Глава Солона

— Он не герой. Простой дурак, — с отвращением сказал человек, называемый мудрецом.

Одетый в фиолетовую робу мага, худой с резкими чертами лица, при этом довольно нервный. Манера речи грубая, к такому не захочется подходить без причины, звали его Солон Баркли.

С детства его считали гением, и когда он поступил в академию Фарм, он разбирался в магии лучше учителей. Он придумал много разных заклинаний, внеся много разных открытий в мир магии.

— Кто вообще такой герой? Тот, кто превосходит других в силе? Или обладатель сильной магии?

... Тот, кто победит повелителя демонов.

— Ты герой, если победишь повелителя демонов? Или ты герой, и потому победишь повелителя демонов? Какая-то глупость. Вопрос из категории «Что было раньше: яйцо или курица?» Ни силы, ни маны у него не было. Не было ничего, чтобы соответствовало герою. Неужели можно доверить судьбу мира такому человеку? Это безумие. Он не может быть героем, и с теми, кто доверял ему, явно что-то не так.

... Но он победил повелителя демонов.

— Так вышло. Простая удача... Нет. С учётом тех усилий, сколько приложил он, мог справиться любой. Но другие просто переложили это бремя на его плечи. Леон, Мария или я могли куда больше. А про других можно и не вспоминать. Те, кто ничего не делают, живут долго и счастливо. Что б их всех.

... Леон говорил, что его усилия были ненормальными.

— Ненормальными? Он собирался убить повелителя демонов. Думаешь это возможно после тысячи взмахов мечом каждый день? Если произнести заклинание сто раз, оно и правда сработает на повелителе демонов? Конечно нет. Это не то же самое, что стать командиром королевских рыцарей или придворным магом. Чтобы победить повелителя демонов, требуется приложить усилия. И на это обычных усилий будет недостаточно. Они обязаны быть ненормальными.

... Ты учил Ареса магии.

— Он был очень настырным. Он ходил за мной и просил обучать его. Похоже учитель магии отказался его учить. Ну да. Ни тогда, ни сейчас никто не обучает воинов магии. Слишком неэффективно, это пустая трата времени. Потому он и пристал ко мне. «Ты знаешь о магии больше учителей, потому я хочу, чтобы ты учил меня».

... И ты научил.

— Самому простому. Просто чтобы убить время. Обучая его магии, я сделал много открытий. Ну, это был неплохой опыт. Благодаря ему я теперь беру учеников. Иначе я бы до самой смерти насмехался над другими и никого бы не учил.

... А Ареса был талант к магии?

— Нет. Скорее уж из всех, кого я встречал, у него способностей меньше всех. Уже доводилось встречаться с Леоном и Марией? Разве они не сказали то же самое? Что у него вообще не было таланта. Ни в обращении с мечом, ни в магии, ни в чудесах, ни в чём. Он самый заурядный человек.

... Но говорят, что герой Арес мог использовать магию.

— Мог... Хотя вместо огненного заклинание ему было быстрее использовать кремень. Вот на таком уровне. Вот чего он добился, прикладывая все силы. Тогда я думал, что это бессмысленно.

... А польза была?

— Была. Даже от такой убогой магии. К тому же не раз и не два. Он был хорош в использовании магии. Или скорее находчив. Например, он не использовал магию огня на враге, а поливал его маслом, а потом создавал искру. Сойдясь с врагом на мечах, он мог подуть ветром ему в глаза. Вот так он это и делал. Даже от слабой магии была польза. Я многому у него научился. В зависимости от использования единица может стать десяткой или нулём. Во время боя в лесу Розолов я использовал свою саму сильную магию на демоне, и когда она не сработала, я просто не мог соображать. Это был такой позор. И вот что он мне сказал: «Используй магию послабее, чтобы выиграть время. Вот что ты сейчас можешь». Обычно я бы никогда не послушался его приказов. Я вёл себя как какая-то марионетка. И в итоге всё получилось.

... И ты решил присоединиться к Аресу?

