Том 6. Акт 6

Акт шестой

Любви злодейки недостаточно

В старом замке короля демонов, затерянном в глубине леса, не прекращались вспышки и взрывы.

— Боже правый. Он и так потерял столько сил из-за Святого меча, и всё равно… Его магия — просто абсурд, — изумлённо пробормотал Баал. Его барьеры гасили один заряд магии за другим, которые изрыгал король демонов.

— Эй, стражники короля демонов. Защищайте нас.

— Но…

— Если вы его слуги, не тешьте себя иллюзиями о том, что должны делать.

Баал бросил взгляд на Ирэн, и Уолт с Кайлом проследили за ним. Она сейчас сидела верхом на Максе, лихорадочно соображая, хотя от потери крови мысли, кажется, путались.

Святая сила не годилась для боя. Всё, на что она была способна — нейтрализовать магию; никакой наступательной мощи. Её создали, чтобы защищать людей от демонов, а не для сражений.

А святой король был её живым воплощением.

Короче говоря, даже несмотря на то, что Баал появился из магического круга, созданного выстрелом Исаака, а Клод превратился в дракона, Баал не мог его победить — всё, что ему оставалось, это затолкать его обратно в демоническое царство и запечатать проход.

Пока Сахра залечивала рану от божественного меча на правом плече Ирэн, та обдумывала, что это значит. Иными словами, когда Исаак сотрудничал с Королевством Хаусель и сокращал их арсенал божественных мечей, конечной целью его плана было…

Не успела она сформулировать это вслух, как Баал взмыл в воздух, прихватив с собой Уолта и Кайла.

— Подождите, господин Баал!

— Ой… вам нельзя двигаться! Эту рану нанёс божественный меч, её почти невозможно закрыть…!

— Ничего… я… Я должна спасти… господина Клода, — пробормотала Ирэн.

Она отстранила пытавшуюся её исцелить Сахру и попыталась слезть со спины Макса. И тут она увидела фигуру, занёсшую руку для удара по Баалу.

Это была та женщина.

Королевская кандидатка из Королевства Хаусель, назвавшаяся Грейс Дарк.

— Ты здесь не нужен, Святой Король.

— Лучники, огонь! — крикнул Лестер, и град стрел обрушился на Грейс.

Женщина повернулась к ним — лицо её всё ещё скрывала вуаль, — и стрелы в тот же миг обратились в пепел.

Это мог сделать только один человек.

— Господин Клод?

Король демонов, чьи изодранные крылья уже затянула магия, стоял между ними, заслоняя окровавленную невесту.

Почему господин Клод защищает её?

Немой вопрос Ирэн разрешился громким смехом той самой женщины, которую он защитил.

— Кстати, тот клинок, что я поглотила минуту назад — ведь это был Святой меч жены короля демонов, верно? Может, поэтому он вспомнил, кому принадлежит это лицо? Прямо перед исполнением клятвы, клянусь — какая досада.

Вопреки резким словам, её красные губы растянулись в самодовольной усмешке.

— И всё же… мысль интересная. Пожалуй, я могу позволить вам наконец встретиться. — Легко ступив прямо перед мордой Клода, женщина продолжила голосом, приторно-сладким до тошноты. — Ведь всё, чего ты хотел, теперь моё.

— Не слушай её, Король Демонов!

Баал воздвиг барьер между Клодом и женщиной. Клод тут же забился, словно не желая с ней разлучаться. Опутывая его сетью из святой силы, Баал закричал:

— Эта женщина потеряла правую руку — и не проронила ни капли крови! Она явно не человек!

— Как нелюбезно. Эй, Люциэль. Ты ведь узнаёшь меня, правда? Я Грейс — твоя жена.

Голос женщины резко изменился.

— Спаси меня, Люциэль. Я умру, если ты не поможешь. Снова погибну от рук людей — Видишь?

Медленно, словно в страшном сне, она сняла с себя голову.

Порыв ветра сорвал вуаль. Освободившись от заколок, чёрные волосы взметнулись на ветру. Глаза были закрыты. Женщина держала отрезанную голову, словно останки казнённой.

Жуткое зрелище парализовало всех.

— Тебе всё равно, если я умру, Люциэль?

Клод — нет, король демонов — взвыл. С чудовищной силой он вырвался из оков Баала, извергая яростные магические языки пламени.

— А-ха-ха-ха-ха-ха! — рассмеялась женщина, водружая голову на место. — Давай же, Король Демонов! Уничтожь их всех! Тогда я создам то правильное будущее, о котором ты мечтал. Будущее со мной!

— Мы не признаем тебя женой короля демонов.

Тень влетела в поле боя — это был Джеймс, у которого выросли крылья.

Женщина презрительно фыркнула. Из её запястья, там, где должна была быть правая рука, вытянулся светящийся клинок.

— Неужели ты думаешь, что какой-то жалкий полукровка справится со Святым мечом?

— Но этот меч не действует на людей!

Сменив Джеймса, Август заслонил его и принял удар женщины на божественный меч.

Женщина расхохоталась.

— О, но мой убивает и людей тоже.

Её клинок оцарапал щеку Августа. При виде алых брызг крови глаза Ирэн расширились. Святой меч ранил человека?

Нет… Даже в игре такого никогда не было…

— Этот — настоящий. Вот что это значит. Ему дозволено вершить суд даже над людьми!

— Август!

Джеймс обогнул женщину сзади и полоснул её когтями. Женщина раздражённо цокнула. Она не успела убрать шлейф своего подвенечного платья, и клочья ткани разлетелись в стороны.

Женщина метнулась к Клоду, и за её спиной снова возникли божественные мечи. Их стало заметно меньше, но женщина левой рукой взяла один и подняла высоко над головой. Клод, словно восприняв это как сигнал, широко раскрыл пасть.

Баал обернулся и крикнул:

— Остальные — укрыться! Мы задержим его!

— …Господин Клод!

Макс послушно отступил, и Ирэн, воспользовавшись моментом, рванула вперёд.

— Господин Клод, это я — Ирэн!

— Ирэн, нет, назад!

— Я твоя жена, господин Клод! Не она!!

Она закричала изо всех сил.

Но Клод посмотрел прямо на неё и выплюнул сгусток магии.

Магическая атака и несколько божественных мечей обрушились на неё, словно карающий молот. Баал выстроил слой за слоем барьеры, перехватывая всё. Ослепительная вспышка и ударная волна всё же сбили Ирэн с ног.

Господин… Клод…

До него не достучаться. Она поняла это с сокрушительной ясностью.

Без Святого меча она просто Ирэн, и король демонов не слышит её криков.

— Ты что творишь? Ты только мешаешь, неужели непонятно? Назад! — Селена потащила её за руку.

Сахра, бросившаяся следом, побледнела.

— У вас снова рана открылась… П-пожалуйста, не двигайтесь, хорошо?

— Эй, вы там! Забирайте раненых и быстро отступайте! — Лестер, который всё это время носился с приказами, склонился над ней. — Если мы тут останемся, только помешаем святому королю, ваше высочество. Дочь Бога, вас особенно нельзя подставлять под удар. Вы — печать для той руки, вам пора уходить. Седрик, мы с тобой сейчас отправляемся закладывать основу с другими странами. Быстрее…

— Вы запечатаете господина Клода в демоническом царстве, да?

После тихого вопроса Ирэн над группой повисла тишина.

Это было полной противоположностью тому, что случилось в Ашмаэле. Если так пойдёт дальше, Королевство Хаусель прославят за убийство короля демонов. А как только это случится, вопрос времени, когда они поглотят Элмайер. При таком раскладе, даже ценой потери Клода, лучший ход для империи — самим запечатать короля демонов.

Если они этого не сделают, учитывая, что она жена короля демонов, казнь Ирэн станет самым первым пунктом в повестке.

— …Это лишь выиграет нам время, но это лучший вариант. — Прежде чем кто-то успел открыть рот, Лестер прямо подтвердил её подозрения. Волосы его растрепались, пола рубашки порвалась, за что-то зацепившись, а кожаные туфли были в грязи.

