Глава 5. Не допустить изменения спецификаций!
АКТ 1
В тот день из-за поломки тренажёра у них внезапно выдалось свободное время.
— Юкари, пошли купаться. В море так хорошо!
— Угу...
В такие моменты они часто ходили на пляж. Отчасти потому, что других развлечений не было, но погрузиться в прозрачные воды атолла и вытянуть уставшие конечности было и впрямь невероятно приятно.
Юкари и Мацури сунули в рюкзаки полотенца и купальники и вышли из Центра подготовки.
Они бок о бок шли по вымощенной дорожке к побережью.
Из-за того что объекты базы были разбросаны на большой территории, вокруг стояла полная тишина, несмотря на разгар дня.
Внезапно Юкари остановилась.
— Агась? Чего такое?
— ...
Взгляд Юкари был прикован к зданию по правую руку.
— Юкари, ты чего?
— ...Мацури, иди пока без меня.
— Агась?
— Я тут заскочу в VAB ненадолго.
— Ладненько.
Мацури с недоумением посмотрела ей вслед, но пошла дальше.
VAB — Здание вертикальной сборки[✱]Абревиатура отсылает конкретно к VAB на мысе Канаверал, где собираются сверхтяжёлые ракеты носители (соответственно, это самый высокий монтажно-испытательный корпус для РН в мире). Сама по себе вертикальная сборка РН в МИКе и потом её транспортировка на мобильной платформе, являющейся частью стартового комплекса, очень распространена, в контексте книги важно, что в Японии для РН семейства H-II на космодроме Танэгасима используется именно она. Альтернативой является горизонтальная сборка (МИК нужен не высокий, а длинный, также требуются непростые установщики РН на стартовый стол), которую использовали в СССР/России и много кто использует из стартапов — например, для Falcon 9/Heavy и New Glenn. Наконец, можно вообще обойтись без отдельного МИК и собирать РН прямо на стартовом комплексе с помощью мобильной башни обслуживания, пример — индийские РН PSLV и GSLV. — было самым крупным сооружением на базе. Оно напоминало два гигантских спичечных коробка, поставленных один горизонтально, а другой вертикально вплотную друг к другу. В высокой части целиком помещалась тридцатиметровая мобильная стартовая платформа, и именно там ступени ракеты собирались воедино.
Юкари направилась к плоской части здания, где изготавливались отдельные узлы и агрегаты.
Она подошла к охраннику на входе.
— Где здесь собирают капсулу?
— Капсулу? Вы имеете в виду пилотируемый орбитальный аппарат?
— Ага.
— Повернёте налево, и в самом конце коридора будет чистое помещение[✱]Чистое помещение, также «чистая комната», космические аппараты действительно собираются в ней.... А по какому вы вопросу?
— Просто на экскурсию.
Охранник нахмурился.
— Туда нельзя без пропуска. Посторонним вход воспрещён.
— Каким ещё посторонним... Вы хоть знаете, кто я? — с лёгким раздражением спросила Юкари.
— Конечно, знаю. Но всё же...
— Вот и отлично.
Не дожидаясь ответа, Юкари зашагала по коридору.
— Только не вздумайте входить в сам чистое помещение! Если туда попадёт хоть малейший сквозняк снаружи, поднимется страшный скандал! — крикнул охранник ей вслед.
— Да поняла я, поняла!
«Ничего я не поняла», — подумала Юкари, шагая по коридору.
Пройдя добрых двести метров, она наконец оказалась перед чистым помещением.
Это был внушительный зал со стеклянными стенами. Внутри несколько рабочих, закутанных с ног до головы в белые защитные костюмы, копошились вокруг какого-то аппарата.
Вход представлял собой шлюзовую камеру с двойными дверями, на которых красовалась табличка «Вход без разрешения строго воспрещён».
Юкари постучала по стеклу, привлекая внимание. Один из рабочих повернулся и снял трубку настенного интеркома. Юкари тоже взяла трубку со своей стороны.
— Что вам угодно?
— Я бы хотела посмотреть, что вы тут делаете.
— Э-э... Для посещения нужно разрешение главного инженера Мукаи, а он сейчас на совещании.
— Хотите сказать, меня не пустят?
— Дело не в этом, просто такие правила...
— Это мой корабль, вообще-то! Почему я не могу на него посмотреть?!
— Понимаете, вам обязательно всё покажут, но сейчас оборудование ещё не экранировано[✱]Имеется в виду ЭВТИ. Космические аппараты без неё действительно имеют заметно другой внешний вид....
— Вы что-то скрываете?
— Нет-нет, ничего мы не скрываем.
— Скрываете корабль, которому я должна доверить свою жизнь?!
— Я же говорю, мы не скрываем, просто нужно установить изоляцию...
— Хватит болтать, просто покажите!
Юкари бросилась к шлюзовой камере.
Дверь не поддавалась. Она начала хаотично жать на все кнопки подряд и изо всех сил дёргать за ручку.
Она и сама не понимала, с чего вдруг так завелась.
Хотела ведь просто одним глазком глянуть, как идёт сборка, и сразу пойти на пляж...
Едва она распахнула первую дверь, как трое рабочих тут же скрутили её.
