День выборов
«Сегодня по всей Корее наблюдаются мощные дожди. Особенно сильные осадки зафиксированы в горном районе Йондон…»
Шёл дождь. Я мельком взглянул на пасмурное небо, затянутое тучами, и падающие на землю капли. По прогнозу синоптиков дождь должен прекратиться во второй половине дня. Значит ли это, что сегодняшняя съёмка на свежем воздухе продолжится без препятствий? Меня пока не известили, поэтому я решил отправиться в офис и заранее подготовиться. Но только я вышел из дома, как мне пришло сообщение от Сумасшедшего, который уже ушёл на работу.
<Ты сделал это?>
…Что?
Какого чёрта этот придурок задаёт мне какие-то идиотские вопросы без контекста? Я бы предпочёл проигнорировать его, однако опыт нескольких месяцев жизни с ним остановил меня. Нельзя показывать, что я хоть немного раздражён. А иначе он снова набросится на меня, придумав какой-нибудь нелепый предлог…
Блять. Выносливый ублюдок. Я был так зол на него за то, что он мучил меня всю прошлую ночь, что, направляясь в компанию, забыл уточнить смысл отправленного сообщения. Открыв дверь в конференц-зал, куда меня срочно вызвал менеджер, я моментально пожалел о своём приходе.
— Тэмин-хён здесь!!!
Бах.
Как только раздался крик Хансу, я резко захлопнул дверь. И тут же задумался о том, что увидел секунду назад. Несколько школьных парт стояли у левой и правой стены, напротив них висело по паре напольных вешалок, накрытых длинной тканью, а посреди комнаты стояла пустая картонная коробка.
Какого чёрта там происходит? В этот момент послышался щелчок ручки, и дверь снова распахнулась. Менеджер с ошарашенным видом оглядел коридор.
— И откуда здесь взялся сквозняк? Дверь так внезапно закрылась! Ты, наверное, тоже удивился, Тэмин-а.
Удивился. Тому, что он даже не подумал на меня. В итоге мне ничего не осталось, кроме как последовать за менеджером, который схватил меня за руку и затащил внутрь.
— Ну, что скажешь? Этого достаточно для репетиции?
Сверкая глазами, господин Чой и Хансу ожидали моего ответа. Я ещё раз внимательно осмотрелся вокруг и наконец спросил:
— Какой репетиции?
— Ах!
Словно по команде, они оба с ужасом уставились на меня. Разве сегодня будет ещё какая-то съёмка? Пока я пытался вспомнить, менеджер положил руку на моё плечо.
— Тэмин-а, не слишком ли ты безразличен к тому, что происходит вокруг?
В тот же момент на другое плечо упала рука Хансу.
— Хён, я в вас разочарован. Что значит «какой репетиции»? Разве по реквизиту не видно?
— Нет, — честно ответил я, однако за правду пришлось заплатить.
— Менеджер-ним, я же говорил! Говорил, что Тэмин-хён глупее, чем кажется, и он ничего не поймёт…
— Не до такой же степени! Я, конечно, знал, что Тэмин не самый сообразительный парень, но он оказался поразительным идиотом.
С двух сторон в ушах звучало: «Идиот».
— То, что он идиот, – это ещё полбеды. Но что делать с его невыносимым характе... Ой! — Хансу наконец-то осознал, что «идиот» злится.
Затем менеджер, заметив гневный взгляд «поразительного идиота», оценил ситуацию и отступил назад.
— Ха… Ха-ха... Нет, Тэмин-а. Мы же просто шутим! Разве слово «поразительный» тебе подходит? Ты даже на среднестатистического идиота не тянешь.
— Да-да. Тэмин-хёна разве что можно назвать невеждой…
— Заткнитесь оба!
Только после моего крика они всхлипнули и отошли от меня.Я ещё даже не успел дойти до съёмочной площадки, а уже был вымотан. Когда я потребовал от них объяснения, что, чёрт возьми, здесь происходит, они недоверчиво переглянулись. И только когда поняли, что я был предельно серьёзен, осторожно заговорили:
— Кхм, мы хотели заранее отрепетировать, как будем это делать.
— Что?
— Что-что! Тэмин-а, ты даже не знаешь, какой сегодня день! Сегодня же…
— Выборы.
— ...Так ты знаешь.