Он всегда был таким персонажем? Глядя ему прямо в глаза, Ирэн спросила:

— Это была идея Исаака?

— Думаю, ответить на это должен сам Исаак Ломбард. Фенриры вытащили его из-под обломков. Говорят, он тяжело ранен, но дышит.

— Понятно… Полагаю, господин Баал тоже был сообщником.

Уолт и Кайл отчаянно пытались сдержать Клода, а Джеймс с Августом — женщину. Ирэн была почти уверена, что все они предвидели такой расклад.

— Они мне ничего не сказали… действовали без спроса…

— Прошу прощения, ваше высочество, но они…

— Я знаю. Они проявили деликатность. Мало того, их план был безупречен. Это лучший из возможных ходов. Только… что, если мы не найдём способа вернуть господина Клода в нормальное состояние?

Ответа не последовало. Ирэн рассмеялась над собой — она спросила нечто самоочевидное.

Злого короля демонов запечатывают, мир возвращается к покою, и все живут долго и счастливо.

Так должна заканчиваться каждая игра.

— Погоди-ка. То есть вернуть короля демонов в человеческий облик никак нельзя? — Селена нахмурилась.

Ирэн тихо ответила:

— Я слышала, что если бы Святой меч был завершён… Но я понятия не имею, как это сделать или что это значит.

— З-завершённый Святой меч…? А, ты про то, что его можно починить, как божественный меч? В таком случае, может, я могу чем-то помочь? …Н-не рискуя жизнью, конечно.

— Сильно сомневаюсь. — Лилия приблизилась; шаги её были легки, но голос звучал твёрдо. — И со Святым, и с божественными мечами главное — сила любви.

— Сила любви? Слушай, ты, тебе не кажется, что сейчас не время нести чушь?!

— О, но это правда. Даже леди Ирэн это знает. Ведь так?

Поскольку это мир отомэ-игры «Регалии Святой и Дьявольской Девы», сила любви — это то, что творит чудеса. Это аксиома.

— Вот только предназначенная любовь короля демонов — не леди Ирэн. Даже будь у неё завершённый Святой меч, этого недостаточно. Дайте подумать… Если бы я полюбила принца Клода, у нас, возможно, был бы шанс.

— Лилия! Сейчас не время для шуток.

— Я не шучу. Это правда, леди Ирэн? Сколько бы вы ни любили короля демонов, это бесполезно. Так устроена игра. — Ирэн всё ещё стояла на коленях, и Лилия, наклонившись, прошептала ей на ухо: — Ты не сможешь изменить его. В конце концов, ты просто злодейка.

Ирэн вонзила ногти в грязь, оставляя борозды в земле, когда сжимала кулаки. А затем этими грязными руками схватила Лилию за ворот платья.

Если бы эта женщина хоть раз по-настоящему полюбила Клода, возможно, сейчас она смогла бы его изменить. Она — истинная героиня, и в этот миг Ирэн отдала бы всё, чтобы обладать её силой. Вместо этого она выплюнула требование:

— Отдай мне Святой меч.

Лилия фыркнула.

— Что, собралась в самоубийственную атаку? Думаешь, если подставишься под удар, это вернёт ему рассудок? Вы разочаровываете меня, леди Ирэн. Такой геймплей против моего кодекса.

— Ты же игрок! Тогда помоги мне выиграть!!

Большие глаза Лилии удивлённо моргнули. Это движение показалось странно искажённым. Определённо не потому, что Ирэн плакала. У неё не было времени на слёзы.

— Я осознаю свои пределы. Я знаю, что не могу изменить господина Клода! Ну и что? Будто я откажусь от него из-за такой мелочи!

— ……

— Должен быть способ, какой-то путь, чтобы это сработало. После всего, что случилось, чтобы всё это разрушила — какая-то…

— Будто такому нелепому миру позволено существовать! — Ирэн, ещё крепче вцепившись в платье Лилии, закричала ей в лицо: — Я злодейка?! Это не повод проигрывать! Выиграю я или проиграю — это случится потому, что это я!!

За её спиной прогремел взрыв, и Клод взвыл. Ирэн обернулась и увидела, как он оседает, придавленный барьером святого короля.

— Господин Клод…! Подождите, господин Баал!

В небе над ними Баал начертал огромный магический круг. На одно мгновение он взглянул на Ирэн, но тут же перевёл взгляд обратно на Клода. На его лице мелькнула тень улыбки.

— Не бойся. Мы не позволим тебе стать чудовищем, которое пожрёт твою жену.

— Не вмешивайся!

Вырвавшись от Джеймса и Августа, женщина метнула в Баала божественный меч. Тот отшвырнул Уолта и Кайла, и его остриё вонзилось Баалу в бок. Но Баал даже не дрогнул.

Обращая даже хлещущую кровь в святую силу, он развёл руки в стороны.

— Мы остановим тебя, Клод.

Святой король создал печать из собственной крови, вложив в неё все силы. Ни один простой король демонов не смог бы ей противостоять.

Ирэн протянула руку, пытаясь дотянуться до Клода. Он закричал, но крик оборвался, как только барьер встал на место.

Там, где он должен был запечатать короля демонов, возник столп священного льда. С серией оглушительных тресков чёрная чешуя побелела, застывая в очищающей волне.

А потом он раскололся.

— Господин… Клод…

Не по сезону холодный иней разлетелся, словно лепестки цветов. Он сверкал и переливался, отражая солнечный свет, пробивающийся сквозь тёмные тучи.

Нет, этого не может быть… Не может.

Пока Ирэн, потрясённая, смотрела, белый туман рассеялся. Она ахнула, глаза её расширились.

Клод был там. Его конечности сковывал столп льда, возвышавшийся перед старым замком.

Он снова стал человеком.

— Господин Клод!!

Она чуть не споткнулась на бегу, но заставила ноги двигаться правильно и рванула вперёд. Путь лежал по скользкому льду, каблуки громко стучали.

Ресницы Клода, покрытые инеем, дрогнули, и он медленно открыл глаза. Какие прекрасные красные глаза.

Когда они сфокусировались на ней, его лицо смягчилось.

— …Ирэн?

Это правда он. На мгновение она замерла, а потом прижалась к нему.

— Господин Клод, я так рада…! В-вы узнаёте меня?

— …Да. Моя жена.

От его ответа у неё перехватило горло.

И тут она это увидела.

Подо льдом у их ног что-то шевелилось. Нечто чёрное, пульсирующее, зловещее таилось прямо под поверхностью.

Клод тоже это заметил и тихо произнёс:

— …Понимаю. Значит, истинная форма всё же завладела мной… А. Это было весьма предусмотрительно со стороны святого короля.

Пока он говорил, та тварь, что извивалась во льду, обвилась вокруг его ног.

Это была истинная форма. Проиграв схватку с барьером святого короля, она застряла во льду, но теперь боролась, пытаясь снова завладеть Клодом.

— Это вышло не специально. Ты снова стал человеком, твоя серьга откликнулась, и вам удалось временно разделиться — только и всего. Надолго этого не хватит, — будничным тоном произнёс Баал, прижимая руку к боку.

Ирэн сглотнула. Клод через силу улыбнулся.

— Понимаю… Наверное, нет. Если так пойдёт дальше, мы просто вернёмся к тому, с чего начали.

— Что вы такое говорите…? Господин Клод!

— Ирэн. Отойди от меня.

— Я отказываюсь! — ответила она без колебаний.

Прямо у неё на глазах чёрная тварь обвилась внутри льда вокруг запястий Клода. Ирэн вцепилась ему в грудь и закричала:

— Я не отпущу! Ни за что! Я спасу тебя, так что… так что…

— Всё будет хорошо, Ирэн. Не волнуйся. Я вернусь к тебе.

— Н-не думай, что сможешь меня так обмануть! Как именно? Если тебя запечатают в демоническом царстве, как ты собираешься вернуться, если даже человеком быть перестанешь?

— Я как раз думаю над этим. Я почти уверен, что как-нибудь получится.

— Ты безответственный, беспечный… В такой момент!

