5

На палубе судна снабжения гулял тёплый ночной ветер.

— Так.

Ощущая ветер кожей, я рассматривал тучи, когда меня окликнули из-за спины, и я обернулся.

Там стоял напряжённый Брет Бруярд. Сейчас он был очень серьёзен, мог любого ребёнка довести до слёз.

Он прибыл тридцать минут назад. Из-за смены места встречи, ему пришлось добираться два часа. Появилось время вздремнуть, но мы потеряли много времени. Промедление нам буквально могло стоить жизни.

— Заправка закончена? — спросил я, и мрачный мужчина утвердительно закивал:

— Да... Вот только...

— Тогда мы отправляемся. Осталось восемь часов... Тянуть больше нельзя, — сказал я и направился в ангар, а Брет схватил меня за руку.

— Погоди, Так. Не надо... Я и сам всё понимаю.

— Что ты понимаешь? — остановившись спросил я, Брет сжал зубы и выдавил из себя слова:

— Ты не успеешь. Погода на Гаваях портится. Там тайфун, ССМВ летать не смогут. Если обходить, вовремя уложиться не выйдет. Изначально в этот запрос едва ли можно было уложиться. Астика со своим внезапным заданием всё подпортила, тут не просто невезение, сами небеса нас покинули, остаётся лишь сдаться, — Брет полностью сдался, и посмотрел на облака, спрятавшие луну.

— С тех пор, как я стал частным перевозчиком, я хоть одно задание провалил?

— Нет. Потому я и сожалею. Я воспользовался тем, что мы друзья и уболтал выполнить то, что просто невозможно, — виновато говорил Брет, его взгляд был направлен на ноги. Видя это, я глубоко вздохнул:

— К сожалению, я не из тех, кто преисполнен чувством долга. Бесплатно я не работаю. И не берусь за невыполнимые задания.

— И всё же...

— Ситуация не из простых. И поэтому перед отправкой я хотел тебя попросить. Если ты поймёшь текущую ситуацию, разговор будет быстрым, — я прервал Брета и начал говорить, глядя прямо на него.

— Попросить? — на его лице было сомнение, а я сказал, чего хотел:

— Ты никого не спросил, взял ответственность за судьбу Мисоры на себя... Я это понимаю, и прошу... Доверь мне жизнь Мисоры.

Глаза Брета округлились, сглотнув слюну, он открыл рот:

— Раз ты спрашиваешь такое, значит задумал что-то безумное?

— Да.

— И какие шансы на успех?

— Если бы не было, не предлагал бы. У меня обязательно получится. Ладно Астика, но Руфус — это моя вина. А я не обреку Мисору на несчастье по своей вине.

Я смотрел в чёрные глаза Брета и ждал ответа.

Когда Мисора очнулась, мы не были уверены, понимает ли она происходящее, даже если что-то она поняла, девочка не была в курсе, на какой риск мы идём.

А так я хотя бы получу разрешение Брета.

Мы переглядывались около пяти секунд, после чего он тяжело вздохнул:

— Не обречёшь на несчастье, значит... Болезненные слова, знаешь ли.

— ?..

Я задал вопрос одним взглядом, и Брет продолжил:

— Моя бывшая жена говорила схожие вещи. Я сделаю Мисору счастливой... Буду растить её как следует, она никогда не узнает что такое несчастье. Но в итоге она нарушила данное слово и сбежала, — мужчина пожал плечами, в его голосе ощущалась насмешка. — Я бесился, когда она не выполнила обещание, вот же эгоистка... Я поклялся, что не допущу, чтобы Мисора была несчастной. Но... Как родитель я провалился. Я зарабатывал деньги и даже не мог находиться рядом. В итоге даже стал полагаться на тебя, постороннего человека, — во взгляде Брета был гнев, направленный на него же, голос его поник. — Не мне упрекать мою бывшую. То, какой была её ноша... Я понимаю. В отличие от неё я лишь мог хорошо зарабатывать. А в остальном-то разницы никакой. Нет... Моя бывшая всё же была немного лучше меня. Мисора совсем не ненавидит мать. До момента исчезновения дочка всегда была счастлива. А сделал её одинокой... Сделал несчастной именно я, тут разница просто огромная.

