Том 5. Интерлюдия

Интерлюдия

Флаг финального босса

В демоническое царство упал человек. Человек со святой силой, к тому же.

Услышав доклад, Люциэль тонко улыбнулся. Если такой первоклассный экземпляр свалился сюда, значит, в барьере между демоническим царством и так называемым человеческим миром открылась серьёзная дыра.

Как установил Создатель, дверь между двумя мирами открывается только со стороны людей. Кто бы это ни сделал на этот раз — он у него в долгу.

Теперь можно всерьёз поиграть с людьми.

Люди — любимые игрушки ненавистного Создателя, который низвёл его до бога демонического царства и этих уродливых демонов. Играть с ними, убивать их повсюду — вот что разгоняет тоску этих бесконечных дней.

— Ваше величество, упавший человек, судя по всему, искусен в бою. Несколько уже убиты.

Крылатый рогатый демон-гуманоид — кажется, его звали Вельзевул — сообщил об этом, пока они летели по небу. Он ведь не пытался его предупредить?

— Молчи, ничтожный демон. Не смей давать советы богу.

Этого хватило, чтобы демон заткнулся. Но он продолжал лететь следом. Это тоже раздражало.

Демоны были преданы ему. Создатель сделал их такими — чтобы научить Люциэля любви, или что-то вроде того. Почему этот бог не понимает, что вышло ровно наоборот?

Впрочем, неважно. Замучаю этого человека до смерти — станет легче.

Человек упал в лес из огромных деревьев, тянущихся вверх, словно пытаясь дотянуться до мира людей. Сюда проникал солнечный свет, и демоны говорили, что здесь так же красиво, как в человеческом мире. Среди высохшей земли и болот, мёртвых деревьев и облаков пыли это было единственное место, не утратившее красоты. Сердце Люциэля, короля демонов, создавало все эти земли, но даже он не знал, почему они получились такими.

Но ему нравилось ощущение мягкой земли под ногами. Нравилось, как среди зелени распускаются крошечные цветы. Он не хотел это осквернять.

— Если убью человека — сделаю это в другом месте.

Запятнать это место грязной человеческой кровью было бы непростительно.

Едва он приземлился, ноздри уловили запах, которого он никогда раньше не чувствовал.

Потом потянуло дымом, и уши уловили треск и шипение пламени.

— ……

— Ваше величество, что это за запах…?

Вельзевул беспокойно оглядывался. Люциэль, озадаченный, пошёл на дым.

Они прошли сквозь тенистую чащу, ветер переменился, отгоняя дым, — и человек, разводивший костёр в пятнистом свете под деревьями, обернулся.

Красивые прямые чёрные волосы. Широко распахнутые глаза, уставившиеся на Люциэля, были фиолетовыми — верный признак того, что их обладательница владеет святой силой.

— …Ты человек?

Голос звучал величественно, по-женски. На поясе висел меч, простая практичная одежда не стесняла движений. Позже он узнает, что это форма рыцарей.

Кстати, сколько веков прошло с тех пор, как он разговаривал с кем-то, кроме демонов? Может, он молчал, потому что эта мысль вдруг пришла ему в голову. А может, потому что женщина, моргающая в пятнистом свете, показалась ему необычайно красивой. Затем она выпрямилась.

— Это твои земли, возможно? Прости. Кажется, я случайно забрела.

Она была не права, но и не совсем неправа. Люциэль нахмурился. Она что, не понимает, что попала в демоническое царство?

Он понятия не имел, как она тут оказалась, но она была удивительно недогадлива. Что ж, понятно, почему он чувствовал себя оскорблённым.

— Если не возражаешь, не скажешь ли, где это? И кто ты?

— Это демоническое царство.

Растерявшись, он ответил честно. Глаза женщины округлились. Это улучшило ему настроение. Давай, испугайся, умоляй о пощаде.

Тогда она неуклюже обнажит своё жалкое нутро и хоть немного утолит его жажду.

— А я — коро…

— Понимаю. Неудивительно, что здесь полно демонов. Всё сходится. Ты тоже заблудился?

Она хлопнула в ладоши, осенённая догадкой, и придумала для него какую-то нелепую историю. Он потерял шанс представиться. Женщина, кивая своим мыслям, повернулась к нему спиной. Выглядела она беззащитной.

Но уязвимостей он не видел.

— В таком случае, давай искать путь назад вместе. Но сперва подкрепимся.

— Нет, я… Подкрепимся?

— Именно. О, можешь не сомневаться, это безопасно. Я ела это много раз на полях сражений.

— Ела…? Ч-что именно?

— Хорошо прожарено. И жирненькое. Ты вовремя.

Услышав это, Люциэль снова посмотрел туда, откуда шёл дым.

