Глава 128. Троих разом

_{Перевод, адаптация и редакция - команд Книготерапия и Книготерапия II [ranobe.space], приятного чтения. Глава 128. Трое разом.}

---

— Господин Дэвид, а можно мне посмотреть со стороны, как вы работаете? — тихо спросил старший сержант, когда Дэвид входил в операторскую.

— Отчего же нет! — Дэвид кивнул: смотри кто рядом — ему всё равно.

— Брат Дэвид, я постою снаружи! — тихо сказал Джилард, глядя на его броню.

Дэвид и здесь не снял экзоброню, и Джилард понял, что догадка его верна: ранен Дэвид тяжело.

Надо было немедленно вызвать врачей, чтобы, как только Дэвид закончит, ему оказали лучшее лечение.

Дэвид вошёл, сел в кресло у пульта и взялся за прибор управления.

Броня работе не мешала: наоборот, экзоброня давала прибавку к скорости.

Снайпер-бронесолдат и стреляет-то в экзоброне, а Дэвид в ней стрелял даже увереннее.

Он быстро просмотрел систему и увидел, что тридцать пятая операторская ведёт три пушки — тридцать пятую, тридцать шестую и тридцать седьмую; только неясно было, всегда ли ими распоряжался стоявший рядом старший сержант или это право дали Дэвиду особо.

Ещё по дороге он посмотрел, где идёт бой войсковых с наёмниками, и быстро ввёл в прибор координаты.

Скоро на экране появилась картина боя: десять войсковых бронесолдат против шести наёмников без знаков.

Старший сержант рядом смотрел, как бронесолдаты на экране всё время движутся, и при быстром движении иногда оставляют за собой след, — и с тревогой взглянул на Дэвида.

Он и сам был снайпером и знал, насколько трудна цель, когда она — быстро движущийся бронесолдат.

Бить издали по бронесолдату в бою умеет только снайпер-бронесолдат, прошедший сотни боёв и накопивший опыт.

Тут и скорость отклика, и знание того, как бронесолдаты дерутся, и большая уверенность в себе, — всё вместе и создаёт сильного снайпера-бронесолдата.

Дэвид обнаружил, что в экзоброне отклик у него стал быстрее — броня помогала; пусть меньше чем на пятую часть, но для снайпера-бронесолдата это огромная разница.

Он сфокусировался на дальнем бою: до него было около четырёх тысяч трёхсот метров, а для особой снайперской винтовки такое расстояние никуда не годится.

Обыкновенно для снайпера-бронесолдата с особой винтовкой лучшее расстояние — от пятисот до тысячи метров; у кого владение снайперской стрельбой на опытном уровне, тот прибавит к этому ещё метров пятьсот.

Четыре тысячи триста — пуле из особой винтовки пришлось бы лететь заметное время.

Но Дэвид работал с дальнобойной снайперской пушкой: огромный ствол и большая сила разгона держат скорость пули на всех пяти километрах.

Дэвид переключил все три пушки подряд и свёл их секторы обстрела в одной точке боя.

Он ждал подходящего момента, чтобы ударить наверняка, а заодно всё время смотрел, как наёмники привыкли драться.

Войсковые снайперы-бронесолдаты такому обычно не учатся, а выучившись, не находят, где это применить.

Но снайперское умение Дэвиду досталось от того безумного наёмника-снайпера, и главным врагом его были бронесолдаты, так что он имел богатый опыт наблюдения за тем, как они дерутся и как движутся.

Это знание перешло и к Дэвиду, и сейчас он разбирал и рассчитывал.

Прошло десять секунд, пятнадцать — рука его держала прибор совершенно ровно, без малейшей дрожи.

На поле десять войсковых бронесолдат держались из последних сил: разница в силе дорого им обходилась.

У всех десятерых было по нескольку ран, а одному пришёлся удар по правой ноге: броня приняла большую часть, но на ноге осталась глубокая рана.

Хуже того, правая нога его экзоброни была разбита, и за движением строя он больше не поспевал.

— Третий, убей его! — мрачно приказал старший наёмник.

Убивать войсковых он сперва не собирался, но бронесолдаты Пеллина дрались как безумные: при явной разнице в силе своим бешенством они дали одному из своих уйти с поля.

Это пятно на оценке их задания, и из десяти миллионов кредитов за это удержат часть.

А если тот, кто выставил задание, останется совсем недоволен, дело могут счесть и вовсе проваленным.

Убить раненого войскового — значит заставить остальных бросить строй и кинуться на выручку, а тогда их можно быстро разбить.

Тот, кого назвали третьим, явно замешкался, но приказ выполнил: оттолкнулся ногой и понёсся к раненому, потерявшему подвижность, а пятеро остальных пошли вместе с ним, держа строй.

— Сдохни! — крикнул третий, когда до раненого оставалось пять метров.

Пять метров для экзоброни — один шаг: ещё мгновение, и войскового бы убили.

Девять остальных переменились в лице и с криком повернули на выручку, от чего их строй рассыпался.

На лице старшего наёмника проступила радость: замысел удался. Он взмахнул рукой, чтобы перестроиться и ударить по войсковому строю.

А в четырёх тысячах трёхстах метрах, в тридцать пятой операторской, взгляд Дэвида стал жёстким: случай, которого он ждал, наконец пришёл.

Он не колебался: почти мгновенно переключил систему и дал по выстрелу из всех трёх пушек — в экзоброне между ними не было ни малейшей задержки.

Три патрона первого уровня под огромный грохот со стены ушли к полю боя.

Между стеной и городом стоят звуковые заслоны, и, не увидев самого выстрела, никто не поймёт, что пушка ударила.

На деле три патрона первого уровня летели много быстрее звука: в тот миг, когда тяжёлому топору первого уровня в руках третьего оставалось до головы войскового двадцать сантиметров, мир будто замедлился.

Огромный патрон первого уровня рассёк воздух, оставив звук далеко позади: третий слишком явно обозначил свой замысел, и Дэвид этим воспользовался.

Голова третьего превратилась в кровавое месиво; все бронесолдаты на поле остолбенели: у сильного бронесолдата разом исчезла голова, и экзоброня нисколько не задержала пулю.

Впрочем, и войсковые, и наёмники были опытными бойцами, и растерянность их длилась одно мгновение.

Всякий, встретив в бою непонятное, на миг отвлекается; чем больше у человека боёв за спиной, тем быстрее он приходит в себя.

Только никто не подумал, что знание снайпера-бронесолдата, перешедшее к Дэвиду, по большей части касалось бронесолдат, — и отклик их Дэвид тоже просчитал.

Двое наёмников замерли лишь на миг — и головы у обоих разлетелись одна за другой с интервалом менее двух десятых секунды.

Сила удара дальнобойной снайперской пушки не считается с защитой экзоброни, а уж с головой наёмника и подавно.

— Снайпер-бронесолдат! — надрывно заорал старший наёмник, бросаясь в перекат, и двое оставшихся тут же отозвались, отходя без всякого порядка.

О задании эти трое больше не думали: теперь надо было немедленно выйти из боя — уцелеть было единственным выбором.

Драться на расстоянии со скрытым где-то снайпером-бронесолдатом не станет ни один бронесолдат: это верная смерть.

— Это дальнобойная снайперская пушка Дэвида! — пробормотал лежащий на земле войсковой, которого чуть не убили тяжёлым топором.

В Пеллине дальнобойная снайперская пушка Дэвида была для войск чем-то вроде легенды: один Дэвид в бою добивался большего, чем целая рота бронесолдат, — так и рождаются легенды.

Потому, увидев, как трём наёмникам разом снесло головы, все войсковые подумали только об одном.