— Ирэн, пойми. Я не хочу, чтобы меня использовали вот так. — Оправившись от шока, Ирэн подняла взгляд. Длинные шёлковые волосы Клода коснулись её щеки. — Это моё. Моё тело, всё, что с ним связано. Моя гордость не позволит ей делать, что вздумается.

— Господин Клод…

— Всё хорошо. Ты — моя единственная жена.

Истинная форма прорвалась сквозь лёд и уже обвивалась вокруг шеи Клода. Клод криво усмехнулся.

— Что, злишься? Ты даже не узнаёшь свою любимую жену, жалкий дурак… Не смеши меня. Ты даже мир не уничтожил. Всё, на что тебя хватило — цепляться за жену, надеясь когда-нибудь с ней воссоединиться, влача жалкое существование.

Клод поднял взгляд. В воздухе парил Люциэль — вид у него был такой, будто он вот-вот расплачется.

— Клод. Вернёмся домой, в демоническое царство, ладно? — Он медленно, словно смакуя слова, повторил: — Даже если сейчас ничего не выйдет, может, когда-нибудь мы найдём способ отправить тебя обратно человеком. Так что…

— Я отказываюсь. Я не буду играть в азартные игры с «когда-нибудь».

Люциэль сглотнул и опустил голову.

Взгляд Клода медленно вернулся к Ирэн.

— Не забывай меня. Не сомневайся во мне. Клянусь, я вернусь к тебе.

— …Господин Клод?

— Я люблю тебя. Моя дорогая Ирэн.

Клод мог телепортировать всё, что видел.

Будь то Ирэн или сама Дева Святого Меча — если он мог застать их врасплох, исключений почти не было. В мгновение ока он мог отправить их в безопасное место, далеко от старого замка.

***

Когда он открыл глаза, рядом остались только святой король и женщина в окровавленном подвенечном платье.

Они — и истинная форма, что сейчас пыталась поглотить его.

Взглянув на неё, Баал тихо спросил:

— Этого достаточно?

— Разумеется, нет.

Бровь Баала дёрнулась. Он говорил бесстрастно, пока святая сила струилась из его правой руки.

— Ради нашего королевства, мира и нашей любимой жены мы не можем позволить королю демонов разгуливать на свободе.

— Я знаю. Но ты позволишь мне обмануть мою любимую жену, не так ли?

Эти фиолетовые глаза моргнули.

Клод выдохнул, вспоминая последний взгляд, которым одарила его жена.

Она плакала, да?

Непрошеный трепет пробежал по сердцу, но в то же время он кое-что понял.

Ему нравилось заставлять её плакать. Однако в этом не было смысла, если не он будет вытирать эти слёзы.

Во льду появилась новая трещина, и истинная форма выскользнула наружу, обвиваясь вокруг него.

Увидев это, окровавленная женщина приблизилась к нему с панибратской фамильярностью.

— Я не позволю святому королю запечатать тебя. Ты исполнишь своё истинное предназначение.

— Судьба, значит? Какая нелепость, — усмехнулся Клод.

Истинная форма сжалась вокруг него, словно проверяя на прочность. Король демонов был жалко храбр, и когда Клод заговорил с ним, в его голосе звучало и презрение, и насмешка над самим собой.

— Эта женщина — не твоя жена.

— Боже, ну и скажешь. Я…

— Впрочем, я понимаю. Логично, что ты не хочешь портить труп своей жены. — Пальцы женщины дрогнули, застыв у его щеки. Кончики пальцев были холодны, как лёд. — Но ты ранил мою жену. Так что мы квиты.

Истинная форма пришла в движение с ужасающей скоростью, пытаясь поглотить Клода. Должно быть, она отчаянно пыталась отгородиться от реальности. Она не выносила мысли, что его жены больше нет — ни здесь, ни где-либо ещё.

Поэтому она молилась, желала и надеялась вопреки всему. Даже сейчас, когда её клятва превратилась в проклятие, а женщина пользовалась этим, она отказывалась смотреть правде в глаза.

Клоду было жаль её. Это, должно быть, было мучительно. Если бы его собственная жена вернулась домой в виде отрубленной головы, он бы тоже не захотел на это смотреть и признавать, что это реальность.

Но я не буду таким, как ты.

Как всегда, важны были решения, принятые здесь и сейчас.

Когда он поднял взгляд, пытаясь увидеть небо, его зрение заполнило лицо женщины.

Лицо жены Люциэля. Делало ли это её его матерью? Интересно, от неё ли у него эти прямые чёрные волосы.

— Всё хорошо. Ты скоро поймёшь. Я — твоя жена, как и было сказано в клятве.

— Не прикасайся ко мне. Это отвратительно.

Глаза женщины распахнулись.

Но было уже поздно. Истинная форма поняла, что Клод собирается сделать, но тоже не успевала. Баал закричал:

— Клод! Что ты…?

— Доведи это до конца, Баал.

Он никогда не думал, что у него появится друг, достаточно близкий, чтобы называть его по имени с такой фамильярностью. Он никогда не думал, что будет благословлён женой, женщиной, которую полюбит всем сердцем. Всё это свалилось на него как снег на голову.

Вот почему он был уверен: неожиданное всё ещё ждёт его в будущем.

Он зажёг свою магию изнутри. Истинная форма была связана с ней; её крик потонул в сгущающемся свете, а затем взрыв разнёс её в пыль — вместе с насмешливыми мыслями Клода.

Когда Ирэн обернулась к старому замку, там взметнулся поток магии, на мгновение вспыхнув ослепительным крестом, прежде чем взорваться. Последовавшая ударная волна налетела на неё, как морской прибой, хлестая по лицу, пока она смотрела вниз с вершины скалы.

Она не понимала, что случилось.

Люциэль двинулся первым.

— …Клод. Нет, это неправда. Этого не может быть.

— Отец?!

— Нельзя так просто… Нельзя взять и уничтожить себя!

Люциэль исчез. Должно быть, отправился в эпицентр.

За её спиной тихо произнесла Лилия:

— Король демонов что, взорвал себя вместе с истинной формой? О… леди Ирэн, подождите! Я с ва…

Стоять и гадать было бессмысленно. Ирэн вскочила на ноги, намереваясь спрыгнуть со скалы и оставить Лилию позади.

Но тень, накрывшая её, заставила замешкаться — и отпрыгнуть назад. Бешеный порыв ветра срезал край скалы. Когда обломки рухнули вниз, из облака пыли появилась женщина.

В её подвенечном платье зияли дыры. Куда страшнее были дыры в её торсе, но она всё ещё двигалась.

Невозможно. Пока все застыли в изумлении и ужасе, женщина закричала.

— …Верни… мою правую рууукууу!

Она пронеслась мимо Ирэн и Лилии, как ураган, пробираясь сквозь всех, кого телепортировал Клод. Добравшись до Сахры, стоявшей в самом конце, она вонзила руку ей в живот.

Сахра закричала, но безумный вопль женщины был ещё громче.

— Как он посмел, как он посмел?! Он что, так меня ненавидит?! Но это я! Я — его истинная судьба! Он реально взорвал себя, лишь бы отвергнуть меня — Ха-ха, а-ха-ха-ха-ха-ха! Да, конечно, вот это характер!

— А… а…

— Думаешь, если уничтожил себя, я тебя отпущу?! Не надейся так легко от меня отделаться; ты должен быть ещё жив, так что мы встретимся снова. Тебе от меня не уйти. Ещё чуть-чуть, совсем немного! Не смей надо мной насмехаться — Ага, вот она, нашла!

Ухмыляясь, женщина оседлала Дочь Бога, шаря рукой у неё в животе. Крови не было: она использовала святую силу, чтобы обыскать тело Сахры в поисках правой руки, которую та запечатала внутри себя.

Но это было жуткое зрелище — казалось, она буквально рвёт внутренности Сахры. Все застыли, а женщина уже начала вытаскивать руку обратно, но Сахра перехватила её.

— Н-нет. Я не…

— Что?

— Я не… отдам тебе это. — Крупные слёзы хлынули из её глаз. — Арес… так старался.

С накрашенных губ женщины сорвался смешок. А затем она выдернула руку с громким треском — хруст-хруст-хруст, словно рвала кровеносные сосуды.