Демоны обожали его — так их создал Создатель. Он, может, и жалел их, но никогда не любил. Никогда не считал дорогими… по крайней мере, он был в этом уверен.

Но, видимо, ошибался.

Вид кабана-демона, зажаренного целиком, заставил его побледнеть — хотя, когда Вельзевул докладывал, что несколько демонов убиты, он и бровью не повёл.

— Может, это и демон, но жизнь есть жизнь. Будем есть с благодарностью. Иди, ты тоже… О! Эй…!

— Ваше величество! Ваше величество, держитесь!

Люциэль покачнулся и начал падать. Вельзевул подхватил его сзади, а женщина — спереди.

М-мой демон… Мой драгоценный демон… сейчас съедят… женщина-человек…

В тот самый миг, впервые с момента своего рождения, король демонов осознал, что такое любовь.

***

— За здоровье! — раздался привычный клич, зазвенели бокалы. Но с тех пор прошло уже несколько часов.

Исаак предвидел такое развитие событий — впрочем, это было практически неизбежно. К настоящему моменту их «мальчишник» превратился в настоящую сцену из ада.

— Я же тебе говорил, я не знаю, что мне деееелать! Даже если я скажу ей, что она мне нравится, Селена просто сделает вид, что её тошнит! Что мне делать, Джееееймс?!

— А я откуда знаю?! Не висни на мне!

— Просто повали её уже. Будь мужиком, поставь перед фактом, Август!

— Уолт, не давай ему больше пить. Прости, Люк, есть лекарство, чтобы протрезветь?

— Воды дай, оклемается. А вот ты, Элефас, ты вообще не пьянеешь, да?

— Если бы я напился, неизвестно, какое бы зелье меня заставили проглотить.

— И то верно. Если подчинённые короля демонов напьются в стельку и опозорятся — у них вычтут из жалованья.

Вечеринка начиналась как безобидный праздник «Молодцы, Ашмаэль!». Но после этого замечания Кита — который невозмутимо хлестал ликёр, как воду — Уолт, Кайл и Элефас разом выпрямились. Тяжела жизнь подчинённых короля демонов.

Между прочим, другой советник короля демонов сидел рядом и тоже был хорош.

— К-король…! Король — он… он по-настоящему добр, и велик, и великолепен… Я… я не… я не знаю, как выразить эти чувства!

Вельзевул, оказывается, был пьяницей-плаксой. Он размазывал слёзы по лицу и отчаянно взывал к Донни.

— В таких случаях надо заказывать статую!

— Статую… Да, понимаю. Я сделаю статую, прославляющую короля…!

— Хорошо бы голую! Думаю, король демонов мог бы и раздеться, если б ты попросил, Вель.

— Ха-ха! Я был бы счастлив продавать пинапы с обнажённым королём демонов!

— …А если король демонов разденется догола, цветы тоже будут рады?

Участники, делавшие ставки на наготу короля демонов, тоже были определённо пьяны.

Расслабились они, однако… Ну, мы же отправили этих королевских кандидаток домой…

Кажется, пара кандидаток ещё осталась, но можно смело сказать: с ними разобрались ещё до Фестиваля Основания. Все, наверное, вздохнули с облегчением.

Так, во всяком случае, думал Исаак. Но он и сам был уже навеселе. Покрутил стакан, заставив лёд звякнуть. Он не очень хорошо держал алкоголь, поэтому был осторожен, но, кажется, всё же перебрал.

…Хотя таким, как святой король и папаша короля демонов, которые уже валялись на полу, он стать не мог.

— А эти-то зачем сюда припёрлись?

— Господин Люциэль закружился и упал после первого же тоста. Видимо, роль двойника господина Клода его вымотала, но всё же…

Кит опустился на стул рядом с Исааком, с бокалом в руке.

Они зарезервировали весь зал, еда, выпивка и пунш стояли вдоль стены — каждый брал, что хотел, и садился где придётся.

— Мало того что святой король припёрся поздно, так он ещё и был уже вдрызг пьян. Вырубился после первой же рюмки.

— Похоже, он сюда прямо с банкета своего заявился.

Он телепортировался из ниоткуда, заявил: «Мы не пьяяяны», — и тут же доказал, что это пьяный бред. Исаак сомневался, что завтра этот тип вообще вспомнит, что был на вечеринке.

— И всё же, раз святой король здесь, Милорд потом будет дуться.

— …Что ты думаешь о рассказе старшего короля демонов?

У Клода есть предназначенная возлюбленная, связанная клятвой, которую король демонов дал самому себе. И это не Ирэн. Клод не пытается выполнить клятву, поэтому истинная форма короля демонов злится. Когда-нибудь она захватит его и превратит в демона… Короче, вот что рассказал Люциэль.