— Как видите, даже такой идиот, как я, в курсе.
Менеджер неловко откашлялся и сделал ещё один шаг назад. Однако вместо него вперёд вышел Хансу.
— Хён, тогда нам нужно как можно скорее провести репетицию.
Только тогда я понял, что конференц-зал выглядел как импровизированный избирательный участок. И тут мой взгляд остановился на месте, которое с самого начала привлекло моё внимание, – на парте у правой стены, за которой сидел роуд-менеджер.
Да. Наш бывший роуди. Молча сидел здесь со своим привычным унылым лицом. Я посмотрел на него, как бы спрашивая: «А вы тут что забыли?», и тогда наш бывший роуд-менеджер, а ныне глава службы безопасности, печально вздохнул.
— …Пришёл побездельничать в свой выходной и попался им.
Какой смысл приходить в компанию в выходной день, чтобы бездельничать?
Вопрос уже вертелся у меня на языке, но, предвидя, что за ним последует долгий бубнёж, я решил промолчать. В это время Хансу, посчитавший, что я согласен репетировать с ними, схватил меня за руку и потянул к двери.
— Хён, ну давайте попробуем.
Кроме того, господин Чой последовал за нами с камерой в руках. Они что, эту репетицию ещё и задокументировать хотят? Я отстранился от Хансу и повернулся к менеджеру.
— Зачем вы нас снимаете?
— Ну, это тоже часть подготовки. Ведь когда вы пойдёте голосовать по-настоящему, за вами будут следить репортёры.
— С чего бы им это делать?
— Что ж, поскольку нескольких знаменитостей из нашего агентства уже засняли на избирательных участках, ты и Хансу, как самые многообещающие актёры, точно попадете в их объектив! Разве ты не знал? Я же гово…
— …
— …Или не говорил.
Думая о том, что этот человек получает зарплату как мой менеджер, я неосознанно сжал кулаки. Сообразительный господин Чой с побледневшим лицом отступил назад. Спрятавшись за Хансу, он посмотрел на меня и спросил:
— Т-ты собираешься меня ударить?
В этот раз я действительно собирался сделать это, но Хансу остановил меня обеспокоенным голосом:
— Хён! Если хотите ударить менеджера, то сделайте это после репетиции!
Менеджер пошатнулся от такого предательства. Однако Хансу был слишком взволнован из-за репортёров и начал заваливать его вопросами.
— В общем, поскольку для тебя это первый раз, ничего страшного, если ты будешь немного смущаться и вести себя неловко перед камерой. У тебя концепт милашки, так что всё в порядке, — менеджер оживился и засиял глазами.
Воодушевлённый Хансу закивал.
— Милашка – моё второе имя! Если я и перестану быть милашкой, то только после смерти.
— Уха-ха! Это точно. А вот концепт Тэмина…
Я молча сжал кулак в знак отказа.
— Кхм. Ну, отсутствие концепта тоже можно считать концептом. Как бы там ни было, Хансу, проверь своё удостоверение личности и не смотри на камеру, пока не дойдёшь до урны, понял? Ты же знаешь, что все позируют, только когда опускают бюллетень в урну. А теперь давай! Пора практиковаться!
Воодушевленный этими словами, Хансу приступил к репетиции. Менеджер следовал за ним, делая вид, что он репортёр с камерой. Подойдя к парте, за которой сидел роуд-менеджер, Хансу вытащил кошелёк и, как было задумано, начал суетливо искать удостоверение личности. Господин Чой остался доволен его игрой.
— О-о, Хансу! Ты очень естественно паникуешь. Выглядит так, будто ты действительно потерял своё удостоверение!
— …Я правда… его не нахожу… хы-ы…
Это была не игра. Менеджер выхватил кошелёк у Хансу и начал искать удостоверение сам.
— Нет, оно точно где-то здесь. Ха-ха, ну что ты сразу в слёзы? Ты же не пропустишь свои первые выборы из-за того, что потерял удостоверение личности... Да, его тут нет, — он уронил кошелёк.
Я подошёл к ним, и, глядя на всхлипывающего Хансу, спросил:
— Давай подумаем. Неужели больше ничего нет? Что насчёт студенческого билета?
— Ах! У меня есть студенческий билет! Вот он, ха-ха! — он бодро вытащил студенческий билет, но сзади тихо вмешался роуд-менеджер:
— Документы без фотографий не принимаются.