— Что, возомнила себя трагической героиней? Ты, Дочь Бога, единственный талант которой — позволять другим себя использовать!

— Сахра!

Селена двинулась первой, ударив женщину кинжалом в шею. Женщина уклонилась, усмехнулась и, вправляя отвоёванную правую руку на место, начала восстанавливать тело.

Сахра потеряла сознание. Селена подхватила её за плечи, пытаясь поднять. В этот момент женщина, называющая себя Грейс, материализовала из правой ладони божественный меч, подняла его высоко над головой и бросила последнюю фразу:

— Пошла вон, мусор.

Август рванул вперёд, прикрывая собой обеих девушек, а Ирэн встала между ним и женщиной. Тот факт, что у неё не было Святого меча, даже не пришёл ей в голову.

Господин Клод защитил нас.

Значит, она должна защитить всех здесь. Что бы ни случилось с Клодом, это её долг как его жены.

Но если ты уйдёшь, как мне жить дальше?

Прекрасный, чистый звук развеял этот миг страха.

— Боже, леди Ирэн. И что именно вы собирались делать без Святого меча?

Лилия шагнула вперёд и одним ударом отшвырнула окровавленную женщину вместе с её божественным мечом.

— Конечно, именно так и должна поступать протагонистка, но вам стоит хоть немного думать, прежде чем действовать.

— Леди… Лилия…

— А вы. — Резко отвернувшись от Ирэн, Лилия взглянула на нападавшую. — Мне кажется, вы слегка увлеклись.

— …Что ты сейчас сделала?

— Я поднимала этих персонажей очень и очень бережно, а вы называете их «мусором»? Это довольно грубо, — беззаботно ответила Лилия. Она встала перед женщиной, преграждая ей путь, и медленно вытянула правую руку. Затем повернула ладонь к небу.

Из неё заструилась святая сила. При виде этого Ирэн раздражённо цокнула языком.

— Так у тебя правда был Святой меч…!

— Хм. Посмотрим… Какая фраза лучше всего подойдёт для такой ситуации? «Я задержу её здесь! Бегите без меня!»?

— Лилия! Что ты говоришь? — Седрик поднялся на ноги. Лилия мельком взглянула на него, но тут же перевела глаза обратно на женщину. Её пальцы сомкнулись на рукояти меча, парящего над ладонью.

Окровавленная женщина полностью исцелилась. Она выпрямилась, нахмурившись.

— Святой меч? Но… Почему он до сих пор у тебя?

— О, вы переключаете образ? Так нельзя. Вы можете быть Грейс из игры или своим собственным оригинальным персонажем, но, пожалуйста, выберите что-то одно и придерживайтесь этого.

— Что ты имеешь в виду? Я…

— Для меня честь встретиться с вами, Ваше Величество, королева Амелия Дарк Хаусель.

Уставившись на меч Лилии, женщина замолчала.

Остальные потрясённо замерли, но Лилию это ничуть не смутило, и её улыбка даже не дрогнула.

Амелия Дарк…?

Но у женщины были чёрные волосы и черты лица, идентичные Грейс Дарк, злодейке.

Ирэн нахмурилась. Словно прочитав её мысли, Лилия заговорила, не сводя глаз с женщины.

— Леди Ирэн. Дело в том, что у меня нет воспоминаний о прошлой жизни.

— Что?

— Я должна быть реинкарнацией Девы Святого Меча, но я не унаследовала ни одного воспоминания Амелии Дарк. Всё, что ко мне вернулось — это воспоминания об игре, как и у вас. Как вы думаете, почему?

Ирэн сглотнула и снова посмотрела на женщину.

— Не потому ли, что Амелия Дарк… не мертва?

— Не может быть… Тогда это…

— Она замаскировалась под Грейс Дарк. Или, учитывая реакцию короля демонов, может, даже использует её труп как марионетку.

Тело, которое двигается без головы, не проливает крови, может наполнять всё вокруг святой силой.

Это действительно не похоже на возможности живого человека.

— Значит, Амелия выбрала концовку Королевы?

— Именно. Не знаю, перерождалась ли она снова и снова, как было сказано в игре, но как бы там ни было, Амелия прожила столетия. Ей приснился пророческий сон о воскрешении Люциэля, и она захотела присутствовать при этом.

— Погоди, но имя Девы Святого Меча, основавшей Элмайер — Амелия!

— Понятия не имею, как так вышло. Если кто и мог переписать историю, так это Королевство Хаусель.

Ирэн уже открыла рот, чтобы возразить, что это не так-то просто, но тут её осенило.

Стандартизация языков. По предложению Королевства были унифицированы все языки и системы мер, а языки каждой страны сохранили как «древние наречия». Если изменения вносились именно там, мало-помалу, на протяжении столетий… теоретически это возможно.

— Но тогда… Почему злится истинная форма короля демонов? И зачем ей притворяться именно Грейс, из всех людей?

— Вы бываете удивительно непонятливы, леди Ирэн… Не так ли, Селена?

Селена, оставившая бессознательную Сахру с Максом, стояла за спиной Августа. Она растерянно моргнула.

— Что?

— Вопрос: давным-давно две сестры боролись за мужчину. И старшей сестре удалось завоевать его сердце! Хотя они были глубоко влюблены, их постиг печальный конец. Но они поклялись снова быть вместе в будущем! Младшая сестра не смогла смириться с потерей мужчины. Что она сделала?

— В смысле «что»? Разрушила бы эту клятву любой ценой.

Даже если бы для этого пришлось выдать себя за ненавистную сестру.

— Я не знаю, что случилось на самом деле. Но у королевы Хауселя действительно есть пророческие сны, и она видит прошлое — эта часть совпадает с игрой. Когда она стала королевой и унаследовала эти способности, то, наверное, узнала, что её истинная судьба — выйти за Люциэля, короля демонов.

— Тогда… тогда она добивается…

— Она хочет воплотить правильное будущее, то, в котором он женится на ней. И ещё — сделать так, чтобы он никогда не встретился с её сестрой.

И всё.

Ради этого она потратила столетия.

— Не знаю, о чём вы там шепчетесь, но меня зовут Грейс Дарк. — Женщина рассмеялась. Её лицо было истеричным, жутким зрелищем. — Я слышала, ты лишилась Святого меча из-за Девы Проклятого Меча, но… Неважно. Этому миру нужна только одна Дева Святого Меча!

Фиолетовые глаза женщины расширились, и на этот раз из её правой ладони возник Святой меч.

Ирэн закричала Лилии:

— Что ты собираешься делать?! Ты можешь победить её?!

— Не знаю, хи-хи.

— Если ты не знаешь, то драться с ней — верх безрассуд…

Лилия схватила Ирэн за шиворот и швырнула назад, прежде чем пригнуться.

— Но я должна. Иначе мы не узнаем, как её победить. Не мешай.

— ……!

Святые мечи скрестились, и Ирэн прикусила губу. Сейчас она будет только обузой для Лилии. Она это знала.

Но Ирэн проиграла с тем Святым мечом, который отняла у Лилии.

Даже если Лилия — истинная Дева Святого Меча, на что способен её меч? Только Ирэн подумала об этом, как прямо у неё на глазах меч Лилии начал растворяться с булькающим звуком, напоминающим плавление металла.

— Леди Лилия, она же поглотит ваш меч! Отступайте!

— Хм. Значит, даже в моих руках он не может победить. Иными словами, дело не в том, кто им владеет, леди Ирэн. Мы также подтвердили, что Амелия — Дева Святого Меча… Но вообще-то, когда король демонов взорвал себя, взрыв вас серьёзно ранил, не так ли?

Лилия усилила исчезающий Святой меч святой силой, развернулась и отшвырнула женщину от себя. Та влетела в лес, снося деревья. Улыбаясь, Лилия высоко подняла меч для нового удара.

— К тому же, похоже, ты больше не человек. Думаю, даже этот меч способен тебя убить.

Ярко вспыхнув, Святой меч Лилии вырос до невероятных размеров, пронзая небеса, и обрушился вниз. Взрыв и ударная волна скосили лес.

