6

— Чтобы выжить, постараюсь уложиться в три минуты. Так что слушай, — Бонда-кун заговорил. — Первое: ты сблизилась со мной по чьему-то приказу. Это очевидно. Когда мы встретились, ты меня поджидала. Твой дом не в том направлении, и там, откуда ты выбежала, тупик. Со станции не пройти. Было очевидно, что ты что-то задумала. Второе: твоя цель — сбор информации. Всякий раз ты засыпаешь меня вопросами. В разговоре ощущается твоё бюрократическое отношение. Третье: твои навыки шпиона незрелые. Ты постоянно заглядываешь в список вопросов. Хотя никакого списка вопросов при тебе быть не должно. Почему шпион делает то, что запрещено в принципе? Четвёртое: у тебя исключительные боевые навыки. Я всего пару человек с такими навыками ближнего боя как у тебя встречал. Пятое: ты убийца. Не солдат. Просто убийца. Это я понял из нашего боя. Я видел твои тренированные движения, такие обычно не показывают. Твоё руководство скрывало тебя от мира. Шестое: потому ты такая несбалансированная. Твои навыки шпиона незрелые, зато выдающиеся навыки бойца. Ты слишком много занималась боевыми искусствами, ясно, что ничем другим ты не занималась. Потому твоя роль ограничена. Седьмое: ты не знаешь, кто я. Твоё замешательство настоящее. Это точно. Ты считала меня простым школьником. Сверху тебе ничего не рассказали. Восьмое: ты одна. То есть информационно ты отрезана от организации. Почти никто ничего не знает. И тебе, убийце, велели заняться сбором информации. И тебя даже не посвятили в суть задания. Девятое: именно поэтому у тебя нет поддержки. Это я понял сейчас. Потому ты и выглядишь обеспокоенной. Ты сама не можешь принять решение, но и у организации инструкции не запросила. У тебя нет простого способа связи, возможно ты даже не знаешь, как выйти на связь. Десятое: из этого я могу сделать вывод. Ты скрытый агент. Спящая. Спящий убийца. Тебя держали вдали от организации и отправили сюда лишь для единственного задания.

Единственного. Так же говорил учитель. Слова, связавшие Акихо с того дня.

И вот он сказал. То, что пронзило её сердце.

— Да. Ты расходный материал. Убив кого-то, ты станешь не нужна. Потому ты и не смогла убить меня.

Руки девушки, державшей Бонду, дрожали.

Сломлена. Бонда был уверен в этом.

Единственная миссия. Это её основа.

— Одиннадцатое, — продолжал он. — Организация тебе что-то говорила? Когда миссия будет завершена, ты станешь свободна? Тебе позволял сбежать? Хотя не буду о том, верить ли в подобное.

Акихо всё ещё была в замешательстве. Не дай ей прийти в себя. Продолжай.

— Ты облажалась. Твоя личность стала известна мне. Организация точно узнает об этом. Двенадцатое: у спящего есть наблюдатель. Ты не можешь быть полностью отрезанной. Было бы слишком опасно оставлять тебя. Он лично не встречался с тобой, но следил, чтобы ты никуда не делась. Через письма или звонки, ты сама должна знать. Когда ты выберешься из этой рутины, наблюдатель тут же узнает. Тринадцатое: ты можешь убить нас здесь и сейчас. Но на этом всё будет кончено. Сразу станет известно, что меня больше нет. Они поймут по камерам, что я не выхожу. К тому же тут ученики. Спрятать труп и вынести куда-нибудь будет сложно. Четырнадцатое: в таком случае подозревать станут тебя. Ты ближе всех ко мне. Дома у тебя проведут обыск. Сможешь продолжать поддерживать легенду? Пятнадцатое: поможет ли тебе организация в таком случае? Придут ли они на помощь к той, кто облажалась? Куда проще оборвать след. Раз твоя личность раскрыта, ты теряешь ценность. Разве кто-то придёт после такого на выручку? Шестнадцатое: ты думаешь, что сможешь сбежать одна? Это невозможно. Ты даже не знаешь, кто и откуда за тобой наблюдает. Когда подумаешь, что сбежала и тебя не найдут, организация тебя убьёт.

Бонда целился в самое сердце.

— Семнадцатое: у тебя лишь один путь к спасению. Вернуться к обычной жизни. Обмани учеников. Обмани организацию. Не сходи с курса ни на миллиметр, веди обычную жизнь. Пока ты ещё можешь успеть. Чем раньше ты вернёшься, тем лучше. Предел — пятнадцать минут. Дальше будет подозрительно. Восемнадцатое: итог. Не убивай меня. И тогда я спасу тебя. На объяснение у меня ушло две минуты, тридцать секунд. И из пятнадцати минут у тебя всего тридцать секунд на принятие решение. Через двадцать ты снова должна начать играть роль.

Он закрыл глаза.

— Пять секунд. Я жду ответ. Выбирай. Выживешь с нами? Или умрёшь с нами? Пять, четыре, три, две, одна.

Он открыл глаза.

Акихо опустила автомат.

Её тёмные глаза смотрели на него. Сейчас они утратили былую яркость, ничего не выражавшие глаза были направлены на него.

Бонда вернулся.

На остриё этого мира.

— Закончили, победил класс А.

Пара Куроки покинула корт и вернулась к поддерживавшим их одноклассникам.

— Отличная работа! Капитан!

— Спасибо.

Куроки дала пять членам команды.

Татибана Куроки отыграла в парный теннис, сама же продолжала размышлять.

Она вышла из помещения, вздохнула в организационной палатке и проверила телефон. Но сообщений от Каоруко всё ещё не было.

Куда же пропал последний?

С перестрелки прошло несколько дней. Всё было перекрыто. Они пробрались даже в полицию и контролировали порт. То же относилось и к общественному транспорту.

Но было не похоже, что кто-то пытался выбраться из города. И из соседнего города никаких сведений не поступало.

Сбежал? Возможно они и правда его упустили.

— Татибана-сан, посмотри сюда, — Косимидзу направила на неё камеру. Куроки идеально улыбнулась в неё. Учитель с улыбкой подошла. Похоже камера была её личной. Наверное она запомнила похвалу с предыдущего мероприятия.

Образ идеальной ученицы помог исполнить желание Косимидзу.

— Сенсей, вы и сегодня занимаетесь фотографированием?

— Верно. Проснулась во мне любовь к этому делу, да и руководство попросило.

Враньё. Скорее всего она сама вызвалась.

— Ого, покажете?

— Да.

Косимидзу вошла в палатку и достала карту из камеры, после чего вставила в компьютер.

— Всё же заметен опыт.

— П-правда?

— Я тоже фотографирую, но получается не очень.

— А, Татибана-сан, ты тоже фотографируешь? Можешь показать? — женщина улыбнулась. Она скорее не посмотреть хотела, а дать советы. Этого девушке было не надо, потому она искала способ отказаться...

И тут взгляд зацепился за один снимок.

Это было граффити. На стене кто-то нарисовал граффити.

— А, это не то. Вчера кто-то стену разрисовал. Я подумала, что нужно доказательство.

— Это должно быть граффити.

— А? Больше на каляки похоже.

Куроки увеличила изображение и присмотрелась. Линии, нарисованные чёрной краской. С виду простое хулиганство. Но на деле нет. Стиль был тот же. Она тут же нашла общие элементы.

Но почему это здесь?

— А, уже пора остальных поддерживать. Спасибо большое.

— Пожалуйста.

Довольная Косимидзу удалилась. А Куроки осмотрелась вокруг, а потом исчезла.