Тук.
Он уронил студенческий билет. Я спросил, есть ли у него паспорт или другое удостоверение личности, но Хансу только всхлипывал и отрицательно качал головой:
— Умгх, ни водительских, хык-хык… прав, ни паспорта. Ыа-а, хён!
Вот уж кто действительно поразительный идиот. Удержавшись от комментариев в адрес плачущего мальчишки, я посоветовал ему хорошенько проверить все карманы.
Уже потерявший надежду господин Чой пробормотал:
— Ха-а. Ну, что поделать? Раз нет никаких подходящих документов, то ничего не получится. Проголосуешь в следующий раз, не расстраивайся.
Он попытался ободрить Хансу, но в этот момент раздался тихий совет:
— Если не хотите, чтобы вас уволили, то должны проголосовать.
Уволили? Мы все оглянулись на роуд-менеджера, недоумевая, о чём он говорит. Мужчина лениво моргнул и поинтересовался:
— А вы не читали контракт? Там есть такой пункт.
Какой? Что если не проголосовать, то тебя уволят?
— В третьем пункте четырнадцатой статьи на шестой странице написано, что в случае совершения действий, наносящих значительный ущерб стране, договор будет расторгнут, а актёр – уволен. В скобках в качестве примера значительного ущерба указано, что это касается тех, кто не проявляет свою гражданскую сознательность и не голосует на выборах.
— …
— …
— …
После минутного молчания менеджер побежал в офис за контрактом. Он нашёл этот пункт в обновлённом контракте, подписанном после увольнения оппозиции президента.
— Ха… ха… Меня серьёзно уволят?..
— Я слышал, что этот пункт добавил директор Юн.
Тук.
Менеджер уронил контракт. Глядя на двух оцепеневших людей, роуди добавил:
— Насколько я знаю, до завтрашнего дня будет необходимо предоставить фотографию с печатью[✱] на тыльной стороне руки, сделанную перед избирательным участком…
Раздался глухой звук.Я обернулся, ожидая, что Хансу упал от шока, однако это оказался господин Чой.
— Угх, менеджер-ним! Как мне быть? — заплакал мальчишка, крепко обнимая упавшего менеджера. Тот тихо пробормотал:
— Нет, как быть мне?..
— М? Менеджер-ним, у вас тоже нет удостоверения личности?
Он покачал головой.
— Из-за проблем с домом я прописался у родителей. Поэтому, чтобы проголосовать, мне нужно поехать туда...
— И где вы теперь прописаны?
— …В Кимхэ[✱], Кёнсан-Намдо.
Таким образом менеджер отправился в родной город после долгого отсутствия.
***
Как и обещали синоптики, во второй половине дня дождь прекратился, и я отправился на съёмочную площадку без менеджера. Сегодня у меня не было настоящих съёмок – только пробная сцена погони. Главные актёры снимались в павильоне, поэтому на улице были только дублёры и каскадёры.
Моя очередь была ещё не скоро, но я решил приехать пораньше, чтобы всё как следует осмотреть, и это стало моей ошибкой.
Ведь в это время появились нежеланные гости.
— Ли Тэмин, к вам посетители.
Один из самых молодых сотрудников с озадаченным видом привёл двух мужчин средних лет. Теми, кто носил солнечные очки даже в такой пасмурный день, были владелец и менеджер «Алисы». Но что они здесь забыли?
Брови сами собой поползли вверх, но вдруг я заметил знакомую коробку с тониками в руках менеджера. Дерьмо. У этого психа и без того слишком много энергии.
— Кхм-кхм, это съёмочная площадка драмы, в которую вложилась компания Джея, — босс скрестил руки за спиной и внимательно огляделся.
Появление мужчин в деловых костюмах и солнцезащитных очках было редким явлением, поэтому я чувствовал, как проходящие мимо сотрудники бросали на нас любопытные взгляды. Решив как можно быстрее отделаться от них и забрать тоники, я шагнул вперёд, однако босс заговорил первым:
— Бэквон… Ой, прости-прости. Ха-ха, никак не отвыкну. Юхан, ты уже проголосовал? Нет? Если нет, Джей будет разочарован. Он очень серьёзно относится к выборам.
— Я знаю.
Из-за этого менеджер и Хансу побежали домой в слезах.