Ирэн, гадая, сработало ли это, смотрела вниз с вершины скалы. И в этот миг мимо неё, разрезая ветер, пронеслась вспышка. То, что проскользнуло мимо Лилии и скользнуло над головой Ирэн, было… кристалл. Божественный артефакт, предназначенный для заточения.

— Принц Седрик?!

Лилия обернулась. Женщина, у которой отсутствовала половина тела, возникла у неё за спиной, занося Святой меч. Приняв на себя всю силу удара, Лилия рухнула на землю.

— Леди Лилия!

— Какая чудесная сила. Именно то, что я ожидала от избранной, которой суждено стать Девой Святого Меча.

Восстанавливая тело святой силой, женщина поднялась в воздух. Между пальцев она сжимала маленький кристалл. Тот самый, что поглотил Седрика.

— Но без этого ты не сможешь стать Девой Святого Меча. Не так ли?

— …Я не понимаю, о чём ты.

— Не понимаешь? Сейчас покажу.

Женщина сжала кристалл. Внутри вспыхнул свет, и пошли трещины. Если кристалл разобьётся, пока Седрик внутри… Лилия побледнела, глаза её расширились.

— Старая карга!!

— Остановись, Амелия. Ты уже сделала достаточно, — произнёс тихий голос.

Этот голос был очень знаком Ирэн. В нём звучала такая нежность, что, закрыв глаза, она могла бы услышать, как он зовёт её по имени. Он принадлежал…

— Господин… Клод…

Он в порядке? Не успела она броситься к нему, как что-то с глухим стуком упало к её ногам. Это было безвольное тело Люциэля. Ещё мгновение назад он волновался за Клода и телепортировался к нему. Как он оказался в таком состоянии?

Она подняла взгляд, собираясь спросить, и тут заметила.

Волосы Клода.

Его блестящие чёрные волосы стали серебристо-белыми.

— Он не опасен, просто оставьте его. Мой сын был к нему привязан. Пусть идёт.

— …Господин Клод?

— Из него я хочу забрать только тело моего сына.

Коснувшись рукой груди, Клод печально закрыл глаза.

Женщина, казалось, была так же потрясена, как Ирэн и остальные.

— Люциэль? Деверь…?

— Нет, не называй меня деверем. Я твой предназначенный возлюбленный, Амелия.

Женщина ахнула. Ирэн тоже.

— Неужели… неужели?

— Да, неужели. Я обрёл человеческое тело и пробудился вновь, и теперь моё заклинание завершено. Его цель была — устранить нашу ошибочную судьбу и привести к правильному будущему, и наконец это свершилось.

— Господин Люциэль… О, наконец-то!

Голос Амелии дрожал от эмоций. Она прижалась к нему, и Клод мягко обнял её в ответ.

Ошеломлённая, почти парализованная, Ирэн всё же смогла собраться с мыслями. Исправить ошибочную судьбу и привести к… Неужели он хочет сказать, что преодолел свою скорбь по Грейс и собирается жениться на Амелии?!

— Н-не… нет… Нет, это не то, чего я желал! Этого не могло случиться! — Сам Люциэль опроверг догадку Ирэн. — Что ты сделала? Амелия, когда я пожелал ещё одного шанса, что ты сделала?!

— …Хм. Значит, мои останки всё ещё живы?

— Нет, ты всё неправильно понял. — Люциэль протянул дрожащую руку, пытаясь дотянуться до Клода. Ирэн поспешно поддержала его. — Я — Люциэль, а не ты. Ты — не я, Клод!

— Говорит трус, который свалил всё на меня. — Клод поднял указательный палец, и магия, сгущаясь, образовала сферу.

Инстинктивно Ирэн заслонила Люциэля, раскинув руки.

— Немедленно прекратите, господин Клод!

Брови Клода дёрнулись. Он посмотрел на неё, и сфера исчезла.

Это поразило Ирэн. Он остановился, потому что я попросила…

Однако Клод вздохнул.

— Неважно, — отрывисто бросил он. — Это подождёт. Вернёмся в Хаусель, Амелия.

— …Да. Да!

Женщина просияла, закивала, сжимая кристалл с Седриком, а затем разжала пальцы, уронив его, словно мусор. Макс поймал кристалл.

— Господин Клод!

Клод уже повернулся, чтобы уйти, но на мгновение замер, когда Ирэн крикнула.

Его красные глаза действительно смотрели на неё. Он не забыл её, не перестал узнавать.

Но Ирэн не могла прочитать в них ни единой эмоции.

Клод и женщина исчезли, оставив после себя только безоблачное голубое небо.

***

Каждый дюйм мраморного коридора был белым и безмолвным.

Элефас напряжённо вслушивался, сканируя пространство магией. Медленно он открыл глаза.

— Всё чисто. Ни ловушек, ни солдат поблизости.

— Может, они все ушли к старому замку? Надеюсь, с демонами всё в порядке… — Донни оглянулся назад.

— Не волнуйся, Донни. Король силён! — твёрдо заверил его Вельзевул.

Позади них Джаспер тихо пробормотал:

— В том-то и проблема. Слишком силён.

— Надеюсь, с леди Ирэн всё хорошо.

— За неё тоже можно не волноваться. Эту женщину хоть убей — не умрёт.

Рэйчел, как ни странно, улыбнулась вместо ответа. От этого безумного диалога Элефас только пожал плечами.

Тут он заметил портрет и прищурился. Лицо изображённой было изрезано в клочья, и исходившая от него злоба заставила его мысли проясниться. Медленно он обернулся.

— Хватит болтать. Мы в Королевстве Хаусель. К счастью, возможно, из-за битвы, я могу пользоваться магией, а Вельзевул сможет сражаться. Пока у нас есть шанс…

В этот момент он слегка отвёл взгляд.

Нельзя смеяться. Но чем больше он об этом думал, тем сильнее напрягались щёки.

— Давайте разделимся и, эм… поищем в Королевстве Хаусель полезную информацию.

— Ладушки, дорогуша. А "тётушка" тем временем разузнает все сплетни в столице!

— Я тоже, типа, постараюсь изо всех сил!

Джаспер подмигнул; на нём была помада. Донни, повязавший большой бант, принял позу, демонстрирующую мышцы, и тут Элефас не выдержал.

— П-пожалуйста, не заставляйте… меня… смеяться… Ой, только не смотрите на меня и не позируйте, сейчас совсем не время для шуток!

— А чему ты смеёшься? Это ты предложил нам переодеться женщинами. — Вельзевул скрестил руки. Его длинные волосы были стянуты в высокий хвост лентой в тон Донни, и выглядел он самой красивой женщиной из всех.

Красота демона мгновенно отрезвила Элефаса.

— Вам очень идёт.

— Ещё бы! — похвастался демон, по какой-то непостижимой причине.

Джаспер рассмеялся:

— Держу пари, полукровка тоже был бы хорош в таком прикиде. Точно не стоило его приглашать?

— В таком случае, пригласите короля демонов! Уверен, он стал бы красавцем, от которого гибнут государства. Я бы с удовольствием на это посмотрел.

— Вы все слишком легко на это согласились. Я думал, вы будете немного более сопротивляться. — Элефас криво усмехнулся.

Джаспер от души рассмеялся:

— Ну, молодой господин Исаак или Люк, наверное, подняли бы шум. Однако, если мы позволим такой мелочи, как переодевание в женскую одежду, нас испугать, мы бы никогда не поспевали за леди Ирэн.

— Эм, Элефас? Ваш бант…

Когда Рэйчел указала, что лента на конце его косы развязалась, Элефас поправил её сам.

Донни, глядя на него круглыми глазами, восхитился:

— Ух ты, как ловко у тебя получается. Да ты и сам красавчик, Элефас!

— О, да, я привык к этому.

Рэйчел, которая раздобыла для них всю одежду и косметику, выглядела озадаченной.

С улыбкой бывалого взрослого Элефас просветил девушку:

— В этом мире есть люди с самыми разными предпочтениями.

— Предпочтениями?

— Ой… Рэйчел, тебе лучше этого не слышать, так что давай не будем! Ладно?!

