аккуратно!
Мумии, медленно пробиравшиеся в обход от укрытия к укрытию, уже вышли на позиции для атаки с флангов. Её уговоры были лишь способом потянуть время.
Дорис возобновила продвижение, прячась за мумиями.
— !
Противник, видимо, тоже оценил обстановку.
Он выскочил из-за скалы и побежал, но... слишком поздно.
Дистанция сократилась до предела. Огонь с трёх сторон — спереди, справа и слева — резко сузил ему пути отхода и лишил выбора. Мумии стреляли грубо — всё-таки их глаза были скрыты бинтами — но шквал малокалиберных высокоскоростных пуль из штурмовых винтовок М4 рано или поздно прошьёт ему ноги.
Ну же... Сейчас...
Она уже представляла, как догонит упавшего от ранения мужчину и первым делом отстрелит ему пальцы на руках. Дорис прерывисто вздохнула... но.
— Фьють!
В этот самый миг мумия, шедшая чуть впереди Дорис, резко откинулась назад... и рухнула. Раздался тошнотворный хруст ломающейся шеи, словно её ударило невидимым молотом.
——?!
Дорис мгновенно нырнула за ближайший камень.
Следующая мумия тоже отлетела назад. А за ней ещё одна. Три её живых щита были уничтожены в мгновение ока.
Чем?!
Головы мумий деформировались и раздулись.
— Это...
В центре раздутых голов зияли дыры — следы от попаданий крупнокалиберной винтовки. Мощь, не идущая ни в какое сравнение с пистолетной пулей, обрушилась на головы мумий. От удара куски плоти, осколки костей и мозги должны были разлететься во все стороны... но толстые слои бинтов и вшитые стальные пластины сдержали взрыв. Из дыр лишь сочилась густая смесь плоти, костей и жидкостей.
С уничтоженными головами даже марионетки некроманта были вынуждены прекратить свою активность.
«…………»
Сняв плащ, Дорис... подняла его над укрытием.
В ту же секунду четвёртая пуля прошила ткань и ударила в землю прямо возле неё.
— Ой-ой-ой.
Прячась за камнем, Дорис достала кинжал для «хобби», висевший у неё под мышкой, и подковырнула глубокую воронку в земле.
Оттуда она извлекла смятую, но безошибочно узнаваемую винтовочную пулю.
— Чудесно. Как же это чудесно. Да ещё и с добавкой...
Сначала она думала, что противник один... но, похоже, их двое.
Один сбежал раньше и теперь прикрывал отход второго из снайперской винтовки. Разумеется, Дорис со своим пистолетом не могла ответить, а штурмовым винтовкам мумий не хватало ни дальности, ни точности. К тому же в такой ситуации определить позицию снайпера было невозможно.
— Хорошо. Я позволю вам уйти. Но ведь вы ещё придёте ко мне... господин «поборник справедливости»?
Прислонившись спиной к скале, Дорис беспечно перекатывала на ладони обжигающе горячую пулю... и тихо смеялась.