Я дал короткий ответ пожимавшему плечами Брету:

— Пусть Мисоре и было одиноко, это не значит, что она была несчастлива.

— Что? — неуверенно спросил Брет. Я видел морщинку между его бровей, а сам продолжал говорить:

— Мисора улыбалась, когда я и Челси приходили её проведать. Мы приносили ей подарки, рассказывали о старых временах, она было очень рада этому. Так несчастные люди не выглядят.

— Это... Но это только отдельные моменты, — измученно проговорил Брет, а я кивнул:

— Да. Но Счастье... Оно не длиться весь год, не двадцать четыре часа в сутки ты в приподнятом настроении. Разве может быть у кого-то абсолютное счастье в жизни. Я бы такому человеку точно не позавидовал. Он просто отводит взгляд от всего неприятного в своей жизни. Как я когда-то.

Я был пилотом ГС в «Стервятниках» и наслаждался счастьем, находясь на расстоянии вытянутой руки от собственной смерти. Заставил меня сомневаться и предложил сойти с этого пути именно Брет.

— Так... — Он посмотрел на меня и неуверенно спросил: — А какому бы человеку ты бы стал завидовать? Что ты считаешь счастьем?

Такой просто вопрос заставил меня улыбнуться:

— Разумеется тебе и Мисоре. Как бы ни было тяжело, в радостные моменты вы продолжаете улыбаться. У вас есть такие моменты в жизни... И именно этим сияющим фрагментам и может завидовать парень вроде меня, — не сомневаясь, ответил я, и Брет прищурился:

— То есть, Так... Ты считаешь, что сам несчастлив?

— Нет... Не скажу, что всё роскошно. Но я наслаждаюсь своей жизнью. Просто... У нас немного разные понимания счастья, — я покачал головой и ответил на его вопрос.

До этого я был действительно счастлив лишь когда сражался со Спутником 9.

И теперь я живу, чтобы когда-нибудь продолжить это сражение. И Челси наверняка тоже этого ждёт.

Это не то близкое счастье, как у Брета, которое можно ощутить. Оно другое, далёкое, и я прекрасно понимаю его ценность.

— Хм... А ты всё такой же. Странный ты, это совсем не поменялось. Говоришь так, будто не от мира сего, — вздохнув, сказал Брет.

Суть была горькой, но тон мягким.

— Просто... Поэтому ты и стал ближе к Мисоре за эти три года, чем я. И знал, что она была счастлива. И раз ты говоришь, что не позволишь ей испытать несчастье... Остаётся только поверить.

— Ты доверишься мне? — я спросил у него, чтобы убедиться.

— Если ты уверен, что сможешь, мне этого достаточно. Когда я попросил тебя сделать это, то доверил тебе жизнь и будущее Мисоры. Теперь уже нет смысла даже спрашивать.

— Вот как, значит зря спрашивал, — улыбнувшись, ответил я и направился к ожидавшему меня Манагарму.

Получив одобрение Брета, я успокоился, но был ещё один человек, которого мне надо было уговорить.

И мне нужно не просто разрешение, но и помощь. В данном случае сложность была высокой.

Я забрался в машину и ещё раз взглянул на небо.

Звёзды были скрыты облаками и практически не видны, лишь свет луны мерцал между облаками.

Невооружённым взглядом этого было не увидеть, но где-то в небе были Сателлиты. И они обязательно будут наблюдать за мной.

Мы ушли из зоны наблюдения Исследователя 3. Здесь был другой Сателлит, за которым стоило приглядывать.

Исходя из маршрутных данных, его позывной мне был хорошо знаком.

Авангард.

Это название было очень значимо для меня и Челси.