— Элефас! Все эвакуировались в форт! — Алмонд просунул голову в зеркало на туалетном столике. Это было то самое зеркало, что соединялось с церемониальной площадкой. Ирэн силой Святого меча принудительно связала два пространства; однако, поскольку само зеркало было божественным артефактом, демоны тоже могли проходить сквозь него без проблем.

— И они не заблудились в подземном лабиринте?

— У Сью есть карта! Я проник!

Они атаковали форт, чтобы дать всем возможность сбежать туда из старого замка, который вот-вот должен был стать полем битвы.

Было очевидно, что Исаак бросит форт, если его атакуют, поэтому они решили сосредоточить там демонов. Это выводило их за пределы барьера короля демонов, но во время штурма форта Элефас наложил заклинания, маскирующие здание и отводящие людей, так что они могли какое-то время там укрыться.

Самое главное — они не попадут в битву у старого замка.

Если Джеймс или господин Люциэль сохранят рассудок, они скоро поймут, где прячутся демоны.

Рэйчел повернулась к Алмонду:

— Господин Кит в порядке?

— Его отнесли в форт! Лечат! Надо тихо!

— С ним всё будет хорошо. Он правая рука короля.

Чистосердечные демоны оказались морально крепче людей.

— Эм, а мне точно можно было с вами пойти? — принимая от Алмонда сковороду, которую тот зачем-то принёс в качестве оружия, Рэйчел с тревогой посмотрела на Элефаса.

Элефас кивнул, улыбаясь:

— Да. Более того, мы на вас рассчитываем. Как на угрозу для Исаака — ну, скажем, ещё одна грань нашего плана.

— Ты только что сказал «угроза». Я все слышал.

— Видите ли, если я правильно прочитал личность Исаака, он попытается покинуть битву.

Рэйчел вздрогнула, глаза её расширились. Элефас нашёл это довольно милым.

— Он, кажется, серьёзно относится к таким вещам. В отличие от меня, он не из тех, кто может бесконечно предавать близких и чувствовать себя после этого нормально.

— …Да. Молодой господин Исаак действительно не…

— К тому же, по моим оценкам, вероятность того, что господин Клод исчезнет к концу всего этого, примерно семьдесят процентов. Исаак не сможет смотреть в глаза леди Ирэн.

— Ты хочешь сказать, что король проиграет?!

— Король демонов всегда побеждает!

Вельзевул и Алмонд возмущённо заговорили.

Джаспер осадил их:

— Нет, послушайте, мы не можем позволить ему выиграть.

— Верно, успокойтесь. Я не знаю, как именно, но Исаак пытается остановить господина Клода, не убивая его. Поскольку нет способа обратить превращение господина Клода, когда он уже стал демоном, всё, что можно сделать — выиграть время. Но это не то, чего хочет леди Ирэн.

— И всё же Исаак решил, что это лучший план, — тихо пробормотала Рэйчел.

Элефас кивнул:

— Никто не знает, что может сделать леди Ирэн, и совершенно невозможно предсказать, что сделает господин Клод. Честно говоря, всё может закончиться даже хуже, чем в наших худших прогнозах, но… Как бы то ни было, нам отчаянно не хватает информации. Из-за этого мы и отстаём на шаг.

— Значит, мы проникаем и расследуем, — серьёзно произнёс Алмонд.

Реакция демона едва не вызвала у него тёплые чувства, но он подавил их и с крайней серьёзностью кивнул:

— Это всего лишь моё мнение как мага, но причина, по которой господин Клод трансформировался — вернее, был принудительно трансформирован — должно быть, кроется в прошлом. Мы ничего об этом не знаем, даже не знаем, что это. Как ни удивительно, я думаю, что метод, предложенный леди Ирэн, может оказаться нашим лучшим ходом.

— Ме…тод?

— Успокоить гнев истинной формы короля демонов.

В этом корень всего.

— Во-первых, здесь что-то не так. Король демонов поставил на будущее, ценой потери самого себя, и всё же его желание не сбылось. Это невозможно.

— Прости, я не врубаюсь, — сказал Джаспер.

Элефас упростил объяснение:

— И в магии, и в святой силе главное — сила воли. Если король демонов загадывает настолько сильное желание, что теряет себя в процессе, это, по сути, заклинание или судьба. Это значит, что предназначенная возлюбленная, которую желала истинная форма, должна где-то существовать. Если её нет, это очень странно.

— …Думаешь, кто-то мешает?

— Очень вероятно. Полагаю, Королевство Хаусель замешано. Эта королевская кандидатка определённо та, за кем стоит следить.

— Ага, наверное. Но успокоить гнев истинной формы короля демонов — значит исполнить то желание о предназначенной возлюбленной, да? Разве это не плохая идея?

— Это означало бы, что господин Клод женится на женщине, которая не леди Ирэн…

Тревога Рэйчел была вполне обоснованной, но Элефас заговорил твёрдо:

— Даже так, если мы не решим это с этой стороны, мы никуда не продвинемся. К тому же, любые наши действия в отношении этой предназначенной возлюбленной по умолчанию будут связаны с женой господина Люциэля. Нам нужно хотя бы немного информации.

— С женой господина? — переспросил Алмонд с верхушки головы Вельзевула.

— Что, ты имеешь в виду леди Грейс?

При словах Вельзевула повисла странная тишина.

Не может быть… Элефас перевёл взгляд на Вельзевула. Выражение лица демона было мрачным.

— Ирэн — та ещё, но леди Грейс была ещё хуже.

— Леди Грейс страшная. Ням-ням. Она нас всех съест.

— …Погодите-ка. Эм… Вы её знали?

Оба — и Вельзевул, и Алмонд — удивлённо склонили головы набок.

— Конечно. Она была женой прошлого короля.

— Женой короля демонов!

— С-сказали бы раньше!

Элефас агрессивно надвинулся на них. Вельзевул, вздрогнув, отшатнулся.

— Н-но ты не спрашивал.

— Неужели ты не мог понять, что нам это нужно?! Да ладно, неважно, какая она была?!

— Ч-что значит «какая»? У неё были чёрные волосы, как у короля…

— Очень прямые! Блестящие! Красивая!

— Она была сильнейшим из всех существ, которых я встречал. Она побила господина Люциэля.

— Что…? — Это нелепое заявление мгновенно охладило его пыл.

Вельзевул смутился. Продолжая, он бормотал, не поднимая глаз от пола:

— Она сделала это одним ударом — правым прямым. Потом пнула его так, что он улетел, а потом наступила на него.

— Господин извинялся… Мы все извинялись! Пришлось, иначе нас бы зажарили!

— …Разве господин Люциэль не был изначально богом?

— Д-дело не в том, что он был слаб. Та женщина — то есть леди Грейс — была просто ненормальной!

Тот факт, что Вельзевул поправился и произнёс её имя с уважением, был красноречив сам по себе.

Алмонд бросил взгляд на Вельзевула.

— А король бы победил?

— Д-да. Король, возможно, смог бы победить, наверное, я думаю…

— Не, не выйдет. Судя по тому, что я слышу, его жена была сильнее мисс Ирэн, — сказал Джаспер.

Вельзевул и Алмонд предпочли промолчать.

Рэйчел выглядела встревоженной.

— И если мы найдём эту женщину, она и леди Ирэн будут драться?

— Давайте не будем об этом думать! Сейчас нам нужна информация.

— Эй, ты просто откладываешь проблему. — Замечание Донни попало в цель, но Элефас не собирался менять свою политику.

— Если до этого дойдёт, мы просто расскажем ей какую-нибудь хитрую историю и сделаем её нашей союзницей.

— Обмануть её? То есть леди Грейс? Дурак! Тебе жить надоело?!

— Она убьёт тебя, Элефас! В мгновение ока!

— Да, именно так. Моя жизнь была долгой прогулкой по тонкому льду, полной смертельной опасности! И в этот раз вы составите мне компанию!

Игнорируя их испуганные крики, Элефас открыл дверь в соседнюю комнату, за которой открылся коридор с высокими стройными колоннами и высоким потолком, поддерживаемым стрельчатыми арками. Солнечный свет лился сквозь большие окна. Проход был таким величественным, что, казалось, вёл прямо в рай.