Юкари отчаянно сопротивлялась, но силы были слишком неравны.
АКТ 2
— Касательно вчерашнего инцидента в VAB...
На совещании руководителей отделов слово взяла Сацуки.
— Юкари-тян признаёт свою вину. Она говорит, что просто не осознавала всей строгости правил работы в чистом помещении.
— Ну, заваливаться туда в повседневной одежде — это, конечно, перебор... — криво усмехнулся Мукаи. — Но раз не знала, то и взятки гладки. Обычному человеку трудно представить, какую опасность в космосе может представлять плавающая в невесомости пылинка или волосок.
— Да. Но при этом Юкари-тян требует предоставить ей, как командиру корабля, полномочия самостоятельно контролировать процесс обеспечения безопасности, — Сацуки повернулась к Насуде. — Она хочет присутствовать на технических совещаниях, чтобы понимать, что происходит, и иметь право голоса.
— Надо же, какая инициативность, — хмыкнул Насуда с довольным видом. — Уж не знаю, какая муха её укусила, но, похоже, она наконец-то взялась за дело всерьёз.
— О-о, значит, мой намётанный глаз меня не подвёл.
— Но с её-то знаниями она же там ничего не поймёт! — возмутился Мукаи. — У нас и так времени в обрез, а если она начнёт спрашивать, что такое упругая деформация[✱]Деформация, исчезающая после прекращения действий на тело внешних сил, описывается [https://en.wikipedia.org/wiki/Hooke's_law законом Гука]., и мне придётся всё разжёвывать...
— А ты поставь себя на её место. Захотел бы ты лететь на какой-то непонятной железяке, слепо доверяя технарям?
— Ну, это, конечно, да, но...
— Космонавты всегда славились своей дотошностью. То, что она старшеклассница, не повод относиться к ней как к ребёнку. Придётся возиться с ней, пока она во всём не разберётся.
Насуда обвёл присутствующих взглядом.
— Требование Юкари удовлетворить. Мацури тоже подписывается?
— Нет. Ей вообще всё равно.
— Ясно. Тогда, Сацуки-кун, передай ей моё решение.
— Слушаюсь.
АКТ 3
На следующий день Юкари снова пришла в VAB.
Тщательно умывшись, она, следуя инструкциям рабочих, облачилась в белый защитный комбинезон, а затем прошла через воздушный шлюз, где струи воздуха со скоростью двести метров в секунду сдули с неё малейшие пылинки.
Внутри её встретил Мукаи.
— О, а вот и наше начальство пожаловало.
— Ага... — Юкари смущённо кивнула.
— Тот симулятор был сделан под габариты Ясукавы. А вот это — эксклюзивно для Юкари-тян, полный индпошив, — Мукаи с гордостью провёл её в центр помещения.
Пусть он и ворчал, что ему придётся тратить время на объяснения, но в глубине души, как и любой инженер, был рад похвастаться своим детищем.
На верстаке, опутанном паутиной кабелей, был закреплён конусообразный объект, похожий на индейский вигвам.
Его внутренности ещё не были закрыты обшивкой, но Юкари сразу поняла, что это капсула — тот самый пилотируемый орбитальный аппарат.
Максимальный диаметр — два метра, высота — три с половиной. Обитаемый отсек в центре был размером не больше солидной собачьей будки. Заглянув на плоское, как блин, днище, Юкари увидела, что оно сплошь покрыто чёрными теплозащитными плитками.
— А ничего, что между плитками такие большие щели?
— Всё проверено на прошлогодних испытаниях по входу в атмосферу. С учётом теплового расширения плиток эти зазоры жизненно необходимы[✱]Отсылка к соответствующей укладке плитки на орбитальных кораблях МТКС «Спейс Шаттл» и «Энергия-Буран», из-за этого кажущейся очень ненадёжной на первый взгляд..
— Ясно.
Хоть Юкари и выбила себе право голоса со скандалом, на деле ей оставалось лишь кивать в ответ на объяснения.
«Нужно просто убедиться, что всё надёжно», — с этими мыслями она заглянула внутрь.
— Так вот что там за приборной панелью... Секвенсор тоже там?
— Точно. Блоки компьютеров, систем связи и прочего собраны в одном месте. Это называется отсек авионики.
— Если эта штука сломается на орбите, нам крышка.
— Ни в коем случае. Хотя вероятность поломки стремится к нулю, но даже если что-то откажет, можно изолировать неисправный модуль и вернуться на ручном управлении. Главное, чтобы Юкари-тян смогла заменить собой компьютер.
— Что-то я в себе не уверена...
— Да не переживай, — Мукаи беззаботно улыбнулся. — Эта аппаратура точно не подведёт. Она уже не раз летала и доказала свою надёжность.
— А что здесь ЕЩЁ не доказало свою надёжность?
— Ну-у...
Начав говорить, Мукаи вдруг осёкся и замолчал.
От взгляда Юкари это не укрылось.
— Что именно?
— Да так... всякое...
— Всякое?!
От напора Юкари Мукаи запаниковал.
— Я не в смысле, что этого «всякого» много!
— Что вы скрываете? Отвечайте!