— Понятно. Раз знаешь, то хорошо. Но обязательной проголосуй, Бэкв… Ха-ха, ну что такое? Видимо, это прозвище слишком прижилось. Не так ли, менеджер?
— Да, босс.
Я утратил всякую симпатию к менеджеру.
Между тем босс «Алисы», которому изначально было плевать на моё мнение, продолжал говорить о своём:
— Так или иначе, если ты ещё не проголосовал, обязательно сделай это. Я не смогу ничем тебе помочь, если Джей тебя бросит. Или ты вообще не ходишь на выборы? Почему? Как так? За пять минут можно сменить целую страну. Зачем лишаться своих прав?
«Единственное, чего я хочу лишиться, – это вашего присутствия в моей жизни», – хотел возразить я, но он по-прежнему не давал мне возможности высказаться.
— Ху-ху, ну что ж, хватит приветствий. Давай перейдём к делу.
Что? Так он ещё даже не начал объяснять, зачем пришёл? Поселиться на съёмочной площадке, что ли, собрался?
Инструктор из каскадёрской академии, с которым мы были приятелями, уже с беспокойством смотрел на меня издалека. Мне не нравилось привлекать к себе лишнее внимание, поэтому я постарался остановить босса «Алисы», который снова начал говорить про выборы.
— Знаешь, как говорят: «Самое горячее место в аду предназначено для тех, кто занимает нейтральную позицию в период нравственного кризиса». Ух! Как же верно сказано. Одним словом, нет ничего хуже нейтралитета. Даже если тебе не нравится ни один из кандидатов, всё равно сходи и про…
— Джей выглядит немного уставшим в последнее время.
Конечно, я соврал. Этот ублюдок никогда не устаёт. Но зато я смог сменить тему.
— Ах! Я так и знал! Говорил же поменьше работать и заниматься сексом.
Смена темы была удачной, но что-то пошло не так. Секс? С трудом сдерживая шок, я неуверенно ответил:
— Думаю, он всё же устал из-за работы. Поэтому ему бы не помешало что-то для здоровья…
Не успел я договорить, как он попался на крючок. Босс выхватил коробку из рук менеджера и протянул мне.
— Вот. Я как раз принёс тоники. Отдай их Джею, — затем он быстро добавил. — Я не заказывал их специально для Джея! Просто осталось лишнее, поэтому и принёс.
Ответив: «Понимаю», я принял две коробки тоников. В этот раз больше, чем обычно?
— Вторая, кхм-кхм, для Бэквона, кхм.
Для меня? Я удивлённо посмотрел на него, а он, отвернувшись, продолжил покашливать.
— Кхм-кхм, это тоже из остатков. Кхм.
— Спасибо, — поблагодарил я и поклонился.
— Не хочешь спросить, что это за тоники?
«Разве это не обычные тоники?» — подумал я, подняв взгляд, но босс ответил:
— Они из очень известной клиники традиционной медицины. Все, кто принимает эти тоники, обязательно заводят детей. Это самое лучшее средство для зачатия, хи-хи!
Что? Я застыл на месте с коробками в руках и уставился на него. Он был в солнцезащитных очках, поэтому я не мог видеть глаза босса, но зато заметил, как подёргивались его губы, словно он вот-вот собирался рассмеяться…
— Пф-ф, хи-хи-хи! Видел бы ты своё лицо! Ха-ха, да я же шучу, шучу! Неужели ты думал, что я действительно дам тебе тоники для зачатия? Хотя вдруг ты правда родишь ребёнка? Пха-ха-ха! Тогда назовём его Пятьдесят Вон! Первый ребёнок – Пятьдесят Вон!
Босс «Алисы» поднял шум на съёмочной площадке, выкрикивая: «Пятьдесят вон!»
— Ах, не могу! Сейчас умру от смеха! Двести Вон родит Пятьдесят Вон! На двоих даже триста вон не выйдет! Ха-ха-ха!
В приступе смеха он повалился на землю, а менеджер, словно только и ждал этого момента, подхватил его и исчез. Они пробыли здесь меньше десяти минут, но я устал так, будто проработал десять часов. Инструктор подошёл ко мне и обеспокоенно спросил:
— Тэмин, этот человек болен?