— Тогда я был высокомерен. Мне не нужна была группа, и я считал, что сам смогу победить повелителя демонов. Разве что я считал: «С Леоном или Марией я бы мог объединиться». Скорее всего они думали так же. Они выглядели святыми, но на деле были такими же высокомерными как я. Но после случая в лесу Розолов я осознал собственное бессилие, потерпел поражение и объединился с ним. Если бы не он, мы бы держались на расстоянии друг от друга и в итоге ничего бы не добились. Все мы были хороши сами по себе, но если бы не он, мы бы не объединились.

... Ты смог продемонстрировать свою силу лишь благодаря Аресу?

— ... Сложно сказать. Но я могу сказать, что даже если бы не было Леона, Марии или меня, кто-то другой занял бы наши места, и они бы убили повелителя демонов, но без него победить точно не получилось бы.

... Хочешь сказать, что у него были качества героя?

— Смеёшься? Я же сказал, что он простой дурак. Герой — это не высшее существо. А заурядности должны оставаться заурядностями и не дёргаться. Мы же были гениями. Говнюками с даром. Но у него ничего не было. В итоге он бестолочь, которую назвали героем, хотя он ничего не сделал. Легко сказать «господин герой». Но что эти люди о нём знают? Это так естественно, что герой побеждает повелителя демонов? Они хоть знают, что он ради этого сделал и чем пожертвовал? Много людей талантливее его. Включая меня. И так как мы ничего не делали, ему пришлось стать героем.

... Ты сражался с повелителем демонов как мудрец. Это ведь значит, что ты не сидел, сложа руки.

— Конечно я сражался с повелителем демонов. Потому что у меня есть талант. И Леон с Марией сражались, потому что должны были. Это долг и судьба, навязанная нам. Но в его случае всё иначе. Это было не про него. Потому он изменил судьбу и победил повелителя демонов. Он хотел этого, но мне не нравится, когда его зовут героем.

... Почему герой умер?

— Кто знает. Если это всё, о чём ты хочешь у меня спросить, то мы закончили. Уходи. Мы договорили.

... Какова причина смерти Ареса?

— ... Ты правда это хочешь знать? — находившийся не в духе Солон весело улыбнулся. — Как я и говорил, Ареса убил демон. Тут нет никаких сомнений. Но мы не видели его смерти.

... Он победил повелителя демонов, но его самого смог убить один из его подчинённых.

— Ну и такое бывает.

... Почему вас там не было?

— Просто не повезло. Такое бывает.

... С учётом обстоятельств возможно ли, что именно вы убили его?

— Понятно, так вполне можно подумать. Но это невозможно. Мы не могли убить Ареса. Даже если бы хотели.

... Арес был настолько силён?

— Нет, это было просто невозможно.

... У меня ещё один вопрос. Кем для тебя был Арес?

— Он был для меня другом. Просто другом. Единственным. Но я потерял его в той битве. Он был совершенно незаурядным и скромным человеком... А, но был один случай, когда он был особенно настойчив.

... Что это было?

— Перед отправкой в путешествие, король решил нарисовать нас. И он тогда просил учесть разные детали. «Нос немного выше», или «глаза немного больше». Художник и сам бы украсил всё как надо, но он был таким настойчивым, что это даже вызывало улыбку. Тогда-то я подумал, что похоже у него комплекс из-за незаурядной для героя внешности, — лицо слегка скривилось в лёгкой улыбке. — Если хочешь узнать об Аресе больше, езжай к нему на родину в деревню Тариз. Если есть желание написать про героя, не побывав там, ты многое упустишь.

Фрагмент 1

Я привык к собственным тренировкам с мечом и еженедельным испытаниям Марии, потому пора было переходить к следующей цели.

Да, научиться магии.

Я обратился за этим к учителю из класса магии, но он мне отказал.

Ну, это ожидаемо. И я уже знал ученика, к которому стоит обратиться.

Солон Баркли. Гений, известный как будущий великий мудрец. Так как на момент поступления его способности превосходили способности учителей, он считался проблемный учеником, пропускающим занятия.