Юкари наседала. Припёртый к стенке Мукаи сдался.
— Только обещай, что не выдашь меня, ладно?
— Обещаю.
— ...Дело в твёрдом топливе для центрального блока.
— В той здоровенной штуке, похожей на свечу?
— Ага. ...Ты же сама видела на днях: технологии развиваются семимильными шагами.
— ???
«На днях» — это он про огневые испытания, закончившиеся грандиозным взрывом. Официальная версия гласила, что топливо оказалось слишком эффективным, и конструкция не выдержала.
— А что плохого в развитии?
— Как говорится, «лучшее — враг хорошего». Ракетостроение — штука консервативная, тут всё строится на проверенных, надёжных, «обкатанных» технологиях. Повышение характеристик — это прекрасно, но слепо пихать в ракету новейшую, только что изменённую версию топлива — это чистое самоубийство.
— Так используйте старое топливо, в чём проблема?
— Если бы всё было так просто... Она то заявляет, что забыла формулу, то что старый завод уже демонтирован... В общем, упирается руками и ногами.
— Мотоко-сан?
Мукаи кивнул.
— А вы не можете ей просто запретить?
— Если бы я мог, я бы тут не страдал, — с горечью ответил он. — Без Мотоко-сан нам это эффективное топливо не сделать. LS-5, может, и кажется огромной здесь, в ангаре, но её длина меньше половины от H-II[✱]У H-II она составляет 49 м, у LS-5 21 м., по сути — как боевая ракета. И чтобы эта кроха вывела человека в космос, обычное топливо не годится.
— Хм-м...
Глубоко задумавшись, Юкари покинула завод.
АКТ 4
— А-ха-ха-ха-ха-ха-ха!
Сацуки, откинувшись в кресле и положив руки на подлокотники, смеялась в голос, совершенно не стесняясь.
— Дохлый номер! Заставить Мотоко прекратить эксперименты с топливом — это абсолютно, стопроцентно дохлый номер! — она замахала руками.
— Да почему?! — обиженно буркнула Юкари.
— Без причины. Она просто запрограммирована на это, как локомотив на рельсах. Собственно, поэтому я её и порекомендовала.
— Вы?
— Ага. Директор искал первоклассного химика. Мотоко тогда работала в лаборатории фармацевтической компании, но директор сразил её наповал одной-единственной фразой.
— Фразой?
— Да. И ударил в самое слабое место...
Сацуки рассказала предысторию.
У Мотоко Михары всегда была только одна страсть, одна заветная мечта: соединять любые вещества с кислородом — иными словами, окислять их.
Взять, к примеру, горение.
При достаточном количестве кислорода горит даже железо. И наблюдение за этими метаморфозами веществ доставляло Мотоко ни с чем не сравнимое удовольствие.
И вот тогда Насуда сказал:
— Наша ракета окисляет одну тонну топлива в секунду.
Мотоко судорожно сглотнула.
— Мне нужно топливо с наибольшей скоростью истечения и наименьшей молекулярной массой продуктов сгорания. Что для этого эффективнее всего?
— Водород, — не задумываясь, ответила Мотоко.
— Верно. Но водород мы использовать не будем. Мы строим гибридную ракету, работающую на топливной паре из твёрдого горючего и жидкого кислорода. Для этого нам нужно вещество: твёрдое при комнатной температуре, дешёвое, однородное и при этом обладающее высоким удельным импульсом.
С этими словами Насуда вперил взгляд в Мотоко.
— Создашь такое топливо — и делай с ним что душе угодно.
— Я согласна~ — ответ прозвучал так же молниеносно.
За месяц уладив все дела, Мотоко оставила мужа в Японии и в одиночку отправилась на остров Аксио...
— ...Такие вот дела. Так что отстранить Мотоко от разработки топлива невозможно.
Юкари недоумённо склонила голову.
— Странно, что при всём этом она вообще вышла замуж.
— Женщин в науке мало, так что отбоя от поклонников у неё, видимо, не было.
— Серьёзно?
— Абсолютно.
Юкари снова непонимающе наклонила голову.
Неужели, если снять эти толстенные очки, под ними окажется писаная красавица?..
— Говорят, как только она решила, что сойдёт любой вариант, лишь бы отвязались, так сразу кто-то и подвернулся.
— Ясно...
— Замуж-то она вышла, но бенто мужу не собирает, хозяйством не занимается, детей до сих пор нет... Сплошная загадка, в общем. Короче, пытаться остановить Мотоко — пустая трата времени. Смирись с этим.
АКТ 5
Ну уж нет.
Она не камикадзе, чтобы просто сказать «Есть!» и покорно ждать смерти.
Юкари позвонила в службу безопасности и вызвала патрульную машину. Раз уж она космонавт, имеет право немного покомандовать.
— На топливный завод.
— Слушаюсь.
Молодой охранник безропотно подчинился её командному тону.
Прибыв на завод (полкилометра от главного здания), Юкари прямиком направилась в лабораторию Мотоко.
От резкого запаха кислоты она сморщила нос.
Столы, пол, лабораторные стенды — всё было заставлено колбами, пробирками и бутылками с реактивами. «Если тут споткнуться, костей не соберёшь», — подумала Юкари.