***
Репетиция заняла больше времени, чем я предполагал. Лишь спустя пять часов мы наконец-то смогли всё настроить, и режиссёр, отвечающий за завтрашнюю съёмку, хотел попробовать ещё раз. Естественно, это означало, что мне тоже нужно было повторить всё снова. Но на этом мои несчастья не закончились.
На съёмочную площадку снова пришёл нежданный гость. В тот момент я как раз настраивался с инструктором по трюкам. У нас была сцена драки, и мы отрабатывали позиции. Инструктор стоял сзади, обхватив мою шею руками, и объяснял, что мне делать:
— Во время съёмки я буду сжимать сильнее. Если смухлевать, это сразу будет видно на экране. Как тебе так? Не слишком?
Я обхватил его запястье двумя руками и кивнул.
— Можно ещё немного сильнее.
— Серьёзно? Вот так? Ха-ха, боюсь, тогда ты умрёшь. Если будет тяжело, сразу гов…
Его весёлый голос внезапно оборвался. Движения тоже остановились. Я не сразу понял, в чём дело, и, повернув голову, увидел пристальный взгляд Сумасшедшего.
Инструктор прошептал мне на ухо:
— Кажется, этот человек уже некоторое время смотрит на нас.
Он не просто смотрел – он прожигал нас взглядом. Более того, когда инструктор приблизился к моему уху, его глаза сузились. Невольно по спине пробежал холодок. Я знал, что значит этот взгляд. Взгляд, который появлялся каждый раз, когда этот парень доказывал мне, что он настоящий псих.
Я осторожно высвободился из хватки инструктора, обхватившего меня за шею.
— Можем отложить остальное на завтра?
— На завтра? Почему?
Потому что иначе, боюсь, мы с тобой превратимся в трупы, не успев ничего понять.
— Кажется, у меня немного поднялась температура, — соврал я, но недогадливый инструктор положил руку мне на лоб.
— Да, ты правда горишь.
Я глубоко вдохнул и сделал большой шаг назад, но ещё более зловещий взгляд был уже на моей спине.
— Нет, всё в порядке. Мне просто немного нехорош!..
Внезапно кто-то бесшумно коснулся моей шеи сзади. От неожиданности по спине пробежали мурашки, и я резко обернулся. Сумасшедший стоял позади меня, улыбаясь своей фирменной улыбкой.
— Тебе нехорошо?
…Дерьмо.
Я мысленно выругался, но, стараясь выглядеть непринужденным, попрощался с инструктором:
— Если ты не против… я пойду.
Рука Сумасшедшего поднялась вверх и зарылась в мои волосы. Инструктор явно не понимал, зачем он трогает чужой затылок, но у меня не было времени для объяснений. Я взял Сумасшедшего за руку и резко развернулся. Когда наши взгляды встретились, мурашки усилились.В его глазах я увидел настоящую злобу.
Инстинкт самосохранения подсказал мне идеальную отговорку, чтобы выбраться из этой ситуации. Я вспомнил утреннее сообщение:
«Ты сделал это?»
— Я ещё не голосовал.
Одна секунда, две, три… Сумасшедший схватил меня за запястье и потащил к машине.
***
По пути к избирательному участку я украдкой смотрел на него, размышляя, как бы разрядить атмосферу. Флиртовать с ним мне бы просто не позволил характер, а каких-то других идей на ум не приходило. Поэтому, не придумав ничего лучше, я рассказал о визите босса «Алисы» на съёмочную площадке.
Разумеется, я опустил историю про Пятьдесят Вон, но упомянул, что он снова привёз тоники для Сумасшедшего. А в конце добавил:
— Если подумать, твой дядя похож на Ким Чхомчжи[✱].
Впервые с момента, как он сел за руль, Сумасшедший оглянулся и посмотрел на меня.
— Ким Чхомчжи?
— Ну, знаешь, герой романа, который обижает жену, а потом покупает ей соллонтхан… «Когда цветёт гречка»[✱].
Машина, которая уверенно мчалась по дороге, внезапно резко свернула к обочине и остановилась. Сумасшедший снова посмотрел на меня.
— Повтори, что ты только что сказал.
И тут до меня дошло, что я допустил ошибку. Чёрт, разве это не «Когда цветёт гречка»?
— «Когда увядает гречка?»
