Глава 164. Мои желания для него

«Арнольд-доно только что сказал… подойди?!»

Это было до чертиков нечестно. Рише даже не могла внятно сформулировать, в чем именно подвох, но чувствовала его каждой клеточкой тела. Пока она стояла, смешно открывая и закрывая рот, Арнольд слегка склонил голову набок. На его лице промелькнуло нечто, подозрительно похожее на улыбку.

— М-м?

— …

Сдавшись на милость победителя, она осторожно сделала шаг навстречу. Стоило ей вложить ладонь в его протянутую руку, как Арнольд собственническим жестом притянул ее к себе.

«Я просто обязана спросить его об этом.»

Переплетя свои пальцы с его, Рише заставила себя поднять голову и посмотреть принцу прямо в глаза.

— Скажите… если однажды, в будущем, снова вспыхнет война.

Для того чтобы озвучить это гипотетическое если прямо перед ним, Рише потребовалось все ее мужество. Но она не отвела взгляда от его пронзительных синих глаз. Голос ее звучал тихо, чтобы никто, кроме Арнольда, не смог разобрать ни слова.

— Арнольд-доно, как именно вы намерены распорядиться собственной жизнью?

— …

В ответ на этот вопрос Арнольд лишь усмехнулся.

— Меня не интересуют пустые предположения.

— И все же вы наверняка к этому готовы.

— И король, и император – это те, кто несет абсолютную ответственность за свою страну.

Он произнес это так обыденно, будто обсуждал погоду за завтраком.

— Кронпринцу позволяют жить лишь для того, чтобы он унаследовал этот груз. В моем случае это утверждение верно вдвойне.

— …

Отец Арнольда когда-то устроил жестокий отбор среди множества своих новорожденных детей, ориентируясь лишь на цвет волос и глаз. Вероятно, Арнольд даже не был первенцем. Но Рише знала: статус первого наследника достался ему лишь потому, что нынешний император собственноручно избавился от остальных младенцев.

«Пусть на Арнольде-доно нет вины за это…»

Она непроизвольно крепче сжала его пальцы.

«Но он убежден, что само его существование – это уже преступление…»

Рише стало невыносимо грустно и одиноко от этой мысли. Совсем недавно Арнольд утверждал, что у членов монарших семей нет права жить как обычные люди. Однако было заметно, что он вовсе не требует такого самоотречения от своего младшего брата Теодора или маленьких принцесс.

Да и к ней самой, своей будущей жене, он относился иначе.

«Единственные, кому он запрещает быть просто людьми – это его отец и он сам.»

Интересно, осознает ли он сам это противоречие? Пока она размышляла, Арнольд легонько коснулся ее щеки.

— У тебя такой вид, будто ты на что-то дуешься.

— …

Раз уж ее раскусили, скрывать чувства не было смысла, и она позволила всему своему недовольству отразиться на лице.

— Я и дуюсь, и злюсь. Но исключительно на саму себя.

— На себя?

— Да, потому что чувствую себя совершенно бесполезной.

Рише насупилась и виновато опустила плечи.

— Я просто хочу, чтобы Арнольд-доно был счастлив.

— …

На лице принца промелькнуло искреннее изумление.

— Я желаю, чтобы в вашем будущем было одно только счастье. Даже если вы сами скажете, что оно вам ни к чему…

Но одних желаний было мало, нужно было действовать.

— С этого момента я приложу всю свою фантазию и изобретательность.

— Изобретательность?

— О да. Мы будем есть самую вкусную еду в мире, спать на таких мягких перинах, что в них можно утонуть, и любоваться пейзажами, от которых захватывает дух!

Она начала увлеченно перечислять все, что только пришло в голову, тщательно взвешивая каждый пункт.

— Я кожей заставлю вас почувствовать, как это здорово – быть счастливым. Вот увидите.

— …

Она говорила абсолютно серьезно. Арнольд, опешив на мгновение, вдруг негромко рассмеялся.

— Ха.

Это была редкая для него улыбка – искренняя, будто он просто не смог ее сдержать.

— Знаешь, это я от тебя уже получил.

— Что вы имеете в виду?

Он ласково потрепал ее по голове, заставив Рише в замешательстве склонить голову. Затем на его губах появилась та самая ехидная ухмылка, к которой она уже начала привыкать.

— Лучше о себе подумай. Ты уже решила, чего хочешь на свой день рождения?

— Угх.

Ее застали врасплох, попав в самое больное место.

— Ну же, есть хоть что-то, чего ты желаешь?

— Ну… если я скажу, что хочу того же, чего хочет Арнольд-доно…

— Ответ не принимается.

— У-у-у-у.

До ее дня рождения оставалось всего восемь дней. Она понимала, что нужно определяться быстрее, иначе слуги просто не успеют все подготовить, но путные мысли никак не шли в голову.

— У тебя напрочь отсутствуют здоровые желания.

— Вот уж от кого я не ожидала такого упрека, так это от вас!

— Вот как?

…!!

Он наклонился к ней с дразнящим видом, заставив сердце Рише пропустить удар. Наверняка Арнольд не вкладывал в это никакого подтекста, но в последнее время она стала слишком остро на него реагировать.

«Вопрос с поцелуем на церемонии бракосочетания тоже до сих пор не решен! Сроков почти не осталось, нужно торопиться. И еще…»

Стараясь не выдать себя, Рише окинула взглядом бальный зал. Безопасность здесь обеспечивали рыцари, и ей жизненно необходимо было разузнать побольше об одном из них – человеке по фамилии Гутхайль.

«Будем действовать постепенно. Завтра же воспользуюсь планом, о котором просила Теодора-доно.»

---

На следующий день на тренировочной площадке императорского замка было оживленно. Новобранцы суетились, наводя порядок после занятий.

— Свен, передай мне ту обмотку.

— Держи. Осторожнее с тем деревянным мечом, там вроде зазубрина была.

— Спасибо! Я как раз собирался его зашлифовать.

Парни уже привыкли к суровым будням и буднично приводили снаряжение в порядок перед тем, как убрать его на склад. Один из новичков, Свен, тяжело вздохнул, глядя в сторону подошедшего товарища.

— Ну и дела. Фрица нет, людей не хватает, и надо же было такому случиться, что на подмогу прислали именно тебя.

— Меня?

Рише поняла, что обращаются к ней, и подняла голову.

— Мы не виделись с тех самых спецтренировок, а ты все такой же работяга. Ну, привет, Луциус.

— Привет.

Переодетая в мужское платье и назвавшаяся Луциусом, Рише одарила Свена – своего старого знакомого по утренним тренировкам – самой дружелюбной улыбкой.