Мотоко в кабинете не оказалось.
В коридоре ей подсказали, что химик ушла в помещение для огневых испытаний в закрытом грунте. Судя по схеме, это был зал размером со спортзал, оборудованный гигантскими вытяжными трубами.
Перед входом была опущена массивная бронедверь с гидравлическим приводом. Горело табло «Идут испытания», но Юкари без колебаний нажала кнопку «Открыть».
— А-а-а-а!
Словно разверзлись врата ада.
Юкари оглушило рёвом и ослепило вспышкой; она инстинктивно отпрянула за дверной косяк.
Однако этот поток света и звука был равномерным — это не был взрыв.
Секунд через тридцать всё стихло.
Юкари осторожно заглянула внутрь.
На фоне слегка дымящегося двигателя она увидела со спины Мотоко. Она стояла в своём вечно распахнутом халате, с защитными наушниками на голове.
Она стояла одна, неподвижно, как статуя.
А затем её плечи начали трястись.
— Ку-фу-фу-фу-фу-фу...
Хриплый смех эхом разнёсся по испытательному залу. А затем:
— ПОЛУЧИЛОСЬ-ТО КАК ХОРОШООООО~~~
Мотоко вскинула руки в победном жесте.
Поёжившись от её смеха, Юкари всё же шагнула внутрь.
— Эй. Мотоко-сан.
— НАКОНЕЦ-ТО ПОЛУЧИИИИИИИЛОСЬ~~~
— Я к вам обращаюсь!
— ЯХУ-ЯХУ-ХУУУУУУ~~~
Юкари подошла к приплясывающей от радости Мотоко со спины и сорвала с неё наушники.
— Хо?
Лицо, которое к ней повернулось, выглядело ещё более жутко из-за надетых сварочных очков с абсолютно чёрными стёклами.
Когда Мотоко сдвинула очки на лоб, под ними обнаружились привычные «бифокалы».
— Ой, Юкари-тян, ты ту-у-ут была~~~
Тон был безмятежным, как летнее облачко.
Юкари перевела дух и начала:
— У меня возник один о-о-очень серьёзный вопрос.
— Э?
— До старта всего два месяца. Чем вы тут занимаетесь?
— Так это, улучшаю топливо для ста-а-арта...
— ЗАПРЕЩАЮ!!
— А чего это-о-о?
— Потому что ракета — это...
Юкари воспользовалась случаем и выдала недавно усвоенную философию:
— ...Вот поэтому нельзя использовать необкатанные технологии! Понятно?
— Но это-о-от вариант намного лу-у-учше. Я всего лишь поменяла катализато-о-ор...
— Сказала «нет», значит, НЕТ!
— А я так старала-а-ась~
— Верните старую формулу!
— Не хочу-у-у-у-у~~~
Мотоко заизвивалась всем телом.
— Я забыла формулу, так что вернуть всё как было уже невозмо-о-ожно~~
Прямо как предупреждал Мукаи. Но отступать было некуда.
— ВОЗРАЖЕНИЯ НЕ ПРИНИМАЮТСЯ! — отчеканила Юкари. — Этот вопрос будет вынесен на техническое совещание для принятия официального решения!
В Юкари начал просыпаться вкус к власти.
АКТ 6
В то же самое время, Сантьяго, китайский квартал, «Тяньцзиньский ресторан».
Цок...
Стук каблуков разнёсся по холлу.
— Есть кто-нибудь, кто понимает по-японски?
На пороге стояла женщина в самом расцвете сил. Несмотря на удушающую жару, на ней был безупречный бордовый костюм с юбкой-карандашом, и ни капельки пота на лице.
Её встретил хозяин:
— Добро пожаловать! Я хозяин этого ресторана, Чжан Тяньцзинь. Японцы всегда хвалить мою еду!
— Поем я позже. Мне нужно на космодром Соломоновых островов. Ходят туда поезда или автобусы?
— Ай-яй, как жаль, ни того ни другого нету...
— В таком случае, не могли бы вы организовать мне машину?
— Я?
— Плачу сто долларов.
— Понял! — Чжан согласился мгновенно. — Присаживайтесь вон туда, подождите. Паньли! Неси гостье чай пуэр!
— Только побыстрее. Времени в обрез.
АКТ 7
Техническое совещание началось через два часа. На него созвали весь руководящий состав базы, начиная с директора и заканчивая начальниками отделов.
Вспомнив свой опыт старосты класса в средней школе, Юкари заговорила максимально серьёзным тоном:
— Я собрала вас здесь, потому что обнаружила крайне серьёзную угрозу безопасности нашей ракеты.
Все смотрели на неё с напряжённым вниманием.
— В ходе проведённого мной расследования выяснилось, что один из отделов самовольно вносит изменения в спецификации. Главный инженер Мукаи, вы ведь сами говорили, что ракетостроение — это накопление консервативных, проверенных технологий. Верно?
— Э-э, ну да...
— Однако! Сегодня днём на заводе по производству топлива я стала свидетелем поистине возмутительной сцены. Только представьте: на таком позднем этапе они проводят испытания АБСОЛЮТНО НОВОГО твёрдого топлива!