Он также сказал, что если истинная форма поглотит Клода, Святой меч Ирэн не сможет вернуть его обратно.

Исааку было любопытно, что этот советник думает о кризисе, нависшем над его господином.

— Это, наверное, не ложь. Если бы это было ложью, демоны бы сказали. Хотя… может, они просто не могли отрицать слова господина Люциэля? Но я не думаю, что он врёт.

— Это хреново. Значит, мы ничего не можем сделать.

— Но, думаю, всё как-нибудь утрясётся. У него есть вы.

Слова человека, который когда-то продавал демонов, чтобы помочь королю демонов, обретали особый вес. Исаак покосился на Кита. Тот смотрел вниз и криво усмехался.

— В конце концов, мы зашли так далеко. Мой господин, у которого не было человеческого счастья, зашёл так далеко. Остаётся только верить в него.

— …У короля демонов было кое-что, и ты это знаешь. — Исаак и правда, видимо, был пьян, раз нёс такую сентиментальную чушь. — У него был ты.

— Верно. Как и у леди Ирэн — ты. О, кстати: как у вас с Рэйчел?

— А?

— Видишь ли, мне скоро надо будет остепениться. Говорю тебе, я завидую вам, молодым, с вашими вечными «не могу признаться в любви».

От неожиданной смены темы Исаак нахмурился. Но Кит был не из тех, кто шутит просто так.

Даже сейчас этот тип смотрел на него своей обычной проницательной улыбкой. Словно что-то проверял.

Это было скорее озарение, чем логический вывод.

Верный советник короля демонов всегда ставит своего господина на первое место. И в выборе жены он, наверное, будет думать о том же. Кто станет его идеальной женщиной? Кто не обидится — наоборот, с радостью примет — что муж ставит короля демонов выше семьи?

— ……

— ……

— Что это? Чувствую, назревает бессмысленная битва…

Святой король, до этого валявшийся на полу, резво сел. Исаак почувствовал странное облегчение. Кит же, образцовый слуга, тут же поднялся.

— Господин Баал, я принесу вам воды.

— М-м… Да. Где мы? Где Роксана…?

— Не здесь. Ты во сне разговариваешь, что ли? Серьёзно, зачем ты сюда телепортировался?

Он не был советником, так что мог позволить себе грубость со святым королём.

Святой король моргнул, поморщился — видимо, голова болела.

— Ах, мы… Да, вспомнили. Нам нужно кое-что с тобой обсудить.

— А? Со мной?

— Именно. Ты ведь советник Ирэн? — Святой король лениво выдохнул, уселся поудобнее на полу и уставился на Исаака. Исаак всё ещё сидел на стуле, так что тому приходилось смотреть снизу вверх, но для короля это не было зазорно. — Ты что-нибудь слышал о ситуации с королём демонов?

— Что-то про предназначенную возлюбленную и что он скоро превратится в демона. Но сам король демонов ничего не говорил.

— Тогда мы подтверждаем. Мы слышали это от самого короля демонов. И он, без сомнения, знает, кто эта предназначенная возлюбленная.

В таком случае… было бы неудивительно, если бы Клод уже встретил её, пока убегал от королевских кандидаток. Если так, то что-то могло прийти в движение.

Что-то вроде судьбы, например.

— Во-первых, его магия была нестабильна из-за вмешательства истинной формы в демоническом царстве. Моя серьга пока держит это под контролем, но эта клятва сильнее магии и святой силы. Это мощнейшая решимость. Проклятие. Если он встретит свою предназначенную возлюбленную, серьга может перестать работать.

Святой король хладнокровно обрисовал худший из возможных исходов.

— Время ещё есть. Придумайте план. Мы, без сомнения, поучаствуем.

— …Почему я? Скажите это Ирэн…

— Ирэн будет тяжело. Мы способны запечатать его в демоническом царстве, пока он ещё жив.

Даже если не смогут спасти.

Дружба? Милосердие? Исаак прищурился. Святой король, поднимаясь на ноги, слегка пошатнулся. Видимо, всё ещё был пьян.

Лично Исаак был достаточно пьян, чтобы надеяться, что это так.

***

Люциэль тайно подслушивал. Он лежал на боку в углу комнаты. Тихо открыл глаза.

Ему казалось, что он видел сон о далёком, дорогом времени, когда он был счастлив. Впрочем, реальность была тоже неплоха.

Вот что такое люди.

Они пытаются найти способ защитить его сына. Его жена была бы рада.

Даже он сам был счастлив. Был — и всё же гнев истинной формы никак не утихал.

— Я понял. Я тоже пока не могу отказаться от своей мечты.

Ещё раз… дай мне увидеть её лицо. Или хотя бы назвать её имя.

Как тебя зовут?

Но конец сна, в котором он задаёт этот вопрос, всегда залит кровью.