Я выбрал его по одной причине. Он просто бродил без цели по академии и обладал большим количеством свободного времени.

Потому в один из тех редких дней, когда удавалось на него наткнуться, я обратил к нему.

— Солон Баркли, научи меня магии.

— Нет.

Он ответил, даже не взглянув на меня, и собрался уйти.

Худой, с резким выражением, от него буквально сочилось отвращение к другим.

— Подожди, может хоть выслушаешь?

Я обогнал его и преградил путь.

— Мне это ни к чему. Ты Арес. Дурак, решивший стать героем. Ты бесцельно тренируешься с Леоном и раз в неделю выступаешь игрушкой Марии. А теперь ты хочешь, чтобы я научил тебя атакующей магии. Чушь. Почему гений должен тратить время на типа вроде тебя? Можешь прожигать свою жизнь как хочешь, но я не прощу, если будешь мешать мне.

Взгляд стал более суровым, он вытянулся передо мной.

— Так ты в курсе. Раз знаешь обо всём, будет проще. Прошу, научи меня магии.

— Ты меня не слушал? Я же сказал, что заурядности нечего тратить время гения.

— Но ты же совершенно свободен.

— Свободен? Я?

— Когда приходишь в академию, тебе тут нечем заняться. У тебя и друзей нет.

— У тебя тоже нет друзей! Может тебя убить?

Я увидел, как Солон стал собирать ману в правой руке, и отошёл в сторону. Похоже его беспокоит то, что у него нет другой.

— Больше ко мне не подходи, — огрызнулся он и ушёл.

Через неделю я снова наткнулся на Солона и заговорил с ним.

— А, Солон. Не думал о том, о чём мы говорили?

— У тебя с памятью проблемы? Или из-за игр Марии ты совсем свихнулся? И нечего звать меня по имени, или убью.

С тех пор, всякий раз натыкаясь на Солона, я просил его о том же.

Он же говорил мне «убью», «отброс», «мусор», но Мария меня духовно натренировала, потому его оскорбления не работали.

И вот через месяц он сдался.

— Хорошо, хорошо, мусорный жук. В твоих словах есть доля истины. У меня и правда есть свободное время. Я здесь лишь из-за чужих амбиций.

Солон поступил исключительно ради репутации академии.

— Я из рода низших аристократов. Мой отец тоже великолепный маг, но статус сложно игнорировать. Директор из высшей знати, он надавил на моего отца, чтобы считалось, что Солон Баркли — выходец этого учебного заведения, и мне пришлось поступить. Первый месяц я убивал время, тратя на изучение школьной библиотеки, а теперь мне нечем заняться. Но так я могу сам кого-то учить.

Он достал несколько книг. Они вряд ли могли поместиться у него за пазухой. Это какая-то магия?

— Эти книги выдали ученикам класса магов. Если прочитаешь и поймёшь, сможешь освоить базовую магию, хотя тут всё равно нужен талант. Я не прошу использовать магию. Просто выучи. У тебя неделя.

— Неделя?! Освоить столько книг за такой маленький промежуток времени?..

В классе их год изучают. Он явно просит о многом.

— Не можешь? А ведь героем стать ещё труднее. У тебя нет для этого качеств, но ты хочешь владеть магией, при этом сразу начинаешь жаловаться, так ты точно ничего не сможешь.

— М.

Он ведь прав. Солон не сказал ничего странного.

К тому же по сравнению с заданиями Марии просьба вполне нормальная.

— Понял. Значит у меня неделя. Я всё выучу. И тогда научи меня магии.

— Я никогда не вру, — сказав это, Солон ушёл.

Вернувшись к себе, я приступил к чтению. Содержание немного сложное, но не сильно отличается от книг по магии, которые я читал когда-то, потому понять было несложно.

Я перестал тренироваться с мечом, избегал заданий Марии и посвятил всё своё время книгам.

Днём и ночью, между уроками и во время еды я читал книги.

И вот через неделю, заприметив Солона, я побежал к нему.

— Я выучил!

— Вот как.