Юкари обвела зал взглядом.
Насуда медленно скрестил руки на груди.
Мукаи неловко почесал затылок.
Сацуки тихонько кашлянула.
Киносита сохранял ледяное спокойствие.
А Мотоко нервно озиралась по сторонам, изучая реакцию коллег.
— ...Главный химик Михара, присутствовавшая там, заявила мне, что это новое топливо планируется использовать в предстоящем пилотируемом полёте. По её словам, «так будет намного лучше».
Но скажите мне, какой опыт эксплуатации можно накопить всего за два месяца?! Как говорится, «лучшее — враг хорошего». «Намного лучше» — может ли быть для ракеты фактор опаснее этого?! Я ТРЕБУЮ немедленно прекратить разработку и использование этого нового топлива!
Юкари закончила свою речь как отрезала и села на место. «Классно я задвинула», — подумала она.
Эффект был налицо.
После непродолжительного молчания Насуда произнёс:
— Что ж. Давайте выслушаем мнения присутствующих... Киносита-кун, что скажешь?
— Справедливое замечание. На это определённо стоит обратить внимание.
— Хм. А ты что думаешь, Мукаи-кун?
— Ну-у, как бы это сказать... Дело в том, что тяги LS-5 критически не хватает, и даже с вспомогательными ускорителями мы идём почти без запаса. Так что желание хоть немного улучшить топливо и выжать из него дополнительную тягу вполне обосновано...
— Ближе к делу.
— Я считаю, что менять спецификации на данном этапе... это огромный риск.
— Понятно.
Директор повернулся к Мотоко:
— Что ж, Михара-кун. Послушаем тебя.
— А... да. В общем... для начала я бы хотела, чтобы вы на это взглянули-и-и~
Мотоко встала и с подготовленными на скорую руку материалами подошла к графопроектору в конце зала.
Свет погас.
На экране перед ними появилась написанная от руки формула молекулярной структуры.
— Э-э-э, вот состав нового топлива. База — натуральный каучук, щедро сдобренный кратными связями CH2-CH3[✱]Имеется в виду полибутадиен с концевыми гидроксильными группами, более известный под аббревиатурой HTPB. В твердотопливных ракетах чаще всего используется как связующее для горючего и окислителя, сам также при этом играя роль горючего. Например, JAXA использует твёрдое топливо с 12% HTPB, 68% перхлората аммония и 20% алюминиевого порошка. Однако в гибридных ракетных двигателях популярен выбор HTPB в качестве горючего....
— Опустим подробности. Объясни, как это работает на практике.
— Практика такая-а-а~
Показалось, что Мотоко слегка улыбнулась.
— Проблема твёрдого топлива в то-о-ом, что весь бак становится камерой сгорания с высокими температурами и давлением, из-за чего ракета получается тяжёло-о-ой.
— Это и так всем известно. Мировой тренд — жидкостные ракеты. Но мы сознательно выбрали твёрдое топливо ради снижения стоимости. Наша стратегия — массовый запуск дешёвых ракет.
— Всё ве-е-ерно~. Но с моим новым топливом ракета будет легче, чем жидкостна-а-ая.
В зале повисла мёртвая тишина.
— Да быть того не может! — вскочил Мукаи. — Как бы мы ни облегчали само топливо, вес корпуса ступени никуда не денется! Ракета не может стать легче[✱]У ракет с ТТРД всегда приходится делать прочные и потому тяжёлые ступени.!
— Дело в то-о-ом, что это топливо горит изнутри наружу, и чем ближе к внешнему краю, тем сильнее несущие свойства-а-а... Проще говоря, само топливо выполняет роль бака-а-а[✱]Это тоже отсылка к гибридному двигателю в варианте AMROC. HTPB является отличным теплоизолятором, горение происходит только в центральном канале и стенки ступени не нагреваются вплоть до последней секунды её работы, пока пламя не поглотит остатки горючего. На бумаге решение казалось просто отличным, гибридный двигатель не должен был взрываться, как ТТРД, и должен был быть гораздо проще и дешевле ЖРД. На практике AMROC столкнулась с низкой скоростью выгорания HTPB, принципиально ограничивающей выдаваемую тягу. Несмотря на все ухищрения со сложной формой каналов (в форме звезды и т.д.), достигнутая ими тяга подходила лишь для РН лёгкого класса. Именно такая и описывается в книге..
— Что... — выдохнул директор.
Рядом Киносита удивлённо поднял бровь:
— То есть корпус ступени вообще не нужен?
— В то-о-очку~. Ну, не то чтобы совсем не нужен, но трёх миллиметров дюралюминия будет за глаза-а-а.
— Б-быть не может... — Мукаи потерял дар речи.
Юкари стало не по себе. Атмосфера в зале неуловимо менялась.
Киносита сказал:
— Верится с трудом. Не думаю, что топливо с такой прочностью сможет нормально гореть.
— Поэтому я и изменила катализатор вместе со связующим вещество-о-ом. В основе — плати-и-ина~
Юкари посмотрела на левую руку Мотоко. На безымянном пальце чётко виднелся след от обручального кольца.