— …
Сумасшедший вдруг отвернулся от меня, пряча лицо. Я подумал, что это что-то разозлило, но вскоре он спокойно посмотрел на меня и спросил:
— Как называется роман, в котором мальчик из деревни встречает девочку, переехавшую из города, и они попадают под ливень?
— «Ливень»[5].
Он что, думает, я совсем идиот?
— А кто автор?
— …
— Кто автор?
— Хван… — начал я, внимательно наблюдая за его реакцией.
Похоже, с фамилией не ошибся. А имя – Хван Сун…
— Хван Суни[✱].
— …
— …
— …Пхах, — из его рта вырвался короткий смешок, и, прислонившись к рулю, он залился смехом. — Ха-ха-хах! Хван Суни… Бля, это старший брат Хван Джини[✱]? Пха-ха-ха!
Благодаря моей неграмотности его настроение немного улучшилось, но зато моё стало гораздо хуже.
Проклятье. Тогда как его зовут, если не Хван Суни?
Постоянно напоминая, что нужно успеть до шести, он довёз меня до избирательного участка. Всю дорогу Сумасшедший смеялся надо мной, и в какой-то момент мне захотелось просто придушить этого придурка.
— Давай, иди, — сказал он, глядя на часы.
17:57.
Я вдруг задумался. Кажется, он очень серьёзно относится к голосованию. Если я не пойду, он действительно со мной расстанется?
— Не хочу, — ответил я и сразу пожалел об этом.
Гнев, который я с трудом потушил, вспыхнул вновь. Он мрачно посмотрел на меня и произнёс:
— Я ненавижу людей, которые не голосуют.
— …
— Иди и проголосуй.
— Если не пойду, ты со мной расстанешься?
— Нет, — его губы медленно растянулись в улыбке. — Я хочу продолжать как следует досаждать тебе, поэтому мы не можем расстаться.
Как следует… В этот момент раздался звук сообщения на телефоне. Достав его, я увидел фотографии с подтверждением голосования, отправленные менеджером и Хансу.
Менеджер, который выглядел так, будто постарел на десять лет за эти полдня, плакал перед избирательным участком в Кимхэ. Хансу, тоже плача, держал в руках сертификат о прохождении курса по текстовым процессорам, вместо паспорта. Невольно улыбнувшись, я посмотрел на часы – 18:02.
Затем обернулся и заметил, что Сумасшедший смотрит на меня, прищурившись. Должно быть, он понял.
— Ты уже проголосовал, да?
— Ага. Перед тем, как пойти на работу.
К счастью, его взгляд стал нормальным. Но слова, которые вырвались из его рта, когда он снова завёл мотор, вывели меня из себя.
— Кстати, почему ты флиртовал с ублюдком, который приставал к тебе?
Кто флиртовал…
— Прости. Это моя вина, что тебе стало так одиноко. Но сегодня я позабочусь о том, чтобы полностью тебя удовлетворить.
Одного слова «полностью» было достаточно, чтобы вогнать меня в панику.
- ↑ В Южной Корее на выборах избирателям часто ставят временную печать на тыльную сторону руки – как отметку о получении бюллетеня. Это делается для предотвращения повторного голосования.
- ↑ Сеул и Кимхэ находятся практически на разных концах страны. Поездка на машине занимает около 4-5 часов.
- ↑ Ким Чхомчжи – главный герой рассказа «Удачный день», а не «Когда цветёт гречка». Основная тема рассказа – парадокс человеческой жизни, один день из жизни простого бедного рикши, который начался с невероятной удачи, а закончился страшной трагедией. В книге тяжело больная жена Чхомчжи несколько дней выпрашивает у него тарелку соллонтхана – относительно дорогого для описываемого в рассказе периода времени – за что в порыве гнева он бьёт её по лицу. Получив в тот день намного больше обычного, Ким Чхомчжи всё-таки покупает ей соллонтхан, но по возвращении домой находит её уже мёртвой.
- ↑ Когда цветёт гречиха – это короткий рассказ о странствующем торговце Хо Сэнвоне, который неожиданно встречает своего сына, о существовании которого даже не догадывался.
- ↑ Ливень – произведение про короткую, но трогательную первую любовь между мальчиком и девочкой. И, к огромному сожалению для Юхана, автора зовут не Хван Суни, а Хван Сунвон :(
- ↑ Хван Джини – известная корейская поэтесса и куртизанка эпохи Чосон.