Глава 5. Память

Едва ладонь Дэвида легла на полупрозрачное плечо тени, как от руки по телу разлилась странная энергия.

Его будто опустили в тёплую воду. Тело само собой обмякло, и с остатками пережитого испуга он медленно провалился в сон.

Так Дэвид и заснул на полу у входа в гостиную. Благо во всём доме была только Эмма, умный дворецкий, — а ей нет дела до того, что вытворяет хозяин.

Дэвиду снился сон. В нём он с малых лет жил при матери — начальная школа, средняя, старшая. Во сне он был замкнут и, кроме матери, друзей почти не имел.

Отец появлялся редко, а однажды они с матерью разошлись. Вскоре мать, устроив все дела, покончила с собой.

Во сне были и памятные хорошие дни, и горе от потери близкого; он и хохотал, и плакал навзрыд.

Это была целая жизнь от рождения до семнадцати лет — все события, все чувства, одно за другим прошли перед ним в этом сне.

Разбудил Дэвида голод. Он открыл глаза и первым делом почувствовал, что вокруг всё стало иным.

Краски сделались до крайности живыми — будто раньше он смотрел на мир через обычный телевизор, а теперь через экран с разрешением 4K.

Отчего так вышло, он не знал, но понимал: дело в той энергии, что передала ему полупрозрачная тень.

Он глянул на идентификационный браслет — ту самую штуку на запястье, похожую на часы. Девять вечера. Выходит, он проспал на полу целый день.

Перебирая всё, что видел во сне, и сличая с тем, что вспомнил раньше, он ясно понял: память прежнего хозяина тела вернулась к нему целиком.

Прежнего владельца этого тела тоже звали Дэвид. И теперь он не знал, что это — умысел переселения или простое совпадение.

Дэвид Керр, семнадцать лет, ученик выпускного класса, сейчас на зимних каникулах.

Он живёт в этом доме один, но он не сирота: просто родной отец завёл вторую семью, а сам он унаследовал имущество родной матери, Кэти, и живёт сам по себе.

Чувства к родному отцу этого тела, хлынувшие из вернувшейся памяти, Дэвид не взялся бы назвать одним словом. Там было и уважение, и обида, и отторжение — целый клубок.

Родного отца звали Ганс Керр. В этом городе он был героем, да и не только в этом: звание Героя Федерации ставило его особняком.

Герой Федерации — высшее из всех званий, какие дают боевым героям. Отсюда и шло уважение Дэвида к Гансу.

За это звание Ганс заплатил слишком дорого. Он расстался с матерью Дэвида, и та покончила с собой от депрессии. Он лишился левой руки и левой ноги и передвигается теперь на протезах, а тело его, даже пройдя генетическую терапию, так и осталось слабым. И ещё он заплатил тем, что сын его не простил.

Прежний Дэвид не мог смириться со смертью матери, а тут ещё Ганс женился заново и завёл второго сына — оттого они и жили порознь. Хотя по закону Ганс всё равно оставался его опекуном.

Узнал он и про планету, на которой оказался: она называется Гранит и отстоит от Звезды Войны, где идёт война с расой насекомых, на две малые галактики. Планета лежит в зоне влияния насекомых, но из всех прифронтовых миров этим влиянием затронута меньше прочих.

И всё же на Граните небезопасно. Личинки расы насекомых расползлись повсюду, и совладать с ними никто не может. То и дело какая-нибудь вырастает в насекомое первого уровня, а особо скрытная может дорасти и до второго.

С личинками справляется обычное огнестрельное оружие. Но стоит личинке стать насекомым первого уровня — и простому человеку с ней уже не сладить.

Против насекомого первого уровня есть единственный путь: надеть экзоброню и взять оружие, выкованное из металла первого уровня — сплава нескольких металлов с зубами и когтями самих насекомых первого уровня. Только такое оружие пробивает их защиту.

Да и то лишь относительно. При их вёрткости и боевой силе одно насекомое первого уровня, как правило, не одолеть, если против него не выйдет несколько сильных бойцов в экзоброне и с оружием первого уровня.

А чтобы получить право носить экзоброню, нужно прежде всего стать аттестованным бронесолдатом.

За десять тысяч лет войны с расой насекомых Звёздная Федерация противопоставила им передовые машины войны — и заодно научилась усиливать себя за счёт самих насекомых.

Главный ресурс здесь — трупы насекомых. Как уже сказано, их зубы и когти, самая острая часть скелета, идут сырьём для оружия помощнее.

А у большинства мёртвых насекомых в спине есть две тонкие длинные мышцы. Их называют укрепляющим мясом, и на нём стоит вся мощь бойцов Звёздной Федерации.

Понял Дэвид и то, зачем прежний хозяин тела затеял жертвоприношение. Тот хотел поступить в Университет Наан, но не дотягивал — и надумал пойти коротким путём.

Город Наан, где стоит университет, — крупнейший город Гранита, его хозяйственное и культурное сердце, да ещё под охраной сильной армии. Благодаря этому на сто километров вокруг Наана раскинулась область, где человек может жить свободно.

Для тех, кто живёт в Пеллине, как прежний Дэвид, это предел мечтаний. В Пеллине стоит выйти за городскую черту — и ты уже в опасности, да и в самом городе порой объявляются насекомые.

Вероятность встретить их внутри города невелика, но именно из-за этого прежний Дэвид не чувствовал себя в Пеллине в безопасности.

Наан хорош, только перебраться туда непросто: на это нужен соответствующий уровень допуска.

В Звёздной Федерации без определённого уровня допуска нельзя просто так поехать в другой город.

А прежний Дэвид был несовершеннолетним — какой уж там уровень допуска.

Опекун у него — отец, Ганс. Возьми Ганс его с собой, и с его званием Героя Федерации они попали бы в любой город и на любую планету.

Но прежний Дэвид отца сторонился и просить его не хотел. Он думал лишь о том, как поскорее уехать из Пеллина, подальше от Ганса: в Пеллине для него всё было пропитано горькими воспоминаниями.

Единственный способ уйти от Ганса, какой он смог придумать, — поступить в университет. Обычный его не устраивал: он не желал всю жизнь оставаться таким же рядовым служащим, как здешние горожане, которым даже ради поездки надо сперва подать прошение и ждать одобрения. Из всех школ на Граните он метил только в Университет Наан.

Выпускников Университета Наан рвут на части все ведомства. Поступил туда — считай, обеспечил себе твёрдое высокое жалованье и высокий уровень допуска, а жителем Наана станешь непременно.

Наан к своим выпускникам расположен так, что заявление на право остаться в городе одобряют почти без разговоров.

Способности к учёбе у прежнего Дэвида были средние: по всем предметам в школе Гранит, где он учился, он тянул чуть выше середины.

С такими оценками нечего было думать не то что об Университете Наан, а и о второразрядном.

Так что поступить по общеобразовательным предметам ему не светило вовсе, и оставалось надеяться только на боевые задатки.

Университет Наан не только выпускает уйму гражданских специалистов, но и считается лучшей школой бронесолдат на Граните.

Живя в достатке, прежний Дэвид каждый день получал укрепляющее мясо личинок расы насекомых, и тело у него было куда крепче, чем у сверстников из простых семей. Вот только в Университет Наан поступают все выпускники Гранита разом, и среди них хватало тех, кому досталось куда больше.

Собственно, с нынешними шестьюстами килограммами силы он и среди своих одногодков в школе Пеллин занимал место лишь в третьем десятке.