Пустила на тот эксперимент...
Мукаи начал судорожно стучать по кнопкам калькулятора.
— Если толщина стенок ступени всего три миллиметра... Массовое соотношение — тридцать[✱]Отношение начальной массы ступени к конечной, вместе с удельным импульсом (УИ) двигателя определяющее её эффективность по формуле Циолковского.! Это характеристики, намного превосходящие жидкостные ракеты[✱]У реальных и считающихся выдающимися по эффективности первой и второй ступеней РН Falcon 9 оно составляет 19,5 и 27,8 соответственно.!
— Когда будет готово топливо для реального полёта? — спросил Киносита.
— За два месяца то-о-очно управлюсь~
— Значит, сразу в бой, без тренировок.
— Если ограничиться только наземными огневыми испытаниями...
Юкари вскочила со своего места:
— Эй, вы чего?! Вносить изменения в спецификации на таком этапе — это же самоубийство...
Но Мукаи перебил её:
— Но это же революция! Дешёвый, лёгкий гибридный двигатель с управляемым горением — это просто идеальная ракета! Разве не так, директор?!
Насуда с застывшим лицом кивнул. С его полуоткрытых губ сорвался хриплый шёпот:
— Если это не сон... Это переворот в химическом ракетостроении...
— Похоже, сегодняшний день войдёт в историю.
— К-Киносита-сан, и вы туда же... — голос Юкари дрогнул.
— Да что с вами всеми?! Я отказываюсь лететь на ракете, собранной в последний момент! А как же стандарты безопасности?! Вы же сами говорили, что ракета — это накопление надёжных технологий!
Все присутствующие неловко отвели глаза.
Тишину нарушил Мукаи:
— Ну... лететь на ракете, работающей на пределе возможностей — это тоже тот ещё риск... С новым топливом эта проблема отпадёт, так ведь, Киносита-сан?
— С этим не поспоришь.
— Давайте сделаем так, господа, — подытожил директор. — Не будем рубить сплеча. Возьмём время на раздумья, посмотрим, как пойдут дела. Разумеется, мнение Юкари-кун, как нашего космонавта, будет учтено в первую очередь...
— РЕШАЙТЕ ПРЯМО СЕЙЧАС!! — взревела Юкари. — Я КАТЕГОРИЧЕСКИ ПРОТИВ! Поставьте себя на моё место, я же вам свою жизнь доверяю!! Да кто в здравом уме сядет в ракету, слепленную из каких-то внезапных озарений и бредовых изобретений?!
— Ну-ну, Юкари-кун. Мы ведь ещё не приняли окончательного решения об использовании нового топлива. Мы просто всё обсудим...
БРЯК!
Юкари отшвырнула стул и в ярости выскочила из зала.
Не приняли окончательного решения?
Да кому они сказки рассказывают!
Юкари всё отлично поняла. Пусть она не разбиралась в технике, но по глазам этих ракетных маньяков было видно: они влюбились в это новое топливо по уши.
А Юкари была из тех, у кого в гневе мозги начинали работать со скоростью суперкомпьютера. Пока она топала по коридору, в её голове созрел план.
Зайдя в раздевалку, она открыла шкафчик и надела облегающий скафандр. Затем накинула на спину компактный ранец системы жизнеобеспечения для выхода в открытый космос. В такой экипировке, если есть батареи и вода, можно несколько дней прожить в любых условиях.
Прихватив набор для выживания, Юкари вернулась в свой кабинет (в медотсеке).
Мацури, зубрившая теорию, подняла голову.
— О, Юкари. Тренировка ВКД[✱]Выход в открытый космос.?
— Нет!
Юкари сорвала со стены календарь и толстым маркером размашисто написала что-то на обратной стороне.
— Я им покажу, что значит быть космонавтом.
— ...Агась?
— С ЭТОГО МОМЕНТА МОРИТА ЮКАРИ ОБЪЯВЛЯЕТ ГОЛОДОВКУ!! Передай всем!
Оставив Мацури в недоумении, Юкари выскочила из кабинета.
АКТ 8
Тридцать минут спустя...
Юкари сидела по-турецки прямо на бетоне, подперев щёку рукой и сердито надув губы.
На стене за её спиной красовался наспех сварганенный плакат с надписью: «КАТЕГОРИЧЕСКИ ПРОТИВ ИЗМЕНЕНИЯ СПЕЦИФИКАЦИЙ!».
— Послушай, Юкари-тян. Я понимаю твои чувства, но если ты не подчинишься решению комиссии, это могут расценить как саботаж, — Сацуки, выступавшая в роли переговорщика, стояла в пяти метрах от Юкари и терпеливо увещевала её.
— Если ты продолжишь упрямиться, мне придётся доложить обо всём твоему отцу.
— Да пожалуйста! Я же не от работы отлыниваю. Всё, что положено, я буду делать. Просто я не собираюсь садиться в эту недоракету, которую вы тут лепите чисто из спортивного интереса!
— М-да...
Ещё в десяти метрах позади, под палящим солнцем на парковке, сбившись в кучку, стояло всё руководство базы.