Я был так взволнован, а он оставался спокоен.

— Тогда идём.

Солон направился к зданию школы.

— Куда? Ты не собираешь проверять меня?

— Я не прошу о том, чего сам не могу. И ты не похож на лгуна. Потому проверка ни к чему.

Я на миг застыл, но тут же поспешил за Солоном.

Солон направился в пустой класс.

— Попробуй произнести заклинание огня.

Я произнёс заклинание из книги.

Но ничего не случилось.

— Хм, с заклинанием никаких проблем. Однако я не чувствую в нём маны. Ты представил огонь?

— Да, как сказано в книге, представил.

— И какой огонь?

— Как в камине.

— Слабый образ. Представь пламя посильнее.

Солон дал подробные указания и детальнее объяснил суть книг.

Хоть результата и не было, он всегда оставался серьёзен.

— Забавно, очень забавно. Возможно получится детальнее проанализировать принципы магии.

— Но я не чувствую, что могу использовать магию.

— Это и забавно. Я использую магию бессознательно, но если разберусь, как она работает, это сделает магию эффективнее. Значит если ты поймёшь, как работает магия, возможно я смогу улучшить основу магии.

Я не понял, о чём говорил Солон, но учил он меня с энтузиазмом.

Солон бывал в академии лишь раз в неделю, тогда он и учил меня магии, но мы многое обсуждали и стали друзьями.

Я считал его циником, с которым сложно иметь дело, но на самом деле он очень заботливый человек.

— Меня все называли гением, но моё восприятие исказилось из-за сложных отношений между аристократами. Потому я не верю окружающим и всегда один, — насмешливо сказал он. — То же относится и к Марии. Её с детства считают воплощением святой, но ожидания других исказили её. Внешне всё хорошо, но внутри она меланхолична. Но никто другой так же хорошо не ощущает присутствие бога. Она не такая, как старики-епископы. Если Мария не сможет тебя обучить, никто не сможет. Ведь в глубине души она святая.

Похоже чувства Солона к Марии были достаточно сложными.

— Так какие задания даёт тебе Мария?

— Она била меня кнутом. Сказала: «Если будешь как следует молиться, то не почувствуешь боли».

— ... В-вот как. Но исцеление — это первый шаг на пути к божественному чуду. Пока бьют, ты можешь попробовать исцелиться, и так ощутишь присутствие бога.

— Пока била, вспоминала епископа, который щупал её за зад, и приговаривала: «Этот плешивый! Чёртов старикашка!»

— ...

— К тому же пока била, на её лице появилась улыбка, было довольно страшно, это точно нормально?

Мне надо выучить магию исцеления, но в преподавании Марии я что-то сомневаюсь.

— ... Результат-то есть?

— Через какое-то время боль и правда прошла. Мария назвала это божественным чудом, но я просто перестал чувствовать из-за сильной боли.

— Но на теле вроде следов не осталось... — Солон бегло осмотрел меня.

— Мария залечила все следы. Сказала: «Суть тренировок стоит оставить в тайне, потому необходимо уничтожить все доказательства».

Мария показала свои великолепные навыки в самой неприятной форме.

— Давай начнём обучение магии! Не трать зря времени такого гения, как я!

Солон отвёл от меня взгляд и приступил к обучению.

Так и проходила моя жизнь в академии. Всё свободное время было посвящено тренировкам. Учителя и ученики странно посматривали на меня, они с презрением говорили, что я зря трачу силы, не получая результата, но я не мог отказаться от своего пути героя.

И вот на третьем году я смог использовать магию. На кончике пальца у меня появилось слабое пламя.

— Получилось! — Солон радовался как за себя. — Потрясающе! Без таланта ведь не получится использовать магию! А твои усилия всё изменили! Это то, чем можно гордиться! Это прорыв, который переворачивает традиционную теорию магии!

Он так радовался, что сам я совсем забыл радоваться.

И вот меня переполнили чувства, и по щекам потекли слёзы.

— Спасибо, всё благодаря тебе, Солон.

Наконец я смог использовать магию, о чём всё время мечтал.