Глаза Донни тут же загорелись.

— Ух ты, хаусельская архитектура! Ого, эти геометрические узоры на окнах действительно сделаны из камня… Невероятно! Интересно, кто это построил!

— Простите, но с этим придётся подождать. Нужно двигаться, пока здесь никого нет.

— А куда мы вообще идём?

— Там было одно место, которое я не мог прощупать даже магией. Вся охрана дворца отключена, но это место всё ещё скрыто. Что бы там ни было, оно должно быть очень важным, так что сначала мы отправимся…

— Судя по планировке, я уверен, что трон где-то здесь! Пошли, быстрее!

— Нет, послушай, не забывай, зачем мы…

Донни распахнул какую-то дверь, и оттуда затрещала магия. Рефлекторно Элефас наложил магический барьер, чтобы спрятать их. Он понятия не имел, обманет ли это кого-то, но это было лучшее, что он мог сделать.

— Тихо, — сказал он, и все кивнули. Вся группа спряталась в тенях за большой колонной, наблюдая за тем, что произойдёт.

Перед троном пространство исказилось и задрожало. Это был знак того, что кто-то телепортируется. Процесс шёл негладко, потому что этот кто-то пытался с помощью магии пробиться в поле сильной святой силы. Иными словами, новоприбывший был не обычным человеком.

— …Чёрт возьми. У нас всё ещё есть пара головных болей.

— ! Ваше величество…

Донни зажал рот Вельзевулу рукой. Рэйчел прижала к себе Алмонда; тот склонил голову набок, но молчал. Это была правильная реакция.

Новоприбывшим определённо был Клод, но его внешность разительно изменилась. Его чёрные волосы стали бледно-серебристыми.

Изменение цвета волос и глаз противоречило законам этого мира. Даже король демонов не смог бы провернуть такое легко. Происходило что-то аномальное.

К тому же, та женщина…

Черноволосая женщина в подвенечном платье — красные пятна на белой ткани были кровью его начальника.

Если Клод был с женщиной в таком наряде, значит, происходило что-то очень неладное.

— Головные боли? Что ты имеешь в виду?

— Ну. Во-первых, моё другое «я». Мы не можем считать это полным воскрешением, пока не избавимся от него. — Говоря это, Клод уселся на трон Королевства Хаусель так, словно это место принадлежало ему по праву.

— Тогда почему ты отпустил его раньше?

— Я ещё далеко не в оптимальной форме. Я не привык к телу моего сына.

Фраза «тело моего сына» заставила Элефаса мысленно вздохнуть. Значит, его полностью поглотили, да?

Джаспер прошептал ему на ухо:

— Эй. В худшем случае мы собирались только запечатать короля демонов, верно? Что происходит?

— Думаю, всё стало сложнее. По всей вероятности, это либо вина господина Клода, либо леди Ирэн.

— Ты хочешь сказать, что король виноват?

— Тише вы все. Я ничего не слышу, — одёрнула их Рэйчел, и они замолчали.

— Хорошо. Я что-нибудь с ним сделаю.

— Сможешь? Он всё ещё моя половина, и у него достаточно сил, чтобы считаться королём демонов. Ты израсходовала почти все эти неудавшиеся божественные мечи. Сомневаюсь, что ты сможешь легко от него избавиться.

— У меня есть Святой меч.

— От него мало толку. Святая сила, текущая через этот Святой меч, защищает его.

— Но это… Ты не можешь иметь в виду…

— Да. Защита женщины, разорвавшей наши судьбы в клочья.

Элефас увидел, как в кукольных глазах женщины вспыхнула ненависть.

— Значит, она передавала ему силу через Святой меч.

— Должно быть, поэтому клятва работала не очень хорошо. Поначалу ни я, ни мой сын не понимали, что Амелия Дарк — наша предназначенная возлюбленная.

Женщина холодно уставилась на Клода, её глаза горели ненавистью. Почти так, словно она сомневалась в нём.

— …Я понимаю. Но будь уверен, божественные мечи и Святой меч — не единственное моё оружие. Этот дворец — средоточие технологий и мудрости Королевства Хаусель, созданное, чтобы победить короля демонов, если он воскреснет.

— О-хо? И что ты собираешься с этим делать?

— Победить короля демонов, разумеется. Империя Элмайер укрывает короля демонов. Этого одного должно быть достаточно, чтобы перетянуть мир на нашу сторону.

— Короля демонов, значит? А я тебе не помеха? — В его голосе послышалась насмешка.

Женщина ответила бесстрастно:

— Когда-нибудь ты станешь богом.

— Понимаю. Тогда я оставлю это тебе и отдохну. Я не привык к этому телу, и усталость просто чудовищная.

— Хорошо. Я велю подготовить для тебя спальню.

— Приходи ко мне, в своём истинном облике. — Клод протянул руку.

Женщина выглядела ошеломлённой, затем опустила глаза.

— …У меня ещё есть дела.

— Не можешь показать мне своё истинное лицо? Это тело было лишь страховкой на случай, если клятва не сработает, не так ли?

— ……

— Ну, неважно. Но я не позволю тебе оскорблять меня, заставляя обнимать труп. — Рассмеявшись, Клод исчез из виду.

Женщина долго, пристально смотрела на пустой трон. А затем исчезла тоже.

Невероятная удача, что они оба предпочитали телепортироваться повсюду.

Элефас выдохнул, и плечи остальных обмякли. Джаспер с грохотом плюхнулся прямо на пол и уставился в потолок.

— Ну и ну. Король демонов был самим собой, это было страшно. Что это за история с телом его сына?

— Господина Клода, должно быть, полностью поглотили. Это объясняет его новый цвет волос… — Он прикрыл рот рукой, размышляя.

И тут пол начал дрожать.

— Ого! — Донни схватился за Вельзевула, ища опору. — Что это? Только не король демонов, да?

— Нет, это… Проклятие, это святая сила! Уходим отсюда!

Трон был местом притяжения святой силы. Если они останутся рядом с ним, то не смогут пользоваться магией.

Элефас бросился бежать, отчаянно пытаясь убраться как можно дальше от центра этого поля. Остальные последовали за ним, а Вельзевул и Алмонд летели во главе группы.

— Если нам что-то преградит путь, полагаю, с этим можно разобраться?

— Пожалуйста. — Элефас запнулся. — Хотя… погодите, вы оба и Алмонд всё ещё в здравом уме?!

— ? Это что значит?

— Я отлично себя чувствую!

Возможно, потому, что «король демонов» всё ещё существовал, они не сошли с ума. Однако он не мог позволить себе расслабиться. Барьер, грозивший поглотить их группу, состоял из святой силы. Если она накроет их, он не сможет пользоваться магией, и неизвестно, что случится с таким слабым демоном, как Алмонд.

Но когда они выбежали в галерею, он понял, что бежать некуда.

Элефас резко остановился, и Джаспер врезался в него. Тот уже открыл рот, чтобы возмутиться, но тут же замолк. Рэйчел побледнела. Донни радостно завопил, а Вельзевул и Алмонд восхищённо загудели.

— Дворец парит! Невероятно!

Королевство Хаусель представлял собой овальный остров, который величали раем, и дворец поднимался из центра этого прекрасного, божественного острова, взмывая в воздух. Каменные плиты коридора с протяжным грохотом обрушивались, и вскоре по ту сторону галереи виднелись только небо и море.

Мгновение спустя он почувствовал, как тонкая плёнка барьера накрыла их сзади. Вельзевул вздрогнул и упал на колени, а Алмонд бессильно рухнул с воздуха. Онемевшие кончики пальцев подсказали Элефасу, что он не может использовать магию.

— Алмонд, ты в порядке?! А ты, Вельзевул?

— Д-да… Я в порядке, женщина. Неспособность использовать магию — пустяки…

— Я… слабый… сейчас… Печеньки…

Рэйчел подхватила Алмонда на руки, и тот нагло выпросил у неё печенье. Но сейчас было не время для неспешных перекусов.