Видя, что аргументы Сацуки не работают, Насуда негромко произнёс:
— Даже козырь с отцом не сработал.
— Правда на стороне Юкари, — заметил Киносита. — Надо признать, что нас просто ослепило изобретение Мотоко-сан.
— Оно-то так, но... — Насуда поморщился. — Если мы используем эту прорывную технологию в предстоящем полёте, мы гарантированно шокируем всю мировую космическую индустрию. Грех упускать такой шанс.
— Согласен. ...Может, просто оставим её в покое? Дня через три сама сдастся от голода.
— Игнорировать её нельзя. Это будет слишком жестоко. Я хочу, чтобы мы нашли компромисс и она почувствовала себя победительницей.
Вернулась Сацуки.
— Глухо. Кто следующий?
— Давайте я попробую, — вызвался Мукаи. — Да, это идёт вразрез с классическим подходом, но если рассуждать чисто инженерно, новое топливо не так уж и опасно. Постараюсь объяснить ей это.
— Удачи.
— ...В общем, Юкари-тян, всё обстоит вот так. Новое топливо само по себе обладает высокой структурной прочностью, поэтому снимает лишнюю нагрузку с ракеты. По сути, оно делает её более безопасной. До этого момента всё понятно?
— То есть оно ТАК спроектировано.
— Именно. Поэтому...
— Да понятно, что на бумаге всё выглядит идеально! Проблема в том, что будет, если на практике всё пойдёт не по чертежам!
— Для этого мы и проводим наземные испытания...
— ДА ГРОШ ЦЕНА ЭТИМ ВАШИМ ИСПЫТАНИЯМ!!
— Гхк...
Крыть Мукаи было нечем.
— Сацуки-и-и, она теперь меня ненави-и-идит, да? — с грустью спросила Мотоко, глядя на понуро возвращающегося Мукаи. — А я думала, она обрадуется-а-а~
— Смотря с какой стороны посмотреть.
— Я же не со зла-а-а.
— Это понятно. Если бы ты это сделала со зла, всё было бы куда хуже.
— Но она почему-то о-о-очень злится...
Сацуки потёрла переносицу.
— Просто ты выбрала, скажем так, не самый удачный момент.
— ...Может, мне пойти извиниться-а-а?
— Будет только хуже. Да и не нужны ей твои извинения. В отличие от тебя, она девочка очень практичная.
— Практичная?
Мотоко попыталась осмыслить это слово, но так ни к чему и не пришла.
Тут к ним подошла Мацури.
— Приветик! Чем занимаемся?
— Голодовкой, я же говорила. Это ведь ты всем разнесла? — спросила Сацуки.
— А что такое голодовка?
— Человек отказывается от еды, чтобы добиться выполнения своих требований.
— Ого, это плохо. Так и помереть можно. И что она требует?
Сацуки в двух словах обрисовала ситуацию.
Выслушав её, Мацури уверенно направилась к Юкари.
— Юкари, не переживай.
— ...Ну вот, ещё и ты туда же.
— В этот раз пуск пройдёт как по маслу. Не надо морить себя голодом.
— С чего такая уверенность? Здесь вообще-то каждая вторая ракета взрывается на старте.
— Угу. Это всё из-за проклятия племени тарихо, — невозмутимо заявила Мацури.
— А?
— Каждый раз во время пуска вся деревня накладывала проклятие, чтобы получился красивый фейерверк. Но в этот раз я попрошу их этого не делать. Так что всё будет пучком.
— Да ладно тебе заливать.
— Я понимаю, что тебе страшно, Юкари. Всем нравится смотреть на фейерверки, так что они могут проклясть её случайно. Но вождь им всё строго-настрого объяснит, так что не волнуйся. Точно взлетит. Вождя все любят и всегда его слушаются.
Юкари тяжело вздохнула и отмахнулась:
— Иди отсюда, девушка-Тарзан. Без тебя тошно.
— Может, принести чего покушать?
— ТОГДА ЭТО БУДЕТ УЖЕ НЕ ГОЛОДОВКА!!
— Ясненько. Ладно, я пошла.
И Мацури неспешно удалилась.
В этот момент на парковку въехал «Хаммер» службы безопасности.
Дверь открылась, и по бетону разнёсся сухой цокот каблуков.
Из машины вышла фигура в бордовом и направилась прямо к ним, полностью игнорируя толпу начальников, стоявших в стороне.
Случайно бросив взгляд в её сторону, Юкари на мгновение не поверила своим глазам... но потом смирилась.
Если в мире и был человек, способный вот так, без предупреждения, нарисоваться на краю света, то это была она.
— Мам, ты что тут забыла?
— У меня саммит АТЭС в Сиднее[✱]В оригинале написано Pacifico, что для японца должно отсылать к гигантскому выставочному и конференц-центру Pacifico в Йокогаме., вот и решила заскочить по пути. Выглядишь бодрячком.
— По мне видно?
— Фигура заметно подтянулась. Классный скафандр, кстати. Все изгибы подчёркивает.
— Ещё бы, стыдоба-то какая.
— Да ладно тебе.
— Эм, простите, а вы... — подошёл к ним Насуда.
— Я мать Юкари, Морита Хироко.