Чтобы больше ни о чём не жалеть.

Фрагмент 2

Я научился читать, когда мне был год. И читал я не детские книжки с картинками, а сложные книги из библиотеки отца.

Конечно же я не понимал содержание. Отец всегда читал эти книги, и я просто пытался подражать ему. Коллекция отца была ценной, но ему нравилось читать своему ребёнку.

Мне же нравилось не только читать, а скорее читать вместе с отцом. В итоге я начал понимать содержание книг.

Так я и жил, и к трём годам уже читал книги по магии.

Считая это опасным, отец запретил мне использовать магию. Но к пяти он дал разрешение, я использовал огненную магию и обуглил чучело медведя. Мама тогда очень разозлилась. Мама всегда была очень терпимым человеком, но при этом самым здравомыслящим в нашей семье.

То, что я с детства мог использовать магию, наделало шума, потому меня вынуждали показывать мои способности. Это напоминало спектакль, но я был горд.

Кто-то говорил, что я невероятный, раз могу использовать магию в юном возрасте, а кто-то считал это опасным, и ко мне стали относиться иначе, нежели к другим моим сверстникам.

Те, кто считали меня невероятным, ждали от меня в будущем свершений, потому пытались свести меня со своими детьми. Те, кто считали меня опасным, держали своих детей от меня подальше.

Я замечал такие странности, и это негативно сказывалось на моих отношениях с другими детьми. Я начал дистанцироваться от других и проводил дни за чтением книг.

Мне нравилось читать и нравилось изучать новую магию. Но стоило спросить у меня, ожидаю ли я что-то от других, и тут я был недальновиден.

Единственный человек, с которым я мог общаться, была Мария, она ничего не ожидала от других, потому она и могла строить отношения с другими. Вот такая ирония.

В мои пятнадцать я не мог нормально общаться с окружающими. Потому я продолжил изучать магию, и мои навыки стали достаточно высокими.

Отец радовался, что я превзошёл его, я мог перечислить по пальцам одной руки тех, кто бы мог научить меня чему-то в магии.

Потому мне было ни к чему идти в академию. Я решил, что мне стоит самостоятельно изучать магию.

Но мои надежды не оправдались. Директор академии Фарм был из высших аристократов, он надавил на моего отца и заставил устроить меня в академию.

Он хотел улучшить авторитет академии, показав, что у них учился Солон Баркли. Отец пытался возражать, но я согласился. Не хотел, чтобы на него давили.

Там моя жизнь сложилась как я и предполагал. На занятиях не было никого интересного, все учебники я изучил за месяц. Другие ученики смотрели на меня через радужную призму.

То есть заняться мне было нечем, но раз поступил, оставалось ходить. В итоге мы договорились, что я буду показываться лишь раз в неделю.

Пусть я отдалялся от других, но мог в целом узнать, что происходит в академии.

Там был один человек, который меня заинтересовал. Арес Шмидт. Простолюдин, намеревавшийся стать героем. Цель академии — готовить героев, но это лишь фасад, на самом деле почти никто серьёзно об этом не думал. Единственным исключением был сын семьи графа, названный святым мечником, Леон Мюллер, точнее таковым его признавали окружающие. Что думает сам Леон, никто не знал.

А ещё был Арес, который в открытую заявлял, что станет героем, Леона он считал своим соперником и старательно тренировался. Скорее всего он получал наставления от Марии в вопросах магии исцеления. Но я сомневаюсь, что она серьёзно подошла к делу.

«Вот дурак».

Простолюдину глупо лезть в академию Фарм, где одни лишь аристократы, трудно поддерживать давно забытые идеалы.

Если он не понимал этого, но всё равно поступил, он и правда идиот.

Где-то посреди первого года этот дурак появился передо мной.

— Солон Баркли, научи меня магии.

Я сразу же отказался. Это невозможно. Талант мага врождённый. У него нет качеств для этого. Нет смысла иметь с ним дело.

К тому же он сказал, что у меня нет друзей. И во мне воспылало желание убить его. Я уже был готов применить магию в школе.