Дворец всё ещё поднимался. Святая сила окутала всё здание. Спрыгнуть сейчас, не имея магии, означало верную смерть.

— Эм… Слушайте, это же полный капец, да? — Словно в подтверждение тревоги Джаспера, раздался пронзительный звук. Магия, использованная для барьера, который скрывал их, была обнаружена.

В глубине коридора он увидел уже знакомые фигуры — белоснежные солдаты выдавливались из щелей между каменными плитами.

Джаспер, никогда раньше их не видевший, заорал:

— Это ещё что за хрень?!

— Точно не наши союзники! Надо бежать.

— Бежать?! Я буду стоять и сражаться!

— Не глупите, Вельзевул! Сейчас вы не сильнее среднего человека! Кстати, я сейчас вхожу в число самых слабых из средних людей!

— Я думаю, что такими вещами хвастаться не стоит, — сказал Джаспер.

— Н-но куда бежать?! — спросила Рэйчел.

Все взгляды устремились на Элефаса. Он неловко отвёл глаза.

— Раз я не могу использовать магию, я не знаю точной планировки здания…

— И ты вдруг стал совершенно бесполезен. Постарайся хоть немного, парень!

— В-в любом случае, побежали. Смотрите, они уже здесь!

Ровные ряды солдат наставили на них копья. Единственным плюсом было то, что галерея довольно узкая, поэтому они не могли двигаться быстро. Но если они их догонят, всё равно будет очень плохо.

Придерживая кепку и улепётывая со всех ног, Джаспер закричал:

— Т-так или иначе, нам нужно в безопасное место, да? Э-э, дайте подумать… Кухня!

— К-кухня?

— В этой стране они используют демонические и священные камни для всего — от разведения огня до подачи воды! Значит ли это, что барьер обойдёт кухню стороной? Если во время барьера не готовить, это же жутко неудобно!

— В этом архитектурном стиле кухню обычно размещают в отдельном здании. Думаю, ты прав. Эм, судя по планировке, нам туда!

Элефас посмотрел на Джаспера и Донни, не возражая. Он не показывал этого, но был удивлён. Эти люди не могли использовать магию или сражаться, но они ориентировались в ситуации лишь благодаря своему уму.

У большинства людей не было ни магии, ни святой силы. Для простолюдинов их сила заключалась в интеллекте и изобретательности. Именно это порождало новые инструменты и новые навыки, которые можно было передавать следующему поколению как знания.

…Вот оно что. Вот почему демоны уважают этих людей.

Даже если Элефас не мог использовать магию, у него всё ещё были навыки и знания, полученные в изучении магии. Если тот ложный Клод называл себя богом, это действительно был их единственный способ сражаться с ним.

Собравшись с духом, Элефас крикнул:

— Тогда сначала отправимся туда! Если увидите священные камни, божественные артефакты или любые другие полезные инструменты, забирайте их с собой. Возможно, мы сможем использовать их, чтобы с кем-то связаться.

— А? Мы можем?

— Я могу использовать только магию, но в теории святая сила должна работать так же. Мы заставим их работать силой воли! Если найдём священные камни или полуфабрикаты божественных мечей, Донни сможет смастерить нам оружие. Тогда и ты сможешь сражаться, Вельзевул!

— Понял! Ты умён. Я и не ожидал меньшего от прославленного мага короля!

Комплимент Вельзевула заставил глаза Элефаса расшириться. Затем он рассмеялся и кивнул в ответ.

— Естественно.

***

В Королевстве Ашмаэль, где солнце плавит пески, вечера всегда окрашены в багрянец. Огненные тона медленно остывают до глубокого индиго, уступая место ночи.

Роксана смотрела на закат из Солнечного дворца. Красный цвет сгущался, и вместе с ним сгущалась тревога.

*Если мы не вернёмся из Королевства Хаусель до темноты…* Муж оставил ей инструкции на этот счёт. Но наличие инструкций вовсе не означало, что всё будет хорошо.

В Ашмаэле сейчас не было ни **божественного меча**, ни Дочери Бога, ни святого генерала. Водяная драконица, теперь Супруга Святого Дракона, была бессильна, пока стоял священный барьер. Если барьер падёт, значит, они потеряют Баала.

А без него королевство захлестнёт хаос.

Она сжала кулаки, и в тот же миг за спиной раздался шум. Роксана обернулась и увидела тень там, где мгновение назад никого не было.

— Роксана.

— Господин Баал!

Она вскочила, опрокинув стул, и бросилась в его объятия. Горячий пульс под ладонями — огромное облегчение. Но тут же ноздрей коснулся запах крови. Она отстранилась, вглядываясь: на боку, в прорехе одежды, темнела рана.

— Вы ранены…

Баал прижал её к себе крепче, не давая договорить. Не в его привычках было прятать лицо, но сейчас он словно боялся, что она увидит в его глазах что-то, чего не должна.

— Мы не смогли его спасти. — Голос глухой, сдавленный. — Он просил довести дело до конца, но мы бессильны. Какой же из меня святой король, если я не в силах исполнить последнюю волю друга?

— Господин Баал…

— Мы можем потерять и твоего друга тоже. Хаусель объявил войну Элмайеру.

Если Баал вмешается сейчас, Ашмаэль окажется по ту сторону баррикад. Он не сможет помочь ни Клоду, ни Ирэн.

— Мне жаль…

— Ты не должен извиняться. Ты — король. — Она прильнула к нему, вкладывая в объятия всю свою нежность и верность. Этому человеку, чья корона обрекала его на одиночество, так нужна была опора. — Какое бы решение ты ни принял, оно будет верным. Ты — король. А значит, ты прав.

— Это что же, я теперь тиран?

— К тому же, принц Клод не мёртв. Разве нет?

Если бы он погиб, Супруга Святого Дракона вела бы себя иначе. Баал расслабился, и Роксана осторожно отстранилась, заглядывая ему в лицо.

*Что за беспокойный король.* Подумаешь, не смог помочь другу — с кем не бывает. А он стоял, шмыгая носом, как ребёнок, у которого отняли любимую игрушку.

— Так что всё будет хорошо. Леди Ирэн не умеет проигрывать. — Она провела ладонью по его щеке, убирая упавшие на глаза волосы.

Баал с трудом выговорил:

— Откуда такая уверенность?

— Если бы я оказалась на её месте, я бы спасла тебя любой ценой. Вот откуда.

И Баал, без сомнения, был в числе тех средств, которыми Ирэн не постеснялась бы воспользоваться.

Так обращаться с королём другой страны, да ещё и с собственным мужем, было, мягко говоря, неприлично. Когда-нибудь она обязательно выскажет ему всё, что думает по этому поводу. Но если он сам этого хочет — разговор особый.

— Так что всё хорошо, господин Баал. Пожалуйста, не смотрите на меня так. Я правда рада, что вы вернулись целым.

— …Роксана.

— С возвращением. Идёмте, обработаем рану.

Она мягко коснулась того места, где, по её мнению, была рана, и Баал снова притянул её в крепкие объятия.

— Я вернулся, — хрипло выдохнул он.

Вместо ответа она просто обняла его в ответ. Хотя бы сегодня она будет добрее, чем обычно, и хорошенько его побалует.

Она не собиралась уступать эту обязанность никому, даже Супруге Святого Дракона.

Роксана знала, как называется это чувство.

Как только осознание пришло, она не могла понять, как не замечала этого раньше, и губы её тронула улыбка.

Но сейчас Баал был переполнен скорбью от потери друга и бессилием от того, что не мог ему помочь именно потому, что он король. Роксана была уверена: сейчас её любовь не найдёт в нём отклика. Нельзя торопиться. Именно из-за спешки у неё ничего не вышло в первый раз.

И самое главное — это осознание пробудило в ней гнев, поднимавшийся откуда-то из самой глубины души. Глаза её медленно сузились.

Как вы посмели так поступить с моим господином Баалом, Королевство Хаусель?

Её взгляд упал на дневник, лежавший на столе.

Говорили, что эта книга откроется, когда сбудется мечта её владелицы. С безоблачного неба налетел ветер, перелистывая страницы.