— О-о, вот так сюрприз! Очень рад. Я директор космодрома, Насуда.
— Мы с вами говорили по телефону. Была в этих краях, дай, думаю, навещу. Признаться, я немного удивлена.
Насуда неловко почесал затылок.
— Да мы тут, знаете ли, в несколько щекотливой ситуации оказались...
— Я думала, раз космодром, то тут будут сплошные высокотехнологичные небоскрёбы. А эти голые бетонные стены — это же никуда не годится: ни теплоизоляции, ни эстетики. Вам не кажется, что архитектура должна подчёркивать концепцию «Врат в космос»?
— Э-э...
Мать Юкари была архитектурным дизайнером.
В любом новом месте она первым делам оценивала здания. А если их не было — тут же придумывала, что бы такого построить.
Юкари дёрнула мать за рукав.
— Хватит об этом. Я тут, вообще-то, голодовку устроила.
— А, это? ...Категорически против изменения спецификаций? Это ещё что значит?
Юкари вкратце изложила суть конфликта.
Хироко задала ещё несколько уточняющих вопросов по процедуре запуска ракет.
— ...В общем, я всё поняла. А разработчики здесь? Вон та группа? — Хироко указала на руководителей отделов.
— Да, это они, — кивнул Насуда.
— Не могли бы вы попросить их подойти?
— Э-э, да, конечно. ...Эй, подойдите все сюда!
Когда все собрались, Хироко начала:
— Если вкратце, Юкари не устраивает использование топлива, которое не прошло проверку на практике. Значит, нужно эту проверку организовать. Логично?
— Но мы должны осуществить запуск через два месяца! Это не обсуждается. А топливо для реального пуска будет готово только к этому сроку, — попытался возразить Мукаи.
— Но у вас же две стартовые площадки! Соберите две одинаковые ракеты: одну для тестов, вторую — для Юкари. Я слышала, от старта до выхода на орбиту проходит всего шесть минут. Запустите тестовую ракету на шесть минут раньше, и если всё пройдёт гладко — запускайте основную.
— Две ракеты... практически одновременно?
— Почему две? Соберите сразу десяток! Серийное производство снизит себестоимость, а Юкари сможет спокойно лететь, зная, что как минимум в этих десяти ракетах никаких изменений не будет.
— Я десять раз летать не собираюсь!
— Ну, кто-нибудь другой полетит.
Хироко повернулась к Насуде:
— Раз уж вы так уверены в этой новой технологии, идите ва-банк. Вложите все деньги и запускайте в серию! Когда выходит новая модель автомобиля, вы же можете её сразу купить? С ракетами должно быть то же самое! Продемонстрируйте всему миру свою новейшую ракету, да ещё и с немедленной готовностью к поставкам!
— ГЕНИАЛЬНО! — Насуда аж в ладоши хлопнул.
В умении принимать молниеносные решения он матери Юкари не уступал.
— Юкари-кун, тебя устроит такой вариант? Если мы прямо перед твоим стартом запустим точно такую же ракету в качестве проверки?
— ...Ну, в принципе, да.
— Мотоко-кун, сможешь на этом заводе выпустить партию нового топлива сразу на десять ракет?
— Думаю, смогу-у-у...
— Мукаи-кун, а что скажешь ты? Сколько ракет успеете собрать?
— Две — с горем пополам...
— Нет, если мы грамотно организуем производственную линию, то осилим и три, — вмешался Киносита.
— К-Киносита-са-а-ан... — жалобно простонал Мукаи, дёргая его за рукав.
— Если ракета для испытаний не отработает штатно из-за какой-нибудь мелочи — на всём проекте можно ставить крест. Наличие запасной ракеты кардинально снизит риски, — безапелляционно заявил руководитель проекта.
— Решено. Собираем три ракеты! — Насуда снова хлопнул в ладоши. — Господа, предстоят жаркие деньки. Эти два месяца станут для нас решающими. Немедленно приступайте к работе!
Мать Юкари собиралась вернуться на Гуадалканал вечерним паромом.
У главных ворот её уже ждал «Тойопет»[✱]Бренд Toyopet использовался Toyota до начала 1970-х годов. Можно предположить, что речь идёт о представительской модели Crown третьего поколения, производившейся с 1967 по 1971 годы. Т.е. речь идёт о машине минимум четвертьвековой давности, эксплуатировавшейся в этой глуши в качестве такси. Примерным аналогом в российских реалиях был бы «Мерседес» S-класса (W140) 1998 года выпуска, подаваемый где-то в глубинке как ВИП-такси., который организовал Чжан.
— Мам, — окликнула её Юкари.
— М?
— Если бы ты полетела на вертолёте базы, у тебя было бы время с НИМ повидаться.
Хироко покачала головой:
— В другой раз.
— Ясно.
Сев в машину, Хироко опустила стекло и сказала:
— Для первой голодовки получилось весьма недурно.
— Думаешь?
— Работа не приносит удовольствия, пока не проявишь инициативу. Надо выходить за установленные рамки.
— Да ну?
— Смотри, как бы не втянулась.
— Да ни за что!
Машина тронулась, и они попрощались.