Что он вообще обо мне знает?

Влез в личное пространство, даже не думал про дистанцию.

Прошла неделя, я опять пришёл в академию, и Арес вновь заговорил со мной. О том же. Просил научить магии. Я выкрикнул все оскорбления, какие только мог придумать, и прогнал его.

Но он просил о том же всякий раз, как я приходил. Вот же настырный. Это первый раз, когда кто-то столько носился за мной.

Большинству моё отношение быстро надоело и они уходили.

Через месяц я взял пять книг, которые выдала мне академия. Я помню их содержание, потому они мне не нужны.

Когда пришёл в академию, Арес как обычно подошёл ко мне. Сколько бы ни прогонял, он возвращается с лицом преданного пса.

Я проиграл. С ним я ничего не могу сделать. Он правда хочет стать героем и выучиться магии. Не мне говорить это, но он довольно неуклюжий тип.

Я дал ему пять книг. Сказал, что если он выучит их, я научу его магии.

Их маги должны выучить за год. Выучить их за неделю магу-новичку довольно сложно. Практически невозможно.

Но я почему-то подумал, что возможно Арес справится. А если нет, то зарождавшиеся во мне ожидания были ошибочны.

Отдав книги, я задумался, как учить человека без таланта. Вероятно, это напрасная трата сил. Но ещё это было увлекательно. Если так подумать, возможно это был первый случай, когда я делал что-то для кого-то, помимо члена семьи.

Прошла неделя, я снова пришёл, и он прибежал ко мне.

— Я выучил!

По лицу было ясно, что он не врал.

«Вот как. У него получилось».

К собственному удивлению, я не был удивлён этим фактом. Вообще это достаточно сложно, но похоже я возлагал большие надежды, чем сам мог подумать. За этими ожиданиями ничего не стояло. Это скорее было просто желание.

Но я почему-то был рад, что Арес исполнил моё желание.

Я сразу же велел Аресу использовать магию в присмотренном мной пустом классе. Конечно же ничего не получилось. Умение прочитать заклинание ещё не гарантирует, что у любого получится использовать магию. Тут важно понять, что отличает одного человека от другого.

Правильно ли произнесено заклинание, правильно ли представлено, как мана реагирует на действия заклинателя, было много всего, что надо было проверить.

До сих пор всё было ограничено одним словом «талант». Люди делились на тех, кто может и кто не может.

Я считал так же. Но если получится разобраться в основе, магия может шагнуть вперёд.

В академии я помогал Аресу с его обучением, а дома проводил время за исследованием основ магии.

И однажды отец сказал:

— Похоже тебе нравится ходить в академию.

Я думал возразить, но слова не выходили.

— Ну, там не так уж и плохо, — в итоге сказал я.

— Вот как. Есть то, что можно выучить лишь в академии. Рад, что ты смог заполучить хороший опыт.

Отец выглядел радостным. Похоже он испытывал вину за то, что отправил меня в академию, а ещё его беспокоили мои отношения с другими людьми.

Арес учился магии полтора года, и вот так без результатов добрался до третьего года.

Но мой анализ магии продвинулся, я мог использовать магию более эффективно. Как я понял, магией может пользоваться любой, просто у всех разная склонность к мане, и не наделённые талантом должны развиваться. Но было не ясно, сколько времени требовалось на обучение. Это был первый эксперимент. Возможно на это даже целой жизни не хватит.

Об этом я и сказал Аресу.

— Если есть хоть небольшая возможность, я попробую ей воспользоваться, — с улыбкой ответил он.

Нравится же ему бессмысленными вещами заниматься. А вот я такое ненавижу. Ненавидел.

Легко смеяться над бессмысленными потугами, но куда правильнее двигаться вперёд, даже понимая, что возможно все твои старания тщетны.

И вот однажды на кончике пальца Ареса появился слабый свет. Пламя, дунь, и оно потухнет.

Но мне впервые в жизни магия огня показалась настолько прекрасной.

Я считал это маяком надежды для людей.